Знаменосец забытого бога 3 - Юрий Ра
А уважаемый педагог подумал, что Чиркову это будет уроком. Теми самыми удилами, которые мешаются во рту и ненавистны коню только поначалу. А потом он привыкает и уже не замечает их тяжести и железного привкуса.
Что подумал сам Чирков, никто в классе не узнал. Не потому, что он был воспитанным кроликом, просто сам принцип провокации не предполагает пояснений. Когда ты устроил по-настоящему провокационную акцию, радуйся тому факту, что не побили, и не пытайся рассказывать, что просто собирался всех позлить, обескуражить или выставить дураками. Люди не поймут такой откровенности и точно побьют. В данном случае непонявшим будет директор школы, он и впрямь может влепить пару в журнал.
Новый параграф со скучным названием «Образование финансового капитала. Вывоз капитала. Экономическая отсталость России» был скучным для всех, кроме Чиркова, вернее Василия внутри него. Этот внутренний пожилой дядька прогнусавил: «Ну-ка, ну-ка, погодите. Да что вы говорите!» и принялся буквально втягивать информацию юными ушными раковинами Тимура Чиркова. Блин, так это уже было! Монополизация производство, оживление кредитного сектора, концентрация банковского капитала и захват им реального сектора экономики.
Что дальше-то? Ах ты ж боже мой, иностранный капитал полез! Скупил промышленность, начал диктовать свои условия? Кто бы мог подумать. А дальше вывоз капитала, куда ж без этого. Пауки так охотятся: впрыснут инъекцию яда, дождутся превращения внутренностей жертвы в питательный бульон, а потом высасывают так, что только сухая оболочка остаётся. И это всё в открытую написано в учебнике истории за девятый класс!
То есть, всё происходящее с любимой страной с девяностых годов по двадцатые, покинутые Василием помимо его воли, всё это понятно каждому, кто окончил среднюю школу в Советском Союзе. Кто не забыл то, чему в ней учили. «Уважаемое министерство среднего и высшего образования СССР, я был неправ! — мысленно воззвал Тимур, повернувшись к окну, за которым теоретически могло находиться указанное министерство. — Впихиваемые вами в школьников знания не бесполезный балласт. Просто люди не умеют ими пользоваться!»
Урок истории произвёл на него жуткое впечатление, он в очередной раз увидел, что история учит людей только тому, что люди не способны учиться на её уроках. «Такую страну просрали!»
— Ты про Российскую Империю? — Неожиданно спросил выходящий следом Аверин. — Колосс на глиняных ногах, у неё не было шансов.
— А я что, вслух это сказал?
— Да не расстраивайся, Тим, всем твой доклад понравился. А директору просто завидно, что такая классная гипотеза пришла в голову тебе, а не ему.
— А чего, это реально ты сам придумал? — Влезла сбоку Скрипник. — Я была уверена, в каком-то журнале вычитал.
— А что, очень даже смелое предположение, вполне в духе князя, у которого было триста наложниц! — Подключился Рудаменко.
— Тебе бы столько! Небось не стал бы этой фигнёй заниматься, из гарема б не выходил.
— А может, он и не выходил? Откуда ты знаешь?
— Военные походы совершал, это считается?
Девятый класс забурлил, не успев отойти от кабинета истории, кто-то начал развивать версию про церковь, кто-то про гарем, кто-то на повышенных тонах апеллировал обоим сразу. Дискуссия продолжилась, шумная жужжащая туча нехотя дрейфовала к следующему кабинету, увлечённая странной штуковиной под названием история. Предметом тёмным и изучению не поддающимся, продажной девкой власть предержащих, ящиком Пандоры и чемоданом без ручки одновременно.
После уроков Чирков испарился быстрее, чем спирт из лабораторного склада, у него была тренировка. Всё как обычно, если не считать того, что сегодня было первое занятие у новичков, смешанная группа пришла и глазела на ход тренировки примерно так же, как смотрел сам Тимур год назад.
Он в числе «старичков», которых осталось всего четверо, работали самостоятельно, выполняя задание Игоря Гаврилыча, молодняк, неожиданно для себя ставший «середняками» отжимался, растягивался и выполнял всякие нужные упражнения под присмотром тренера, а неофиты наблюдали тренировку.
Посмотреть было на что. Вот Тимур и посматривал. На одну из девушек, выделяющуюся среди прочих ростом, статью и грудью. Сколько ей лет? Семнадцать, не меньше, а то и все восемнадцать, так показалось ему. Самое грустное, что девушка тоже заметила интерес «старичка» с прозвищем Чемпион. В её оценивающем взгляде был заметен интерес и что-то в такое неуловимое, переводящееся на человеческий язык фразой: «Ну ничего так, подвалит — не отошью».
А фигушки, как он подвалит, как она не отошьёт, когда тут каждая собака знает, что Тимур учится в школе, то есть сопливый пацан. Такого не отошьёт только такая же сопливая или извращенка, падкая на малолеток. Короче, не вариант. А жаль, видная деваха, и взгляд умный. Такой же невариант, как с Ленкой Караваевой, с которой он сидит за одной партой на некоторых уроках.
На некоторых, потому что в их классе за две недели сентября сложилась странная ситуация с рассадкой. Ученики на разных уроках теперь сидят за разыми партами с разными одноклассниками. Взять его самого: на истории и географии он как в прошлом году на среднем ряду за третьей партой с Ленкой, на алгебре и химии возле окна на «камчатке» с Серегой Яковлевым, и так далее.
А Караваева за лето вроде остыла, без майских закидонов и непонятных взглядов. Будем надеяться, решил для себя Тимур, что она переболела. Циничный развращённый Чирков не то, что нужно юной барышне в качестве первой любви. Быть предметом безответного тайного обожания Чирков еще согласен, но все эти мерихлюндии с гулянием под ручку и ахи-вздохи ему категорически не нужны. Где же ты, комсомолка, алкающая второй, а еще лучше третьей любви? Вот где Тимур бы оторвался. Вон она, подходящая кандидатура, у стеночки разминку делает, на него поглядывает. Лучше вообще в её сторону не смотреть, ибо облом будет неизбежен, как крах империализма.
Так случайно получилось, что после тренировки из спортивного комплекса Тимур выходил одновременно с Мариной. Имя новенькой девушки он услышал во время тренировки. Да и она его имя тоже уже знала, секция по количеству занимающихся небольшая, чай, не футбол, не борьба. Лукари — «товар» штучный, элита спорта, как они себя называют. Пока никто не слышит.
Девушка была одета вполне импортно, можно сказать даже, элегантно с поправкой на царящую моду. Потому как цветовая гамма ансамбля модных вещичек иностранного производства получилась очень богатая.
— Ты в какую сторону? — Безо всякой задней