Статус: Солидный дядя Системы - Андрей Мельник

— Нам бы несколько… — присел другой орк возле щита Мэда. — Передние ряды прикрывать. Против пастухов с обычными щитами не выйти…

На предплечье просившего орка тянулась свежая розовая кожа, а край наруча был срезан наискось. Может, и сам сегодня успел проверить мощь лучей и чудом выжил.

Мне бы тоже хотелось выдать каждому по такой штуке, только кусок червя у меня один. Если начать раздавать всем желающим, своим потом придётся объяснять, почему им не хватило.

— У него спрашивайте, — ткнул Бряч в мою сторону большим пальцем. — Материал его, у меня только инструмент. Договоритесь — возьмусь за работу. Но в очередь не ко мне.

— Сначала щиты получат мои соратники, — обозначил я порядок, указывая на оставленные возле ящика обрезки. — Эти тоже довести до ума, чтобы пальцы не отрывались. Потом три дарственных. Императору Дракории, Диру Завоевателю и Болдуру, Архонту людей.

Стоящий напротив командир склонил голову, принимая услышанное. Его сосед убрал руку с заготовки и поднялся. После упоминания царя никто уже не потянулся к щитам. Хорошо, когда старшинство работает в нужную сторону и не приходится доказывать очевидное.

— Дальше пойдут командиры моих дочерних кланов, — продолжил я, пока Брячедум пробовал на прочность вторую скобу. — Если после них что-то останется, решим отдельно. Часть можно с молотка пустить, часть через обмен на нужные нам вещи, обязательства, системные клятвы. Обо всём индивидуально будем договариваться. Но вряд ли производство массовым удастся организовать. Хорошо, если успеем сделать хотя бы минимальный комплект к битве у Дир’Колла…

Граф, до этого молча стоящий возле навеса, посмотрел на меня с явным одобрением. Уже наверняка прикидывает, сколько здесь лежит денег. Да и вообще, пока мы болтали, он начал собирать вырубленные ядовитые куски мяса червя. Такое даже на сувениры пустить и продать можно будет. Граф так точно обеспечит солидную выручку с побочного продукта червяка-переростка. А если будет прилично выходить, так я в Мир Гарпий вернусь, нырну разочек-другой под воду, новых колец червя принесу.

— Царю прежде нас, это верно, — согласился орк с повреждённым наручем. — Императору тоже. Если останется что на обмен, дай знать.

Я кивнул, а Брячедум, наконец, отложил инструмент и вытер ладони. Мастер был доволен вниманием к своей работе, хотя старательно делал вид, что ему мешают. Я уже знал это выражение лица и предпочёл сразу уточнить главное, пока он не разошёлся…

— Только без подвигов до утра, Бряч. Сделаешь хорошо, а не быстро. Если что будет нужно из материалов — скооперируйтесь с Графом. Уверен, он без труда что угодно достанет.

Гном лишь молча кивнул, довольно улыбаясь. Мэд же заметил, что щиты надо делать под руку каждого. Его щит, например, Вася или Маша, скорее всего, не поднимут. Гном согласился с ним и сказал, что у него в голове все мерки длины рук и ширины ладоней имеются, а наши физические возможности он хорошо представляет, так что будет каждому персональный щит.

К выходу со двора подошли несколько духов. Я удивился. Оказалось, поблагодарить зашли. Отпустил их с миром, как героев, поблагодарив в ответ. Они отдали за эту битву куда больше, чем я… И их подвиг обязательно будут помнить все, кто будет ходить по этим землям в будущем.

Как оказалось, это были последние духи… Боль никуда не делась, зато в ней больше не было чужого присутствия. Я убрал отцовский подарок в «Длань» и некоторое время просто сидел. Алиса коснулась плеча, наклонилась к уху:

— Закончили. Теперь займись собой.

Я допил воду из фляги и попробовал встать без посторонней помощи. Получилось, хотя ненадолго захотелось вернуть ящик под зад. Ургаш как раз отпустил очередного посыльного и подозвал меня к выходу…

— Дир ждёт вести о тебе. Связь сделаем через терминал, если ты не против. Так быстрее.

— Таланты есть хоть? — на всякий случай уточнил я, и Ургаш, ничего не говоря, посмотрел на меня так, словно обиделся.

Он отпустил остальных командиров, а сам отправился со мной на верх цитадели. У ворот двора дорогу заняла повозка с ранеными, пришлось прижаться к стене. Комендант дождался, пока пройдут носильщики, а я снова вспомнил услышанный разговор про еду. На этот раз — от выживших. Они справедливо заметили, что пришли сюда с оружием, но без провианта, а пожрать после такой битвы не отказались бы.

Тут мне даже немного жалко стало Ургаша и Болдура с остальными командирами… Перебросить миллион орков удалось, а кормить их теперь придётся из личных запасов. Есть подозрения, что это создаст им много проблем. Как же хорошо, что я не стал Архонтом и у меня голова только за моих кабанов и «Виверн» с оборотнями болит. Да и не у меня, если уж совсем откровенно говорить. Если бы такие бытовые мелочи зависели от меня, отряд бы с голоду помер ещё год назад…

Ургаш проводил меня к терминалу и распорядился связаться с Диром. Переживает, что я опять исчезну куда-нибудь? Молчит, не говорит, но по его широкой морде это легко читается.

Мои же разбрелись кто куда. В основном — в конюшни к варгам и в наш павоз.

В цитадели и так было тесно, а теперь, с подкреплением, стало вообще невыносимо. Хорошо, что у нас есть свои такие апартаменты.

Шаманы освободили место перед кристаллом, а я пристроился на краю лавки, дожидаясь связи. Алиса устроилась рядом, не выпуская меня из виду. Тоже боится, что я какую-нибудь дичь вытворю?

«Я в этом убеждена! Знаю тебя лучше кого бы то ни было…» — мысленно ответила она.

Спорить было бесполезно. Тем более что это правда…

Наконец-то нас соединили, и я смог увидеть проекцию Дира, расплывающуюся по краям. Судя по грустному лицу, дела у них там не очень… И даже наша победа, о какой ему наверняка доложили, царя не радовала.

— Ну что там? Говорят, ты ту тварь огроменную завалил? Как это сделал? — сразу начал он, не размениваясь на любезности.

— И тебе добрый вечер… Подбираешься вплотную, зависаешь рядом с бойницами, дожидаешься, пока откроются, проникаешь внутрь через тень, воплощаешься, вырезаешь пастухов. Желательно очень быстро, потому что эти уроды тени развеивают своими выстрелами и реагируют мгновенно на вторжение и гибель собратьев. Если всё хорошо, трупов сорок делаешь, и этот краб перестаёт стрелять.

— Э-э-э… сложновато… И