Ухорез 6 - Василий Горъ

…Перелет до Владимира прошел весело: мы с подачи Игната решили посмотреть молодежную комедию «Ухажер» и на первых же минутах фильма начали сопереживать чрезвычайно умному, находчивому, харизматичному и остроумному парнишке, вынужденному ухаживать за дурындой, выбранной ему в жены главой рода. А к концу картины настолько устали ржать, что на полном серьезе подумывали поставить ее на паузу, чтобы хоть немного отойти от смеховых истерик. В общем, приземление заметили только из-за того, что оно получилось жестковатым из-за сильного и порывистого бокового ветра. Впрочем, отвлеклись от силы секунды на две-три. Ибо злоключения героя как раз подошли к финалу, и мы изнывали от желания узнать, как он отфутболит внучку делового клиента старшего родича раз и навсегда.

В общем, из салона-гостиной я вышел, улыбаясь, поблагодарил экипаж «Коршуна» за доставку, спустился по трапу и… запоздало вспомнил о том, что «Овод» у меня всего-навсего шестиместный, а машину для «лишнего» народа мы не заказали. Но, почесав затылок, пришел к выводу, что особо разъевшихся личностей в нашей компании нет, а значит, квадрокоптер увезет и восьмерых. И не ошибся — да, «пассажирам» пришлось уплотниться, но «птичка» рванула ввысь так, как будто шла порожняком.

Само собой, я гнал на форсаже. Ибо было в кайф. Поэтому к «Ключам» упали через считанные минуты, под разочарованный стон Игната и Алексея притерлись к посадочному квадрату, заглушили двигатели и опустили дверь-трап. В этот момент меня Урусова и «захотела». Поэтому я жестом попросил тишины, принял вызов, поздоровался и спросил, как дела у них с отцом.

Девчонка невольно вздохнула:

— Добрый день, Олег. В принципе, неплохо. Само собой, если вынести за скобки то, что часа полтора назад дед с Раисой Ивановной были приговорены к лишению Дара и смертной казни, четверо родичей неадекватны и требуют постоянного присмотра, еще четырнадцать, члены их семей и большая часть всего рода панически боятся приручителей, поэтому чуть было не устроили самосуд двум ни в чем не виноватым, а мой отец последний раз спал еще в Белоярске. Ибо смена главы прошла безболезненно, лидеров у оппозиции нет и вряд ли появятся, финансовые потоки перехвачены, родовое дело не встало и так далее. Да и моральное состояние папы практически вернулось в норму. В общем, не сегодня завтра мы вернемся домой и отблагодарим вас за помощь.

Я поставил себя на их место и задавил появившееся желание заявить, что мы не сделали ничего особенного:

— Рад, что кризис миновал. Кстати, мы еще во Владимире. А в Белоярск вылетим либо сегодня поздно вечером, либо завтра утром. Могу выделить вам два места.

Она поблагодарила за предложение, пообещала обсудить его с отцом, пожелала всего хорошего и отключилась. А через считанные секунды мне позвонил Белосельский и после обмена приветствиями перешел на командно-штабной:

— Олег Леонидович, я еще не освободился, но в курсе, что вы в столице. Так что прилетайте в Кремль. Всей командой. По возможности, побыстрее. И заходите в тот же ангар — там вас встретит мой помощник. На этом пока все. Жду…

Я пообещал, что мы вылетим из «Ключей» немедленно. А после того, как государь отключился, сообщил, кто, куда и зачем нас вызвал, почувствовал в эмоциях Самойловой нешуточный дискомфорт, не сразу, но додумался до наиболее вероятной причины его появления и криво усмехнулся:

— Да, одеты мы не для Кремля… в понимании абсолютного большинства его обитателей. Но нам, боевым магам высшей категории, мнения придворных шаркунов НЕ УКАЗ. Поэтому забываем об их существовании и изображаем тяжелые танки в курятнике…

Судя по вспышкам веселья в эмоциях, этот образ представили все, кроме Наташи. Но ей подобная «накачка» не требовалась, поэтому я снова поднял дверь-трап, завел двигатели, бросил «Овод» в небо и вывел на нужный курс. А уже через несколько минут отрешенно порадовался безбашенности родичей — первый же придворный, имевший глупость презрительно поморщиться при виде нас,

воспарил над полом, четырежды приложился лицом к стене, потерял дохленький покров, взвыл от вспышки боли в хрустнувшем носе, вынужденно сложился в три погибели и выслушал «добрый» совет Алексея:

— Кривить губы, глядя на бояр — дело неблагодарное. Поэтому научитесь кланяться. Иначе в следующий раз мы снимем с вас корону вместе с головой.

Что самое забавное, наш провожатый согласно кивнул, остановился и нанес бедняге «удар милосердия»:

— Ростислав Антонович, помнится, во время попытки государственного переворота вы выжили только благодаря неудержимости боевых магов из рода Беклемишевых. А сейчас почему-то задрали нос перед Олегом Леонидовичем и членами его ближнего круга. Судя по всему, это — результат серьезнейших проблем с памятью. Так что настоятельно рекомендую полечиться. В родовом поместье. Вы ведь меня поняли, верно?

Аристократ сложился в поясном поклоне еще до того, как дослушал эту отповедь, а выпрямился только после того, как мы продолжили движение. При этом задыхался от унижения, зверел от ненависти к нам и, в то же самое время, сходил с ума от отчаяния. Так как понимал, что получил приказ, игнорировать который смерти подобно.

«Сам виноват…» — мысленно усмехнулся я и забыл о его существовании. И пусть на не таком уж и коротком пути к приемной государя нам встретилось еще десятка три «поборников традиций», абсолютное большинство узнавало меня, а меньшинству хватало мозгов не цепляться к личностям, которых куда-то вел личный помощник главы государства. Ну, а личности, дожидавшиеся аудиенции, умели держать нос по ветру. Поэтому, правильно интерпретировав реакцию секретаря Виктора Константиновича, не поленились встать, поймать мой взгляд и учтиво поздороваться. В общем, в кабинет я вошел в деловом настроении, выстроил «свиту» в одну шеренгу, замер на ее правом фланге и… нисколько не удивился тому, что самодержец начал «общение» с искренних извинений…

9 февраля 997 г. от ВР.

…Разница во времени «съела» последние четыре часа среды, поэтому в Белоярск прилетели в четверг, в начале первого ночи. Пока «Коршун» катил по рулежным дорожкам, я прочитал два уведомления от СОПП, решил, что защитники города справятся со зверьем четвертого ранга и без нашей помощи, написал матушке, что мы уже приземлились, и позвонил Борису Николаевичу.

Как и следовало ожидать, он успел добраться до аэропорта. Более того, организовал себе пропуск на охраняемую территорию и посадил свой вертолет рядом с моим ангаром. Поэтому встретил подъезжающий