Черный прилив - Александр Евгеньевич Сухов
Верну я её в реальность, как водится, горячим поцелуем. Очнется Танька, увидит двух мертвых отморозков, которые пытались воспользоваться её роскошным телом, и платьице свое порванное. Нет, я не варвар, чтобы заставить девушку пережить заново тот кошмар. Пусть еще немного полежит без чувств, а я пока приберусь в избе.
Вынес по очереди оба мертвых тела в огород и превратил их плоть и одежду в удобрение, которое мои магические помощники тут же разнесли по приусадебному участку. Пуговицы, пряжки и прочие детали амуниции переплавил в общий ком, охладил и прибрал в карман. Оно, конечно, теперь никто не сможет определить, чем всё это было совсем недавно. Но от греха подальше избавлюсь от слитка как-нибудь незаметно.
На то, чтобы избавиться от тел и прочих вещественных доказательств пребывания военных в этом доме мне потребовалось всего пара минут. Оставленные их рифлеными ботинками следы на глинистом грунте двора и кусочки почвы на крыльце мои «шмели» тут же ликвидировали.
Вернувшись в дом, еще раз внимательно осмотрел жилище на предмет компромата и, убедившись в отсутствии такового, окончательно успокоился.
А теперь самое интересное. Чмокнул девушку целомудренно в лобик, поделившись с ней жизненной энергией. Её длиннющие ресницы затрепетали и вскоре распахнулись. Она с недоумением посмотрела на меня.
— Дима, а где те… двое… ну которые хотели?.. — закончить фразу Татьяна не смогла, душивший её ужас от пережитого, трансформировался в бурные потоки горючих слез.
Нежно приобняв готовую забиться в истерике подругу, я шептал ей нежные слова:
— Успокойся родная, ничего плохого с тобой не случилось. А этих подонков ты больше никогда не увидишь. Теперь тебе нечего бояться…
Пока её утешал, осматривал магическим взором духовную составляющую девушки. Мои подозрения полностью подтвердились. Стрессовая ситуация, в которой оказалась подруга, стала, своего рода триггером, поспособствовавшим пробуждению её магического Дара. Как я и подозревал, он оказался целительским. А целители, общеизвестно, способны не только лечить людей, но покалечить, порой до смерти.
Именно это и случилось здесь недавно. Танечка с испугу банально упокоила двух крепких молодых парней, ранее не страдавших никакими серьезными заболеваниями. И с потенцией у них было всё замечательно, и либидо всякому половозрелому мужику на зависть. Именно, благодаря своему гипертрофированному либидо, парни пали не геройски, как полагается солдату, на поле брани, а при попытке изнасиловать новоиспеченную одаренную. Теперь, скорее всего, их посчитают дезертирами и объявят в розыск. Хотя о чем это я? Дезертировать тут некуда. Если бы подобное произошло, армейские менталисты их тут же обнаружили бы по отпечаткам аур. А поскольку способные вывести на их след сигнатуры в реальном плане и астральном отсутствуют, их командиры посчитают, что парни отправились бездумно погеройствовать в пустоши, там и сгинули. Чудаков всяких по жизни хватает. Даже если кто-то видел, как они заходят в дом, Таня скажет, что те попросили воды, а после того, как напились, удалились восвояси.
Наконец девушка отошла от эмоционального стресса и начала более-менее связанно излагать то, что недавно произошло в её домике.
— Дим, ты не поверишь, но когда эти начали… ну ты сам понимаешь… внутри меня, — она коснулась ладошкой своего солнечного сплетения, — вот здесь, будто огнем полыхнуло. Единственным моим желанием тогда было, чтобы эти твари сдохли, и чтобы при этом им было очень, ну очень больно. И, представь себе, всё случилось именно так, как я хотела. Прежде чем умереть, они испытали дикую боль, дрыгались, лежа на полу, глада пучили. А еще я пожелала, чтобы они умирали молча, чтоб соседи не услышали. Удивительно, но всё так и произошло.
— Ты молодец, Танечка. Все правильно сделала. Не переживай, эти подонки не стоят ни капли твоей жалости. Сдохли, значит, туда им и дорога, — гладя подругу по растрепанным во время схватки с насильниками волосам, тихонько шептал я, — а еще, могу тебя поздравить: ты стала одаренной. Теперь ты официально адепт магии жизни. Запросто можешь удалять аппендиксы, останавливать кровь, залечивать раны, зубы лечить, ну и всё такое прочее.
— Дима, ты в этом точно уверен? — Татьяна с ужасом посмотрела на меня своими огромными синими глазищами. Я её понимаю, не каждый день с тобой происходят подобные метаморфозы. А тут, как обухом по голове.
— Точнее не бывает. — С улыбкой ответил я. — Теперь у тебя один путь — в гильдию магов. Там тебя зачислят в реестр действующих целителей. Может быть, предложат пройти обучение в каком-нибудь специализированном учебном заведении. Но это не факт. Мой дар, например, посчитали не достойным высшего образования. Правда, чин ефрейтора, а может даже сержанта пообещали, когда в армию загребут, да и то после учебки.
— Мить, ты шутишь⁈ — Удивленно выпучила на меня свои глазищи Шемякина. — Да как они смогли просмотреть твои таланты⁈ Да тебя без всяких экзаменов следует принять в Великокняжескую Академию Магических Наук!
Слова девушки вызвали у меня лишь легкую ироничную улыбку.
— Не, Тань, меня туда не возьмут. Дело в том, что артефакт-определитель чародейского Дара практически на меня не реагирует. Поэтому формально я слабосилок.
— Но ты же можешь всем доказать, какой ты выдающийся магик. Тебе для этого достаточно лишь показать гильдейским свой приусадебный участок…
— Ага, и все сразу же поймут, какой я великий колдун и начнут целовать меня в уста, которые не говорят по-русски. Так что ли?
— В общем, как-то так. в задницу целовать тебя, конечно, не станут, но непременно зауважают.
— Ладно, вполне возможно, я и очарую гильдейских магов. А в чем смысл, или как любил говаривать один мой знакомый Лев Абрамович Радимкин, где гешефт?
— Ну, тебя оценят, отправят учиться в Академию.
Боже мой, какая же она наивная! После ВУЗа меня гарантированно отправят в армию. А мне оно даром не нать и с деньгами не нать.
— Нет, подруга, поступать в Академию я не собираюсь. У меня другие планы насчет моего будущего.
— И что же это за планы?
— Обещаю, что в свое время ты о них узнаешь первой. А теперь, собирайся. Платьице, надеюсь, запасное, надеюсь, у тебя найдется. — Для себя же сделал зарубку в голове, выделить Шемякиной достаточную сумму денег, чтобы она пошила в швейных мастерских Верхнего города что-нибудь более престижное того ситцевого воплощения скромности, граничащей с бедностью, к тому же, безнадежно испорченного