Ведьмочка в Академии Магов 5 - Оксана Гринберга

Сложно сказать, много ли это было или нет, потому что, опять же, я ничего не помнила.

Но потеря памяти не отбила у меня способность соображать, поэтому, когда эти двое… принялись обсуждать детали того, как завтра утром меня увезут в другой дом и когда семья Норрисов получит зерно, а когда деньги, я выскользнула из сеней наружу.

Пробежала, пригибаясь, вдоль дома. Добралась до выбитого ветром окна на женской половине, радуясь тому, что мама занята козами. Кажется, она решила их подоить, так что время у меня будет.

Протянув руку, я нащупала крючок, державший ставни. Сняв его, забралась внутрь.

Дальше все было быстро – холщовая сумка, которую я уже давно обнаружила в сундуке. В нее – расческу, зеркальце и кружевную сорочку.

Затем, прижимая к себе вещи, я прокралась к маминому сундуку в другой комнате – в ней я как-то видела сверток с документами.

Чужого мне было не нужно, я хотела взять свое.

Открыла и уже скоро отыскала там паспорт на имя Сильвесты Норрис. Год рождения ничего мне не говорил, а вот нарисованный краской портрет с подписью «Сильвеста» очень даже.

Его я обнаружила под паспортами. Тут снова ударила молния, озарив все вокруг, и я смогла рассмотреть портрет. С него на меня глядела пухлощекая девица с золотистыми локонами и синими глазами.

Первое, что стукнуло мне в голову: пусть Источник и высосал из меня все силы, но теперешняя я была явно в два раза худее настоящей Сильвесты…

Допустим, это еще можно было объяснить – я долго была без сознания, а потом валялась без сил, так что могла и похудеть. Но вряд ли близость к Источнику изменила мои черты лица, а еще затемнила волосы и поменяла цвет глаз.

Я не могла быть Сильвестой Норрис!

- За что вы так со мной? – пробормотала я, обращаясь к Норрисам, но обиды почему-то не было.

Ну что же, раз вы так со мной поступили, то и мне кое-что полагается – за три недели работы в поле, возни с домашними животными и помощи на кухне. За то, что на меня постоянно орали, грозили высечь вожжами и лишали еды. За то, что брат меня ненавидел, хотя он никакой мне не брат, мать врала, а отец только что заключил выгодную сделку.

Продал меня сыну старосты в любовницы.

Поэтому уже скоро я снова выбралась из окна, не забыв закрыть за собой ставни. Кинулась к амбару, в котором запрягла Черныша, пристроив ему на спину найденное старое седло. Обняла Светлячка, прощаясь, пообещав, что обязательно за ним вернусь, но сейчас…

Я уже выводила букха в черную ночь.

Забралась ему на спину, приказав: «Вперед!», и мы понеслись с ним сквозь дождь и ветер.

Повернулась ли я хоть раз, чтобы посмотреть на дом семьи Норрисов?

Как бы не так!

Это был пройденный этап моей жизни, который я оставила за спиной. Моя дорога лежала к городку Отрыжка Демонов, который стоял на выходе из долины. И мне следовало пошевеливаться и убраться отсюда как можно быстрее – раньше, чем закончится буря и за мной будет организована погоня.

Мы ехали в ночи, и продолжавшая бушевать гроза не позволяла мне особо размышлять над своей участью. В такую погоду можно было с легкостью потерять дорогу, ведущую из Топей в Отрыжку, поэтому я высматривала ее изо всех сил.

Пялилась в темноту, понимая, что, свернув не туда, мы можем угодить в непролазные топи – не зря же у нашей деревушки такое говорящее название. Заодно уговаривала Черныша не пугаться завываний ветра, чьи порывы то и дело пытались вышибить меня из седла.

Дождь тоже не оставался в стороне – издевался надо мной как мог. Я промокла еще возле дома, но накинула поверх серой туники овчинную тужурку, обнаруженную в амбаре.

Та уберегала от дождя мое тщедушное тело только первые несколько минут, после чего под нее тоже затекла вода, и я сперва промокла и продрогла, а потом замерзла до бесконечности.

Но не собиралась ни сдаваться, ни возвращаться к Норрисам. Твердила себе, что меня таким не возьмешь.

Вот Источник Тьмы, например, так и не взял… Хорошо, памяти он меня лишил, но я обязательно смогу ее вернуть.

Пусть не сразу, но однажды это произойдет.

Да, до этого у меня ничего не выходило, хотя я и старалась. Но моя ошибка заключалась вот в чем: я считала, что меня зовут Сильвеста Норрис, поэтому изо всех сил пыталась вспомнить, как я ходила за скотиной, помогала отцу в поле, собирала проклятую брюкву и вышивала, демоны его побери, крестиком!..

Теперь-то я знала, что меня зовут как угодно, но только не Сильвеста, и к Норрисам я не имею никакого отношения. Но если так, то…

- Тогда как?! – выкрикнула я в темное небо, и мой отчаявшийся голос совпал с раскатом грома. – Скажи мне, как именно?!

Кто мне объяснит, почему мне по ночам снятся чулочки с алыми бантиками, кто такая мухараша и откуда у меня взялась магия?! И еще почему, сколько бы я ни вскидывала ладонь, пытаясь выдавить из себя то самое синее свечение, у меня ничего не выходило?

Лишь зубы начинали стучать еще сильнее.

- Ну, раз у меня самой не выходит… Значит, мне нужна помощь! – сказала я Чернышу, хотя тот вряд ли меня услышал. Ветер завывал как сотня демонов в чертогах сатаны. – Помощь магов, так как я одна из них. Поэтому я отправлюсь туда, где они обитают.

В нашу столицу, в Норвей.

Да, я понятия не имела, где находится этот город и как долго до него добираться из нашей долины. Но пусть Источник или Боги лишили меня памяти, слух у меня не отшибло.

Я помнила разговоры за столом о ярмарке в Отрыжке Демонов и еще о том, что туда регулярно приходят караваны из столицы. Значит, они так же регулярно оттуда уходят, и я смогу присоединиться к одному из них на пути в Норвей.

Вернее, мы с Чернышом.

Единственная такая ма-а-а-ленькая незадача: денег, чтобы заплатить караванщику, у меня с собой не было. Ни единого нирхама, потому что то, что имелось у семьи Норрисов, брать я не стала.

Понимала, что Гурх Тимран за меня не заплатит, раз уж я сбежала из Топей, а приютившая и, по большому счету, выходившая меня семья без этих денег зиму не переживет.

У