Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин

— Хорошо, мы поможем, — сотрудничество отвечало нашим с Наей интересам, и мне очень хотелось не допустить новых убийств. — Что-то ещё?

— Этого хватит, — Элина поднялась из-за стола, заканчивая встречу. — Мне нужно время на уточнение списка адресов. Жди дома, с тобой свяжется Игорь.

Из конторы я ушёл, когда зал только начал заполняться. Витёк помахал мне от кулера и одними губами спросил «завтра?». Я показал ему большой палец. Пятница с мультиваркой и проставой оставалась в силе при любом раскладе.

К обеду новостей так и не появилось. Ждать у меня всегда получалось хуже всего, а сидеть у телефона было и вовсе невмоготу, поэтому я взялся готовить. Ная принесла курицу ещё накануне. В магазин она теперь ходила сама и накупила продуктов, будто мы собирались зимовать без снабжения.

Я разделал птицу на четыре части, натёр солью, перцем и сушёным чесноком и отправил в духовку. Картошку нарезал крупно, чтобы она получилась мягкой внутри и румяной снаружи, и кинул на противень в вытопившийся жир.

Сметану развёл водой, добавил ложку горчицы и укроп из пакетика, вылил всё это в сковороду и дал загустеть. Через час в квартире стоял такой запах, что Ная пришла на кухню и села к столу, ничего не спрашивая.

За едой я на полчаса начисто забыл про Плахова. Корочка на картошке аппетитно хрустела, мясо легко отходило от кости, а чуть кисловатая подлива пришлась к нему в самый раз.

— Вот это ты умеешь здорово! — эльфийка вытерла тарелку куском хлеба.

Доев, снова стал поглядывать на лежавший рядом телефон.

— Когда их почую, что нам делать? — Ная посерьёзнела.

— Сообщаем Игорю и отходим, — кивнул на телефон. — Внутрь пойдут люди Элины, у них больше опыта, а у нас с тобой нос и глаза.

— У меня не нос! — возмутилась она. — Сколько раз тебе говорить…

— Ну слух, чутьё, — поспешил исправиться я, пока она не развила тему. — Чуем, смотрим, внутрь не лезем.

Телефон зазвонил, когда посуда уже была вымыта, а я всерьёз подумывал о генеральной уборке.

— Это Игорь, — голос был тот же, сухой и без лишних эмоций. — Нужно проверить гаражный кооператив за старым мясокомбинатом. Плахов тут второй раз за день. Утром постоял недолго, сейчас заехал снова, открывает своим ключом. Мы у въезда, серый пикап.

— Едем, — я уже направлялся в прихожую. — На такси доберёмся минут за сорок.

В трубке щёлкнуло. Игорь не считал нужным прощаться, да я и не ждал. Ная уже надела пуховик и держала мою шапку. Достал из рюкзака топорик, вынул из чехла и заткнул за пояс, после чего надел куртку.

Таксист попался разговорчивый и всю дорогу рассказывал про сына-хоккеиста. Это было кстати: отвечать ему не требовалось, а под чужой бубнёж хорошо думалось. Эльфийка сидела сзади и смотрела в окно на город, который за месяц выучила лучше некоторых коренных жителей. Такси миновало заводоуправление и мост, а за рекой показались заводские трубы.

Гаражи стояли в шесть рядов, снег в проездах был укатан до блеска. У въезда кто-то варил раму прицепа, освещая всё вокруг синими вспышками. Рядом прогревали мотор, ещё дальше таскали из багажника коробки, а рыжая дворняга у сторожки лаяла на всех подряд. Серый пикап стоял с работающим двигателем, и Игорь вышел нам навстречу в оранжевом жилете дорожника, будто всю жизнь чистил тут снег.

— Третий ряд, крайний бокс у трансформаторной, — он сразу перешёл к делу. — Его машина стоит там с открытым багажником. Плахов пока внутри, дверца в воротах приоткрыта. Марат и Дима на месте, смотрят с двух сторон. Справитесь?

— Да, только мне надо подойти ближе, — Ная ответила без колебаний. — Насколько получится.

— Идите спокойно, — Игорь указал нужный проезд. — Тут и без вас народу хватает.

Эльфийка взяла меня под руку, и мы пошли вдоль ряда. У одних боксов створки были свежеокрашенные, другие, похоже, не трогали с момента постройки. Ближе к концу проезда ворота стояли нараспашку, внутри горела лампа, громко играло радио, а из-под поднятого капота «буханки» торчала спина в телогрейке.

— Вы к кому? — мужик лет пятидесяти в ушанке разогнулся и уставился на нас, сжимая гаечный ключ.

— Снег во дворе чистить некому, вот и ищу, с кем договориться, — я понизил голос, чтобы нас не услышали у крайнего бокса. — Говорят, тут у кого-то есть отвалы.

— У трансформаторной крайний! — он кивнул в конец проезда. — Вам нужен Юрка. Он сегодня целый день туда-сюда носится. Я Толик, если что, почти каждый день тут, спрашивайте.

— А собаки у него есть? — Ная задала вопрос просто, по-соседски, будто собиралась зайти в гости.

— Не видел ни разу, — он показал ключом на рыжую дворнягу у сторожки. — Моя Найда к его воротам не подходит, упирается всеми четырьмя. Может, и завёл кого, я не в курсе.

Мы прошли дальше и встали у стены спиной к ветру метрах в двадцати от крайнего бокса. Из приоткрытой дверцы пробивался свет, а позади снова звякнул инструмент, Толик вернулся к мотору. Радио у него запело про любовь.

Эльфийка замерла, глядя на снег под ногами. Лицо стало непривычно строгим, она будто забыла, что я стою рядом.

— Чувствую двух тварей, — уронила она наконец. — Одна крупнее грызня, сразу за воротами, не спит, вторая дальше и меньше. Больше ничего.

— Голодные? — я достал телефон и открыл список недавних вызовов.

— Не знаю, — Ная подняла глаза. — Но та, у ворот, злая. Очень.

«Двое, один крупный», — написал Игорю, и ответ пришёл тут же. «Возвращайтесь к въезду. Не лезть!»

Мы пошли обратно, оставив наблюдение Марату и Диме. Плахов бросил машину открытой и рано или поздно должен был выйти к ней сам.

— Нашли, с кем договориться? — Толик окликнул нас от капота, когда мы поравнялись с его воротами. Я ответил, что пока нет, и поблагодарил за подсказку.

Мы успели отойти от гаража Толика шагов на десять, когда сзади скрипнула дверца. Плахов направился к багажнику, а из-за трансформаторной ему навстречу неспешно вышли двое в оранжевых жилетах, Игорь и Марат, здоровый круглолицый мужик с топором в опущенной руке. Лезвие давало