Ухорез 6 - Василий Горъ

— Поставил себя на ваше место и пришел к выводу, что, вероятнее всего, не поверил бы в искренность болтуна из семьи Белосельских. Так вот, я готов повторить все сказанное в присутствии ваших Приручительниц, чувствующих чужие эмоции. Кроме того, сегодня же извинюсь перед Яниной Павловной и Дарьей Константиновной, так как потерял лицо и перед ними.

Я принял его извинения, затем сообщил, что Державина находится в Белоярске, и объяснил, чем она там занимается:

— Во владениях рода, союзного моему, обнаружился портал со зверьем десятого ранга. Для Самойловых оно слишком жесткое, поэтому они попросили о помощи меня. А после того, как к ним вылетели мои родичи, внучка главы, являющаяся моей подругой, пригласила на Безопасную Большую Охоту мою сестренку и еще одну нашу общую подругу.

— Что ж, значит, сегодня я извинюсь только перед Яниной Павловной… — однозначно не играя, заявил он и замолчал, среагировав на повелительный жест отца. А тот извинился за то, что был вынужден вмешаться в наш разговор, поймал мой взгляд и заставил подобраться:

— Олег Леонидович, мне доложили, что выгодоприобретатель акции по подчинению сотрудников Елизаветинского аэропорта оборвал все связующие звенья между собой и захваченными «языками». Само собой, искать эту тварь мы не перестанем, но поиски — дело небыстрое, а Приручители девятого ранга и выше могут создать новые проблемы в любой момент. Поэтому Кремль уже закрыт, а Конвой начал готовиться к введению системы досмотра, которая в дальнейшем будет использоваться в зданиях министерств, ведомств, научно-исследовательских институтов, на КПП войсковых частей и так далее. Общий принцип выглядит так: на первом, уже работающем этапе, любой посетитель идентифицируется системой распознавания лиц, и оператор системы контроля получает доступ к информации из РОРИ. А на втором посетителю придется демонстрировать заклинания всех трех стихий, указанных в этой базе данных. Причем в закрытом помещении, под камерами СКД и в присутствии офицера службы безопасности, владеющего другим комплектом стихий…

Следующие несколько минут он рассказывал обо всех остальных мерах безопасности, придуманных для защиты от Приручителей, а после того, как иссяк, мрачно усмехнулся:

— Я понимаю, что ввожу дискриминацию по типу Дара, но точно знаю, во что превратился Двор Трастамара до его побега из дворца, и, увы, не вижу альтернатив настолько жестким решениям.

— Я их тоже не вижу… — морально поддержал его я и ткнул в одну из слабостей внедряемой системы контроля доступа: — Кстати, способ проверки «комплекта стихий» с помощью демонстрации трех заклинаний — паллиатив: как только появятся первые артефакты, каждый более-менее состоятельный посетитель сможет изображать мага с любым сочетанием доступных стихий.

— Понимаю… — вздохнул глава государства. — И уже поручил аналитикам разработать методы обнаружения артефактов. Но и это, увы, дело небыстрое. Вот и приходится пользоваться паллиативами.

После этих слов он собрался с мыслями и попросил помощи в том самом ключе, который я описал Наташе: заявил, что пересмотрел алгоритм охраны членов своей семьи, переговорил с телохранителями первого круга и нашел двенадцать добровольцев на «привязку» мертвым импринтингом. А затем устало потер лицо и поднял проблему посерьезнее:

— Но и это, по большому счету, паллиатив. Ведь двенадцать человек — это всего по четыре на каждого из нас. Или, в самом лучшем случае, по две смены по два доверенных телохранителя. А в Кремле — несколько сотен постоянных обитателей, каждый из которых может быт «подмят» и запрограммирован на любое действие. Поэтому, в теории, проблему надо решать иначе. К примеру, ежедневной проверкой сознаний на наличие следов посторонних воздействий. Увы, как выяснилось сегодня ночью, на моих Приручителей открыта охота, а их нынешний девятый ранг — далеко не предел доступного: на сегодняшний день в РОРИ зарегистрировано порядка семидесяти магов десятого ранга. А новое поветрие — дуэли по крайним правилам, популяризируемые какими-то тварями — уже начало усиливать «законных» убийц Одаренных. Поэтому я бы хотел поднять несколько человек хотя бы в одиннадцатый ранг. С помощью ваших родичей и на «жестких» порталах, появляющихся в радиусе, скажем, тысячи километров от Енисейска. Жить эти люди будут на базе «Ведунов», а транспорт и все необходимое им выделит Григорий Денисович. Поможете?

Я утвердительно кивнул. И перешел к конкретике:

— Могу выделить на постоянной основе две взрослые боевые двойки и одну подростковую. Что позволит уничтожать зверье десятого-одиннадцатого рангов. Одно из основных требований — безусловное подчинение ваших людей моим. Уточню: не только командиру группы, но и всем ее членам, включая самых младших.

Тут Белосельский усмехнулся:

— Олег Леонидович, я видел, на что способны ваши «самые младшие», поэтому с дисциплиной у моих проблем не будет…

…После того, как мы решили основные вопросы, государь, которого, по моим ощущениям, начало неслабо зарубать, достал из внутреннего кармана пиджака наладонник, проглядел какой-то список, снова поймал мой взгляд и сообщил, что подписал указ о награждении моих родичей, участвовавших в штурме административного здания хладокомбината Тереховых, очередными орденами, через подполковника Стасова вызвал в Кремль к одиннадцати ноль-ноль и проведет награждение в своем кабинете. Соответственно, эти десять человек прилетят в «Золотые Ключи» ближе к полудню. Вероятнее всего, вместе с Ниной, Игнатом и Алексеем, которых он «вот-вот заберет».

Как только он произнес слово «награждение», в эмоциях Цесаревича появилось возмущение. И вылилось в претензию во время первой же паузы:

— Прошу прощения за то, что влез в ваш разговор, но тебе не кажется, что прошлое награждение было несправедливым?

Виктор Константинович вопросительно выгнул бровь, и его наследник объяснил, что ему не понравилось:

— Ты пожаловал орденами только Ингу Тимофеевну Залесскую, Ульяну Игоревну Урусову и двух представителей рода Самойловых, а боевые заслуги Беклемишевых проигнорировал. Хотя… хм… «беляшей» уничтожили именно они!

— Слав, для Олега Леонидовича и его родичей «беляши» — не противники. А четыре человека, которых ты перечислил, совершили маленькие подвиги. Что я, собственно, и отметил. Кстати, Олег Леонидович со мной полностью согласен…

Я подтверждающе кивнул, но Цесаревича не убедил:

— Хорошо, пусть будет так. Тогда почему ты не отмечаешь заслуги Нины Петровны, мертвые импринтинги которой защитят и Конвойных, и нас от других Приручителей, и не воздаешь добром за согласие Олега Леонидовича помочь нам с усилением ближников?

Государь поймал мой взгляд, ехидно ухмыльнулся и заявил, что у нас, Беклемишевых, судя по всему, появился новый защитник. А затем как-то резко посерьезнел, потыкал в экран наладонника и посмотрел на сына:

— Ты прав. В том, что за помощь надо воздавать. А во мне засомневался зря: я купил, отремонтировал, передал на