Повелитель Хаоса. Том 1 - Илья Соломенный

Вот за что я люблю аномалии!

В этот момент из главного входа выходила четвёрка «Эгиды».

Шли они неспешно, уверенно, чуть вразвалочку. Будто только что не аномалию четвёртого класса гасили, а прогулялись по магазинам и теперь раздумывали, куда бы заглянуть на обед.

За оцеплением зашумели, и кто-то зааплодировал. Сначала один, потом другой, а через пару секунд хлопала уже добрая половина толпы. Кто-то восторженно засвистел, кто-то выкрикнул «Эгида, мы вас любим!», а какая-то девчонка лет пятнадцати визжала так, будто увидела живого поп-идола.

«Красавчик», явно наслаждаясь моментом, развернулся к толпе, отсалютовал рукоятью хлыста и послал в их сторону воздушный поцелуй. Визг стал громче.

Драконидка закатила глаза.

— Цирк, — тихо фыркнул подошедший ко мне Макс.

«Красавчик», закончив раздавать воздушные поцелуи, подошёл к стоящему недалеко от меня координатору и заговорил — негромко, но так, что его слышала половина оцепления.

— Аномалия нейтрализована полностью. Хотя не обошлось без… накладок. — Он сделал театральную паузу и бросил в мою сторону короткий взгляд, полный презрения, — Один из практикантов решил проявить самодеятельность и полез прямо в структуру аномалии, не имея на то ни допуска, ни понимания последствий. Едва не спровоцировал вторичный всплеск, который мог создать неуправляемую тварь пятого класса. Моей группе пришлось оперативно вмешаться, чтобы спасти его и не дать ситуации выйти из-под контроля. Предлагаю вынести дело на слушание в Бюро. Подобные неучи несут опасность, и мне бы не хотелось, чтобы это повторилось.

На меня обернулось сразу несколько человек. Кто-то из «Моргенштерна» присвистнул. Двое из «Уголька» переглянулись и о чём-то зашептались.

Я почувствовал, как к лицу приливает кровь.

— Су… — я задохнулся от возмущения, вставая с подножки фургона, но Макс мгновенно перехватил меня за плечо и стиснул с такой силой, что я едва не взвыл.

— Стоять! — тихо, но твёрдо произнёс он мне на ухо, не отпуская хватку. — Молчи.

— Да схера ли⁈ — прошипел я, пытаясь вырваться. Куда там! С тем же успехом можно было вырываться из тисков, — Я Настю спасал! И себя! Мне сдохнуть надо было⁈ Он же врёт в открытую, не лез я в структуру аномалии! Только в тварь, которая меня душила!

— Плевать, — процедил Макс и потащил меня прочь от толпы, за микроавтобус, подальше от любопытных глаз.

Координатор тем временем кивал «красавчику» и что-то черкал в своём планшете.

— Ты хоть знаешь, кто это? — спросил оборотень, когда мы оказались в тени автобуса.

— Да мне плевать, кто…

— И зря! Это Артём Соколов, — Макс понизил голос, — Лейтенант «Эгиды». Сынок Соколова-старшего, одного из топ-менеджеров корпорации «Пересвет». У папаши достаточно влияния, чтобы одним звонком испортить жизнь не то что практиканту вроде тебя, а всей нашей группе целиком! Если этот щенок решит, что ты ему чем-то насолил, Ира не отмажет. Сечёшь?

Я стиснул зубы и выглянул из-за автобуса.

Соколов продолжал что-то втолковывать координатору, небрежно жестикулируя рукоятью хлыста. А тот понимающе кивал.

— Значит, просто утереться и промолчать? — выдавил я, чувствуя, как внутри закипает злость пополам с бессилием.

— Именно так, — Макс чуть ослабил хватку, — Пока не можешь похвастаться такой же «крышей», молчи.

— Охрененно…

— Добро пожаловать в реальный мир, Андрей. Тут чаще всего выигрывает тот, у кого папа круче. А не тот, кто прав.

Он наконец отпустил моё плечо и хлопнул по нему.

Я вышел из-за автобуса. Соколов как раз закончил с координатором и шёл к своему глянцевому чёрному броневику, припаркованному прямо посреди проезжей части. У машины он на мгновение обернулся и посмотрел прямо на меня.

И улыбнулся своей мерзкой улыбкой. А потом он сел в машину, и броневик, взревев, укатил прочь под аплодисменты толпы.

Ладно, Артём Соколов… Ладно… Считай, что я тебя запомнил.

В этот момент мой браслет коротко завибрировал.

Я поднял руку, смахнул уведомление и вывел голограмму. Сообщение пришло через «Квас», с официального аккаунта Бюро:

«Рублёв А. А., практикант ОКР-13. Вам надлежит явиться завтра к 11:00 в главное здание Бюро по контролю аномальной активности, 20 этаж, отдел ликвидаций аномальных последствий, для дачи объяснений по факту происшествия в ТЦ „Елоховский пассаж“. Явка обязательна.»

Главное здание Бюро в Замоскворечье за прошедшую неделю ничуть не изменилось. Всё та же громада из стекла и светлого камня, всё те же турникеты на входе с хмурыми охранниками-резонантами, всё тот же едва уловимый запах озона в вестибюле: так пахнет, когда вокруг работает слишком много защитных артефактов разом.

Двадцатый этаж встретил меня знакомыми деревянными панелями, плиткой под ногами и видом на Новый Кремль за огромными окнами. Сегодня над ним висела лёгкая дымка, и стометровые мужчина и женщина на вершине будто держались за руки прямо в облаках.

Красиво…

Круглый холл гудел, как улей: люди с планшетами, люди с папками, люди с артефактами в прозрачных боксах. Кто-то спорил у кулера, кто-то на бегу разговаривал по браслету. Я миновал коридор и прошёл перед тяжёлой дверью с табличкой: «Зверева М. А., начальник отдела ликвидаций аномальных последствий».

Мне было нужно в следующую.

За ней оказалась небольшая приёмная. За столом у стены сидел тот самый паренёк в очках, которого я видел в свой первый день на свободе. Тот, что тогда подскочил к Милославе с планшетом и покраснел от одной её улыбки.

Впрочем, передо мной краснеть он явно не собирался.

— Рублёв? — он поднял на меня взгляд поверх очков и сверился с чем-то на мониторе, — Вы пунктуальны — две минуты до назначенного времени. Похвально. Присаживайтесь.

Голос у него оказался сухим и неожиданно уверенным. Никакого блеяния, как перед Зверевой. Худощавый, в идеально выглаженной рубашке и узком галстуке, с аккуратным пробором в тёмных волосах. На табличке на столе значилось: «Шмелёв С. И., следователь 2-го класса».

Я опустился на стул.

— Я думал, со мной будет разговаривать Милослава… э-э… Андреевна, — осторожно заметил я.

— Милослава Андреевна занята, — отрезал Шмелёв, не отрываясь от экрана, — И для неё подобное разбирательство — слишком мелкое дело. Вопросы подобного уровня входят в мою компетенцию. Итак…

Он щёлкнул пальцами, и над столом развернулась голограмма: текстовый документ с шапкой «Эгиды» в правом углу и размашистой электронной подписью внизу.

— Вчера в пятнадцать сорок в наш отдел поступило официальное заявление от лейтенанта частной структуры аномального контроля «Эгида»