Бригада Некрасова. "Код красный" - Сергей Баранников

— Сладкое вредно на ночь! — удивилась Самойлова.

— Иногда можно позволить себе небольшие слабости. Тренировками наверстаю, — заулыбался я.

— Может, вместе потренируемся? — игриво поинтересовалась девушка, а я почувствовал, как её нога погладила мою под столом.

— Запишу вас на тренировку, — пообещал я.

Это был не ужин, а лёгкий перекус. Мне принесли три маленьких запечённых кусочка рыбы с зеленью и лимонным соком, творожную запеканку размером с три чашки Петри, поставленных одна на другую. А вот «Бикорн Наполеона» меня порадовал. В родном мире я обожал торт «Наполеон», а в этом ресторане кондитер готовил его просто божественно. И вкус потрясающий, и внешний вид действительно напоминал шляпу Наполеона Бонапарта. Конечно, в детстве было всё вкуснее, чем сейчас, но это пирожное вышло тоже превосходным на вкус.

Я не пытался поскорее расправиться со своим блюдом, потому как прекрасно понимал, что начинается самая интересная часть представления, в котором мне отведена одна из главных ролей. Ещё у входа я заметил на себе оценивающие взгляды постояльцев, а когда мы с Полиной устроились за столиком, за нами то и дело украдкой следили почти с каждого уголка ресторана.

Думаете, простолюдин набросится на еду, и станет жадно её поглощать вам на потеху? Как бы ни так. У меня есть манеры и чувство собственного достоинства. Эти все блюда нужны лишь для того, чтобы утолить голод, а сытно я поем и дома, где меня ждёт консервация от бабули и гречневая каша с маслом.

— Что-то не так? — поинтересовался я, заметив странное поведение Полины, которая бросала вокруг беспокойные взгляды. — Ты слишком напряжена.

— Это моё нормальное состояние, привыкай, — отозвалась она. — Сегодня здесь ужинают знакомые отца, несколько человек, которых я знаю лично. Не оборачивайся, это признак дурного тона. Смотри в зеркало напротив. Вон тот человек, сидящий за крайним столиком у стены, возит ткани из Самарканда. Это лучший поставщик в Темерницке. А вон та компания мужчин постарше у фонтана — партнёры отца по бизнесу.

Я заметил троих мужчин, увлечённо беседовавших о чём-то за своим столиком. Каждому было лет за пятьдесят, но они не выглядели на свой возраст.

— Для меня это пример образцового мужчины, — едва слышно произнесла Полина. — Ухоженный, уверенный в себе, красиво и со вкусом одет. Несмотря на возраст, выглядит просто великолепно. Не каждый может себе такое позволить. Среди простолюдинов таких единицы. Вот почему девушка из моего общества и не посмотрит на кого-то не из её круга.

— Разумеется! Потому как ты видишь обёртку. А хочешь я скажу что стоит за этой внешностью? Правильное сбалансированное питание, которое не каждому по карману, тренировки в зале вместо монотонного изнурительного физического труда, которым многие люди зарабатывают на хлеб, омолаживающие и укрепляющие процедуры у целителей, бассейн, массажи и отвары из лекарственных трав. Эти люди понимают, что мало просто дожить до ста лет, нужно ещё и оставаться в форме. А с этим комплексом легко можно дотянуть до ста двадцати и оставаться в хорошей форме.

— Тим, ты слишком практичен, — поморщилась девушка, расстроившись, что ей не удалось произвести желаемый эффект.

— Я просто называю вещи своими именами.

— Мне здесь неуютно, — неожиданно призналась Самойлова.

— Прогуляемся по набережной? Там сейчас должно быть красиво.

— Холодно, — закапризничала девушка.

— Я дам тебе свой пиджак.

— А сам будешь мёрзнуть? Меня этот вариант не устраивает. К себе даже не зови — сам знаешь, что не поеду.

— Знаю я одно уютное место, идём, — я поднялся из-за стола и помог встать своей спутнице.

Под удивлённые взгляды гостей я расплатился за ужин и вышел под руку с Самойловой. Чек вышел на семнадцать тысяч, плюс чаевые… Прежний Тим мог позволить себе такие траты, но мне стоит урезать расходы, если не хочу оказаться без денег к концу месяца. Я принципиально отказался от денег отца, рассчитывая лишь на собственную зарплату. А ведь ещё нужно платить за аренду квартиры.

— Надеюсь, ты не оставил все свои деньги? — искренне заволновалась Самойлова.

— Не волнуйся, целители на «скорой» хорошо зарабатывают, — успокоил я девушку.

— Как думаешь, не слишком рано мы сбежали? — поинтересовалась Полина.

— Думаю, ты добилась чего хотела, остальное уже неважно.

— А чего я хотела? — заигрывающим тоном произнесла Самойлова, наградив меня страстным взглядом.

— Показаться со мной на публике, пощекотать нервы элите нашего города, — ответил я, не поддавшись на её провокацию. — Не знаю зачем тебе это, но нас провожали взглядами едва ли не все посетители ресторана.

— Ты оглядывался по сторонам? — удивилась Полина.

— В этом не было надобности. Я научился смотреть на отражение в зеркалах, как ты учила.

— А ты не так прост, Некрасов, — заявила девушка с нескрываемым восхищением посмотрев на меня. — Ты далеко пойдёшь, если будет кому направить на верный путь.

— Ты намекаешь на себя?

— А почему бы и нет? Знаешь, иногда мне становится безумно скучно в компании напыщенных красавцев по типу Морозова, с которыми не о чем поговорить.

— Кстати, ты слышала, что с ним случилось? — ухватился я за нужную мне тему.

Полина не может проигнорировать этот вопрос, потому как хочет показать своё расположение. И проявить неосведомлённость она тоже не может, потому как слишком тесно знакома с этим семейством, да и не может показать, что не владеет информацией. Такие люди, как Самойлова, будут изо всех сил демонстрировать, что держат руку на пульсе событий.

— Ты пригласил меня на ужин, чтобы обсуждать Морозова? — рассмеялась девушка.

— Просто волнуюсь за него, а ты наверняка знаешь больше.

Ловушка захлопнулась, я не дал Полине путей к отступлению. Ей осталось или отвечать, или раскрыть часть правды.

— Насколько я знаю, он влип в какую-то историю, — туманно ответила она. — После ареста на подпольной гонке отец его вытащил из-за решётки, но теперь ситуация куда серьёзнее.

— Он устроил пожар на станции, — сообщил я, внимательно посмотрев в глаза Полине.

— Яр тот ещё псих, — покачала головой девушка. — Даже не удивлена, что он выкинул нечто подобное. Теперь хотя бы понятно почему так негодует его отец. Он столько сделал для станции и всего города, а его дражайший сынок всё портит.

— Думаю, теперь Виктор