Венец ведьм - Антон Чижъ

Никакого ответа. Варвара вошла. Было тихо. Пошарив рукой около двери, она нащупала выключатель. Щёлкнула. Ничего. Электричества не было. Глаза быстро привыкли к дневному мраку. То, что предстало её глазам, было похоже на момент из глупого фильма. Или плохого сна. Или…

Посреди комнаты возвышался огромный стеклянный цилиндр, наполненный мутной, вязкой жидкостью. Внутрь были опущены два оголённых провода. Цилиндр обвило несколько витков медной проволоки, расширявшихся от низа к верху гигантской пружиной, напоминающей формой сферическую антенну, направленную в космос.

В жидкости плавало тело. Тая в чёрном платье. С распахнутыми глазами, с волосами, струившимися водорослями. Варвара смотрела на неё, как через увеличительную линзу. И увидела то, что не заметила на берегу. Не успела заметить в панике. Явные признаки болезни — последнее доказательство.

А что же великий физик? Гай-Вранский не покрывал убийцу, наоборот, он хотел спасти погибшую. Вернуть из другого измерения… или параллельной вселенной, или иного времени. Кто его знает. У него имелся чудо-прибор для изучения того, что наука отрицает. Он верил, что сможет взломать законы бытия в старой избушке. Погибшая была шансом доказать его гениальность. Эксперимент провалился. Ивану Теодоровичу не удалось вернуть Таю в наш мир. Оживить труп не смог. И сам стал трупом.

Он лежал рядом с цилиндром, на спине, уставившись в потолок. Варвара коснулась его шеи: кожа похолодела, пульса не было. Пальцы левой руки сжимали прозрачную коробочку с мятными конфетками-цилиндриками. Продаются везде. Освежают дыхание. Старики падки на сладкое.

Дверь захлопнулась, раздался скрип запираемой щеколды.

— Эй! Что за шутки!

Варвара толкнула дверь. Заперта.

— Откройте немедленно! Кто там? Откройте!

Послышалась тихие шаги. Больше ничего. Варвара стукнула кулачком. Дверь дрогнула, но не шелохнулась. Щеколда оказалась хоть и старая, но надёжная.

За деревянной стеной раздался хлопок, похожий на звук «пуф-ф!», что-то зашипело. И сразу шипение усилилось. В щелях ставен запрыгали огоньки пламени. Красные язычки росли, набирая силу. Пахнуло дымом, стал ощущаться… жар.

Дом облит бензином. Дом подожгли… Она сгорит, и пепла не останется. Ставни заперты, дверь на щеколде… Она в ловушке. Огненная западня, из которой не выбраться. Сначала задохнётся, а потом сгорит, как ведьма на костре. Сама залезла и попалась, и никто не знает, что она здесь.

Паника сковала. Варвара впала в оцепенение, стояла и смотрела, как за окнами полыхает огонь, а дым начинает пробираться в дом. Она сгорит, а убийца зачистит все следы. Останется безнаказанным. Лейтенант Зимовец не поймёт, что случилось. Он слово «фэнтези» говорит неправильно. Криминалисты ему не помогут. Ничего не останется, кроме пепла. Она проиграла?..

Ну уж нет. Ведьмы не горят.

Идти до конца.

— Шотландия, рыдай! — пробормотала Варвара… и очнулась от наваждения. Тратить секунды, чтобы выбить дверь или ставни, не стоило — бесполезно. Они пылали. Варвара выхватила из заднего кармана смартфон, нащёлкала снимков цилиндра с Таей и мёртвого физика. Переключила режим камеры и сделала несколько видео, за кадром комментируя происходящее. Сняла, как забрала из мёртвой ладони коробочку, и засунула её в шорты.

Что ещё? На столе среди научного хлама заметила изящный диктофон. Такой игрушкой Иван Теодорович пользоваться не будет. Недостойно гения. Варвара метнулась, ухватила, сунула диктофон в карман. … И закашлялась.

За правой дверью оказалась спальня в жутком беспорядке — с разбросанными вещами и исписанными листами — и с запертым окном. Тупик. Схватив, не глядя, несколько листов, Варвара выбежала, ворвалась в левую дверь. За ней обнаружился кабинет физика. Диванчик с серым постельным бельём. Мусор, скомканная одежда, грязная посуда. Стопки книг, горы исписанной бумаги — отличный горючий материал. Никакого компьютера, только большой калькулятор и карандаш. Старая школа. Окно и тут задраили ставнями.

В углу кабинета нашлась лестница. Схватив оказавшийся под рукой чайник, Варвара ощутила тяжесть воды на его дне. Подобрала какую-то тряпку, намочила, замотала ею лицо. Противогаз из тряпки был не лучший, но что было…

Огонь уже прорвался в дом и расходился по полу. Вскарабкавшись по лестнице, Варвара залезла на чердак и захлопнула крышку люка с той стороны. Огляделась. На чердаке, как ни странно, было пусто. Никакого научного хлама не валялось. Стропила держали проржавевшую крышу. Смотровое окошко было забито досками, чтобы птицы не залетали и не вили гнёзда на чердаке.

Окно — единственный выход. Последний. Другого нет. До крыши высоко, не допрыгнуть. Вцепившись в край доски, Варвара дёрнула её. Гнилое дерево, что держалось кое-как, крякнуло, поддалось. Одну за другой она выломала три доски, ухватилась за край окошка, подпрыгнула, вынесла корпус вперёд, наклонилась и вылезла целиком. Села, прижимаясь к ржавому покрытию.

Внизу бушевал огонь. Пламя подбиралось к крыше. Наверху отсидеться не получится: перекрытия рухнут. Приказав себе оторваться от крыши, Варвара двинулась от смотрового окошка, глядя вниз. Во дворе валялись дрова, железки, бочки, старый велосипед, бухты кабеля и другие нужные науке предметы. Прыгать было некуда.

Из окошка полыхнуло крыло огня, будто хотело поймать беглянку. Пройдя половину крыши, Варвара заметила разросшиеся кусты. Под ногами хрустнуло, кровля покосилась, готовясь обрушиться. Ждать было нечего.

Прыгать — так сейчас. Или будет поздно.

Варвара сорвала бесполезную повязку, зажмурилась, прочитала строчку молитвы, которой научил дед. Оттолкнулась изо всех сил… и понеслась вниз.

Дальше темнота.

* * *

— Живы?

Варвара открыла глаза. Над ней склонился человек в каске. Человек был молод, белобрыс и весел.

— Где я? — выдохнула Варвара, чтобы узнать, в какой вселенной, в каком измерении или мире она оказалась. Или уже перенеслась…

— Вытащили из кустов. Повезло тебе, что дом внутрь сложился.

Какое счастье: она в лучшем мире из возможных. В своём.

Варвара села, не ощущая поломанных конечностей. Падение оказалось удачным. Куст был мягким, как пружина, и она всего лишь отключилась. Теперь же Варвара нашла себя на носилках рядом с пожарной машиной, над которой торчала складная лестница. Люди в пожарных костюмах заливали из шлангов пепелище. От дома остались дымящиеся угли, над которыми торчала кирпичная труба в копоти.

— Тебя как зовут?

Молодому человеку можно было простить недостаток вежливости. Тем более такому симпатичному.

— Варвара Георгиевна, — ответила она, ощупывая шею и находя-таки царапину.