Пленница врага. Без права на прощение - Злата Зорич
Ком подкатил к горлу. Не слёзы, не жалость к себе — а стыд. Глухой, плотный. Я ведь тогда была так уверена, что способна выполнить свою клятву. Всё мне казалось возможным, потому что рядом со мною был Ник. Я только начала оживать. У меня наконец-то появился кто-то, кто защищал меня, заботился обо мне, всегда был рядом.
А теперь у меня нет даже собственного угла. Даже дивана, на который можно было бы уложить брата.
И как ему это все объяснить? Как признаться в том, что я не справилась? Что тогда я не могла даже предположить, как все обернется на самом деле?
Я не стала надолго задерживаться — самое главное, что я убедилась в том, что брат в порядке. Пожар, если он действительно имел место быть в этом доме, точно его не задел.
Постояла ещё немного под окнами, глядя на его силуэт, мысленно обнимая и благословляя, и прошла к подъезду. К нему как раз направлялась женщина с сумками, которая открыла дверь, и я, не сказав ни слова, прошмыгнула следом.
Когда я поднялась по лестнице на первый этаж, сердце уже стучало где-то в горле.
Вот она, дверь прямо напротив моей — та самая. Квартира, где начинался мой личный ад. Когда-то я боялась даже смотреть в её сторону. Теперь же я, напротив, впилась в нее глазами.
Она была вся какая-то грязная, как закопчённая. На стене и потолке рядом — мутные, серые разводы. Следы копоти? Косяк обмотан скотчем, вместо замка — свежая металлическая петля. Стало ясно как день: пожар действительно был. Вот они, неопровержимые улики.
Я подошла ближе, прикоснулась рукой к этим черным языкам на стене, провела по ним пальцами. Копоть, такая же черная, как и мерзкая, грязная душонка насильника, осталась на моих руках. Постояла там еще немного и зачем-то заглянула в глазок. Внутри — темно. Ни света, ни движения, ни звука. Пустота.
Он точно сгорел здесь. Там, внутри. В этой черной, чужой, страшной темноте.
Я повернула голову. Моя квартира была нетронута пожаром. Хорошая работа, Ник. Если это действительно сделал ты — хорошая работа! Жаль, что я вживую не могу тебе всего этого сказать.
Или все-таки…?
Тупая надежда, как раненое животное, тяжело шевельнулась в моей душе. Я не могла просто уехать отсюда и даже не попытаться его найти.
Глава 13
Я вышла из подъезда и направилась к его дому. Шла, повторяя про себя: пусть он будет там. Пожалуйста. Я больше никогда и ни о чем не попрошу. Просто позволь мне его увидеть.
Пока поднималась на нужный этаж, в груди нарастало то странное, знакомое чувство, когда ты почти уверен, что не найдёшь того, кого ищешь, но всё равно продолжаешь идти — потому что, если не дойти до конца в этой игре, останется глупая надежда, которую уже невозможно будет вытравить.
Я остановилась у его двери, прислушалась. Никаких звуков. Ни шагов, ни голоса, ни даже скрипа пола. Эта квартира, всегда такая громкая и шумная, теперь онемела.
Я нажала на звонок. Один раз. Второй. Потом постучала. Сначала легко, потом громче. Еще громче.
Но только тишина была мне ответом.
Я прислонилась лбом к косяку и в последний раз изо всех сил стукнула кулаком в дверь — не из злости, а просто от бессилия.
Никогда не думала, что увижу эту квартиру и не услышу за ней ни шагов, ни шума, ни жизни.
Я сползла на пол, села, поджав ноги, уткнулась подбородком в колени. Подъезд тоже будто вымер — ни звука, ни движения, и всё это только подчеркивало: я здесь совсем одна.
Я не знала, что делать дальше.
Когда я уже начала замерзать, где-то совсем рядом щелкнул замок. Дверь приоткрылась, и кто-то вышел на лестничную клетку, шаркая тапками.
— Ты кого ищешь? — раздался хриплый голос.
На пороге соседней квартиры стояла та самая старуха, которая постоянно ругалась на нас. На шум, на громкую музыку, на бесконечные тусовки. У нее на балконе я тогда спряталась от обыска, который проходил в квартире Даши и Ника.
— Здесь… Тут жили… — выдавила я. Было трудно сформулировать мысль.
— Съехали они, — отрезала она. — Такой шум от них был! Хорошо, что убрались…
— А девушка? — спросила я. — Даша.
— Вообще все как-то разом исчезли. Я думаю — они в бегах. Ну, сама знаешь…
Я кивнула.
Она посмотрела на меня ещё пару секунд, как будто хотела добавить что-то, потом развернулась и закрыла дверь.
Я осталась сидеть на полу. Не потому, что не было сил встать, а потому что я не видела смысла. Да, было еще два места, в которые я должна была съездить, но интуиция подсказывала мне, что все эти поиски напрасны. Он не хочет, чтобы его нашли.
Сначала я поехала клуб, в котором работали мы с Ником. За окном проплывали знакомые улицы, но ощущение было, будто я во сне.
Днём клуб выглядел безжизненно. На вывеске, где по вечерам загоралось неоновое пламя, остались только тусклые буквы. Дверь была приоткрыта — видимо, шла уборка или кто-то из работников зашел раньше смены. Я толкнула створку, и она со скрипом поддалась.
Из глубины доносился шум — кто-то двигал мебель. Я сделала шаг внутрь.
На выходе из подсобки появилась девушка. Лет двадцати пяти, с аккуратным хвостом и уставшими глазами. Она не узнала меня, а я ее.
— Добрый день, — начала я, стараясь не мяться. — Я ищу одного человека… Он работает здесь. То есть раньше работал. Вы, может быть, слышали?
Она равнодушно пожала плечами.
— А кто у вас сейчас работает управляющим? — я продолжала наступать. — Я могу с ним поговорить?
— Девушка! — она перегородила мне дорогу. — Вы вообще в себе? Вы кто такая?
— Я раньше работала здесь…
— Я сейчас позову охрану!
— Позовите, вдруг кто-то из них меня вспомнит.
— Так, —