Прихоть - Асти Брамс

Глава 14

Глава 14

Его губы всё ещё касались моих, когда я почувствовала, как руки Кирилла, только что ласково обнимавшие моё лицо, переместились ниже. Обхватили мою талию и с мягкой, но непреклонной силой он перевернул меня на живот.

– Кирилл… – выдохнула я в подушку, ощущая его тяжёлое, горячее тело, накрывшее моё сверху.

Мужчина не ответил. Только провёл по моему затылку, убирая волосы в сторону одним широким движением ладони, и поцеловал мою шею. Медленно, влажно, с таким нажимом, от которого по позвоночнику прокатилась жаркая волна. Его рот спускался ниже – между лопаток, вдоль спины, задерживаясь на каждом позвонке, как на ступени лестницы, и у меня сбивалось дыхание.

Я чувствовала возбуждение Кирилла – твёрдый, горячий член вжимался между моих ягодиц. А ещё он слегка двигал бёдрами, обозначая своё намерение. В конце концов, просунул руку мне под живот, подсказывая приподняться, и я послушно встала на колени. К этому моменту моё тело уже перестало спорить с его руками.

Стахов вошёл сзади. Одним резким, глубоким рывком, и из моего горла вырвался протяжный стон. Влагалище плотно обхватило ствол, и Кирилл застыл на мгновение, вжавшись бёдрами, давая мне почувствовать каждый сантиметр. Потом начал двигаться – размеренно, ритмично, выходя почти полностью и снова заполняя меня до основания.

Каждое движение отдавалось гулом по всему телу, и я уже начала тонуть в нарастающем удовольствии, цепляясь пальцами за простыню, но неожиданно сбилась... Потому что почувствовала, как мужской палец скользнул по ложбинке между моих ягодиц. Неспешно и осторожно он коснулся тугого, нетронутого входа.

Меня тут же словно пробило электрическим разрядом. Я инстинктивно сжалась и дёрнулась вперёд, но Кирилл не позволил уйти – схватил крепче, продолжая настойчиво вбиваться, не давая мне ни секунды передышки.

– Постой! – вырвалось хриплое. – Кирилл, не надо…

– Тише, – его низкий голос обволок, как горячий дым. – Не бойся, красавица.

Тяжёлая ладонь мягко легла мне на поясницу, а большой палец Стахова вновь прижался к сжатому кольцу мышц. Не двигаясь, просто обозначая присутствие – тёплое, настойчивое, как молчаливый вопрос. А ниже продолжались плавные, размашистые фрикции, навстречу которым я невольно поддавалась, и сопротивление таяло с каждой секундой.

– Я… – слова застряли в пересохшем горле. Щёки горели так, что я вжала лицо в подушку. – Я ещё не делала этого. Никогда, понимаешь?..

Кирилл наклонился, не прерывая ритма, и его губы коснулись основания моей шеи, оставляя поцелуй, от которого по коже побежали мурашки.

– Я догадался, – прохрипел он, и в голосе я уловила не снисхождение, а тёмное, жадное предвкушение. – Хочу быть твоим первым. И единственным, с кем тебе понравится этот опыт.

От услышанного внутри всё перевернулось. Стыд смешался с чем-то запретным, и низ живота прошибло горячим спазмом. Я поражалась, как моё тело откликалось на голос Кирилла, на его прикосновения, на саму идею, которая секунду назад казалась немыслимой... А его плоть, между тем, продолжала методично работать внутри, поддерживая такой уровень возбуждения, при котором разум просто не успевал выстроить оборону!

Стахов замедлился, немного отстранился и раздался щелчок – он достал что-то из прикроватной тумбочки, не покидая моего тела. Через мгновение его палец вернулся к тугому входу, но уже скользкий, тёплый от густой смазки, которую он щедро нанёс на кожу.

Первое прикосновение было невесомым, дразнящим. Он кружил подушечкой пальца, не проникая, просто приучая, размягчая, заставляя напряжение уходить по капле. А бёдрами продолжал свой ритм – неумолимый, сводящий с ума. Член скользил внутри с мокрым, бесстыдным звуком, и каждая фрикция отзывалась во мне пульсацией, которая расходилась всё шире, добираясь до того самого места, где кружил его палец.

Ощущение было невозможным, синхронным. Член внутри и палец снаружи – словно две руки, сжимающие одну и ту же струну с разных сторон. Мои стоны становились всё громче, звучали чужими, далёкими.

В какой-то момент мышцы против воли всё же ослабли. Именно тогда Кирилл мягко ввёл палец внутрь.

Я ахнула. Было странно, непривычно, остро. Но боли не было. Потому что одновременно Стахов подался глубже, и организм захлестнуло наслаждением прежде, чем успел включиться страх. Наполненность и давление пальца столкнулись, слились и породили что-то третье, незнакомое, от чего у меня закатились глаза.

– Вот так… – удовлетворённо выдохнул Кирилл. – Доверься мне.

Я не могла ничего ответить. Только прикусила край подушки, потому что ощущения множились и менялись с пугающей скоростью. Палец двигался внутри бережно, а мужская плоть – активно, рывками, и моё тело разрывалось между двумя источниками тёмного удовольствия. Оба вторжения одновременно – это было настолько интимно и обнажающе, что стыд полыхнул по венам жаром.

Кирилл добавил второй палец, ускорившись, и я вцепилась в простыню с таким стоном, что сама покраснела. Я металась от привычного импульса зажаться, оттолкнуть, до жгучего, почти животного желания раскрыться ещё больше. Стахов растягивал меня терпеливо, нежно, и мой организм сдавался под двойным натиском. Мышцы расслаблялись, пульсация усиливалась, а предоргазменное напряжение подкатывало всё ближе.

Внезапно всё прекратилось, и я невольно всхлипнула от пустоты. Пальцы Кирилл тоже убрал. Я застыла, тяжело дыша, и обернулась через плечо. Он стоял на коленях позади меня, его возбуждённый массивный член – мокрый от моей смазки – блестел, и он наносил на него дополнительный слой лубриканта уверенными движениями ладони. Лицо было напряжённым, сосредоточенным, почти суровым – и в то же время в серых глазах горело такое тёмное, всепоглощающее желание, что у меня перехватило дыхание.

– Если будет