Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

Возле круглого глинобитного дома две женщины вытряхивали на ткань горсть корешков и спорили, какие оставить для еды, а какие отнести зельеварам. У кузницы звякнул металл. По верёвочной лестнице с дерева спустился сонный мужчина, за ним — трое детей, причём последний съехал быстрее всех и немедленно получил подзатыльник. Стойбище не выглядело единым организмом, но жило в понятном ритме: каждый куда-то шёл, что-то нёс и знал, зачем проснулся.

Только Свен пока не знал.

С пригорка всё казалось удивительно мирным. Если забыть, что где-то рядом водятся Бешеные Пчёлы, гоблины дерутся стихами, боги швыряются молниями, а лесная кошка способна откусить человеку голову, стойбище вполне сошло бы за декорацию к историческому фестивалю.

Свен зевнул.

Опьянение давно прошло, а вместе с ним ушла и ночная бодрость, которой он ещё недавно удивлялся. Веки наливались тяжестью, ноги ныли, ушибленная ступня напоминала о себе при каждом неосторожном шаге.

— Ну хоть голова ясная, — пробормотал он.

Перед глазами послушно развернулся интерфейс.

РАССЕЯННОЕ ВНИМАНИЕ — ЭФФЕКТ ЗАВЕРШЁН.

— Спасибо. Очень вовремя.

В отличие от хозяина, Командор прекрасно выспался. Котёнок выбрался из капюшона, скатился по спине Свена, едва не прихватив когтями новую рубаху, и помчался по пригорку.

Только теперь Свен заметил, что весь склон изрыт маленькими норами. Из них то и дело выглядывали острые мордочки. Зверьки напоминали то ли сусликов, то ли луговых собачек, которых Свен видел в документальном фильме. Они вставали столбиками, оглядывали мир и пронзительно посвистывали друг другу.

Появление Командора внесло в их утренний распорядок серьёзные коррективы.

Котёнок прыгнул к ближайшей норе. Её хозяин исчез так быстро, словно его утянули под землю за хвост. Командор замер, удивлённо склонил голову, услышал свист за спиной и ринулся туда. Второй зверёк нырнул в другую нору. Третий показался чуть дальше по склону.

Через минуту Командор носился зигзагами, а вокруг него десятки встревоженных голов появлялись и исчезали, как в игре на скорость.

— Похоже, мы оккупировали чужую территорию, — сообщил Свен. — Ты для них стихийное бедствие. Маленькое, рыжее и очень довольное собой.

Командор не слушал. Он попытался следить сразу за тремя норами, запутался в собственных лапах, перекувырнулся и вскочил с таким видом, будто именно это и планировал.

Свен улыбнулся, но веселье быстро выветрилось.

Ему предстояло решить, как жить дальше. Не в высоком философском смысле — зачем он существует, что такое судьба и вправе ли богиня называть человека миньоном без письменного согласия. Вопросы были проще, а потому неприятнее: где спать, что есть и чем кормить Командора.

Мэйра ясно дала понять, что ближайший месяц придётся провести у Лесовиков. Или рядом с ними, если учитывать запрет Грона. За это время Свен должен был освоиться, набраться сил и обзавестись новыми умениями, в том числе магическими.

Вопросов по этому поводу набиралось больше, чем ответов.

Он сомневался, что ежедневная зарядка превратит Силу двенадцать в Силу сто. Ещё меньше верил, что кроссворды поднимут Интеллект. Да и где здесь взять кроссворды? Разве что сочинять самому.

«Лесное поселение из девяти букв. Первая — „с“, последняя — „е“. Ответ: стойбище».

Нет. Так он скорее потеряет ещё единицу Интеллекта.

Впрочем, это были вопросы не первой важности. Всё упиралось в экономику, а местная экономика пока выглядела проще некуда: кто не работает, тот не ест. Человеку без жилья, запасов и понятной профессии такая система ничего хорошего не обещала.

Свен задумался о собственных профессиональных навыках.

Архитектор.

Звучало солидно. Он умел читать планы, представлял нагрузки, знал, зачем зданию фундамент, почему стены не должны расходиться и отчего нельзя вырезать несущую колонну только потому, что заказчику не нравится её вид. Но одно дело — идеи, расчёты и чертежи. Другое — настоящее жильё, которое нужно построить самому, без бригады, инструментов и магазина стройматериалов.

Свен подозревал, что даже для себя не соорудит ничего приличнее шалаша.

О второй специальности лучше было не вспоминать.

Стриптизёр из клуба «Ника».

С другой стороны, учитывая явный перекос поселения в сторону женщин…

— Свен, будь серьёзнее, — сказал он вслух.

Командор остановился и посмотрел на него так, будто тоже осуждал.

— Тебе легко. Ты красивый, пушистый и можешь рассчитывать на оплату натурой. Мясом.

Котёнок мяукнул и снова бросился к норе.

Оставался дед Лесы. Старик не выгнал бы его сразу. Возможно, даже накормил бы. Но Свен ясно понимал: столько он не выпьет. Если каждое утро в том доме начиналось с настойки, то через месяц Мэйре пришлось бы отправлять в Город не великого варвара, а профессионального дегустатора, различающего травы по степени помутнения сознания.

Начать следовало с аудита возможностей. В первую очередь — материальных.

Свен поднялся и принялся выкладывать вещи на траву.

Рубаха Разведчика с капюшоном — крепкая и уже проверенная в лесу. Штаны, подаренные Гроном через вторую жену. Кожаные сапоги, пришедшиеся впору. Пояс с кармашками, каждый из которых вмещал подозрительно больше, чем позволяла его глубина. Нож Лесы. Фляжка. Посох. Трофейный бумеранг. Кнут Поэтического Гнева, который Свен старался без нужды не разворачивать. Каска Вдохновения, до сих пор пахнувшая так, будто её прежний владелец сочинял стихи исключительно в свинарнике. Пустой зловещий свиток.

Каждая вещь вроде бы чего-то стоила, но ни одна не отвечала на главный вопрос. Кнут пригодился бы в бою — если Свен научится с ним обращаться и не отхлещет прежде всего себя. Бумеранг умел возвращаться, по крайней мере Свен на это надеялся, но завтрак с собой не приносил. Каска могла вдохновлять, однако вдохновение без еды быстро превращалось в голодный бред. А свиток хранил загадочное достоинство человека, который пришёл на собрание, ничего не сказал и всё равно заставил остальных нервничать.

Свен по очереди взвесил предметы в руках. Продать их было некому, да и расставаться с неопознанными трофеями не хотелось. Использовать в хозяйстве — рискованно. Кнутом можно было связать жерди, но если он примет узел за поэтическое высказывание, последствия не возьмётся предсказать никто. Каску в роли котелка не позволял применить запах.

— Богат, — заключил Свен. — Осталось найти человека, который согласится считать всё это богатством.

На этом недвижимое имущество заканчивалось.

К движимому следовало отнести Командора. Причём, судя по скорости, с которой котёнок гонял жителей пригорка, — к чрезвычайно движимому.

— Впрочем, ты вряд ли согласишься числиться имуществом.

Командор вынырнул из-за кочки с сухим листом в зубах и торжественно положил добычу рядом с каской.

— Вот. Уже внёс вклад в семейный