Воплощённый - Александр Андреевич Лобанов
К огнемётам и стрекоту пулемётов присоединились и скелеты! Их косы оказались дальнобойным оружием – алые лазерные лучи в форме серпов вгрызались в зелень, прожигая нам проход. После третьего залпа лазерных лучей остатки створок и растения не выдержали давления, и под лязг, вкупе с диким грохотом, улетели во мрак образовавшегося прохода. Одновременно с исчезновением преграды темнота глубоко вдохнула, давление в коридоре упало, и навалились сумерки. Головы окутала сжимающаяся паутина боли, в глазах по новому кругу заплясали искры, а воздуха сразу стало мало, так что мы начали ловить его ртом. Следом пришёл холод, да такой, что пот ледяной коркой покрыл хребет, а дыхание обратилось в плотные облака.
– Хм… опять темно… почему я не удивлён?! – заглянув в пролом, заметил Арлекино.
– Мы там не пройдём, воздух слишком разрежен, да и холод… – просипел я, пытаясь восстановить дыхание.
– Фигня! Если не померли при открытии двери, то и при движении не помрёте. Несколько трещин в защитном куполе – не больше. Тут всего ничего пройти! – отмахнулся киборг, но затем задумался: - Но освещение нам нужно…
Насколько хватала взгляда, перед нами простилалось открытое пространство, оценить которое не мешал даже мрак. Потолки высотой не меньше пары десятков метров. Примерно на середине высоты несколько ажурных стеклянно-металлических туннелей, разрушенных на разных длинах растительностью.
Но внимание привлекли маленькие огоньки в кромешной тьме, хаотично разбросанные по пространству окрест и больше похожие на звезды, которые каскадами вспыхивали и тухли…
Расстояние до Административного центра на взгляд определить не получалось, ибо всё пространство впереди занимала сплошная стена леса. То же, что не попало под власть массивных и крайне уродливых стволов, оказалось отдано на откуп густому и даже на первый взгляд опасному подлеску.
А чтобы окончательно отбить желание соваться вперёд, из глубин Садов до нас доносилась жуткая какофония невидимой, но непрекращающийся ни на миг битвы. Она сопровождалась танцами теней смерти, пиршеством безумства, а также не поддающейся разуму вакханалией образов!
Мысли оборвал вой за спиной, и мы практически почувствовали влажное дыхание Стаи. Однако я всё равно успел сделать снимок открывшихся «Садов».
- Господин! – один из скелетов принял мысли, высказанные Арлекино вслух за руководство к действию, и теперь протягивал тому факел, собранный из обломков деревяшек, тряпья и топлива развороченного транспорта. Ещё в нескольких местах наспех делали осветительные приборы из подручных инструментов.
- Отлично! – кивком киборг переадресовал факел в мои руки. – Теперь нужны добровольцы для последнего барьера! – киборг выхватил целой рукой двуручный меч из ножен за спиной Рахнеза, которого поблизости тащил спасший киборга скелет. Впервые на моей памяти Арлекино вооружался!
– Господин Арлекино, бросьте вы людишек, мутанты ими удовлетворятся, а мы сможем уйти! – раздался дребезжащий голос старушки Имаг. – А вместе с ними можно оставить и Некера, вдруг его магия поможет…
– Я, но почему? Я не хочу… – вяло забился очкарик.
– Хорошая идея, Имаг! Рад, что ты заботишься о других и желаешь пожертвовать собой ради блага многих! – глаза киборга сверкнули, когда он обернулся к ней. – Скелеты, ваша задача проследить, чтобы доброволец, Имаг, не бросился за нами и сразился с мутантами! Из остатков техники организовать барьер. И стоять до конца! Ну а мы прорываемся и быстро!
Образовался клин с киборгом во главе и скелетами по краям. Мы нырнули в хаос разнотравья под истеричные крики и проклятья Имаг, но не обращая на них внимания. Десятки людей двинулись вперёд в надежде на нового предводителя. Я буквально мог почувствовать их веру в Арлекино!
Первое, что я ощутил, оказавшись в “Садах”, это ветер. Он дул сразу со всех сторон, по несколько раз в минуту меняя направление, хотя скорость его оставалась практически постоянной – штормовой, и это несмотря на крайне низкое давление.
Однако это не помешало спикировать на нас стае летающих на стрекозиных крыльях слизней, размером с голубя! Существа оказались неповоротливыми, и первый же залп выкосил большую часть. Закапала слизь… и послышались крики – слизь разъедала не хуже кислоты. Слизни пошли на второй заход!
Высоко над нами и далеко впереди произошёл взрыв: расцвела ослепительно-белая вспышка, как небольшое солнце, а следом пришла упругая волна обжигающе горячего воздуха. До нас запоздало донеся отдалённый хлопок и треск, как будто рвётся само пространство.
Я замер на миг, прозрев в затухающих отблесках взрыва и увидев то, что нам предстояло пройти: лабиринт из исполинских деревьев и кустов, окутанных лианами и травами, что сливался с огромными механизмами. Переломанные, изогнутые и развороченные куски труб торчали из земли, но в их недрах что-то грохотало. Паутина проводов свисала со сводов. А в отдалении я заметил возвышающийся над кронами бок оплавленного генератора или чего-то подобного искорёженного аварией.
Вспышка распугала мелкую живность, но это была лишь передышка – во внутренностях “Сада” завелись паразиты. Я видел прикреплённые к стенам, мосткам, частям системы огромные белёсые наросты, сотканные из нитей. А затем свет от аномалии-звездочки иссяк!
Факел производил крайне мало света, чадил и потрескивал, а мы шли, с трудом переставляя ноги и качаясь под порывами ветра. Выглядело жутковато, ибо мрак вокруг с каждым шагом, казалось, становился всё плотнее… И совсем жутко стало, когда мы ступили под алые кроны космических джунглей. Не покидало чувство, что идём сквозь бездну.
О тепле от огня и говорить не приходилось – нас била крупная дрожь. А через несколько минут наравне с завыванием ветра на сознание стал давить гул неизвестной природы. До крайности гнетущий. Монотонный. Доносился он, казалось, со всех сторон, а может, и изнутри черепа. От непонимания по шкуре бегали мурашки.
Я пытался бороться! К физическим трудностям привыкнуть оказалось делом усилия воли – что не убивает, то делает сильнее, особенно дураков и героев. Но вот моральное напряжение заставляло нервничать и шарахаться от собственной тени. И чем дольше это продолжалось, тем сильнее я жалел, что Альфа без сознания…
Но от лишних мыслей отлично отвлекала непрекращающаяся рубка! Клинки мелькали с бешеной скоростью, прорубая просеку. Не успели мы удалиться на два десятка метров, как хаос происходящего в Садах захлестнул нас с головой.
Радужно переливающиеся тараканы с прочной хитиновой бронёй и размером с такс пытались подкопаться и