Здесь, но не сейчас - Андрей Волковский

Роб почти не слушал: в общем-то, ему нет нужды разбираться в тонкостях перелёта. Довезут – и ладно.

Тереза о чём-то спросила помощника, но он не успел ответить, поскольку в салоне раздался мелодичный голос бортовой системы:

– Получен сигнал спасательной капсулы. Предположительно, объект внутри жив.

– Выведи изображение на экран, – велел капитан.

На стене напротив него тут же проявилась величественная тьма космоса, усеянная обломками и редкими астероидами. В центре разреженного облака плыла капсула. Огоньки, охватывающие её периметр, мерцали зелёным, давая знать, что внутри кто-то есть и что жизнедеятельность этого кого-то поддерживается.

Судя по приметным крестам по бокам и надписи «Custodi et serva», капсула была церковная.

Роб заметил, как многозначительно переглянулись члены экипажа. Капитан откашлялся и преувеличенно бодро произнёс:

– Надо же, церковная капсула! Конечно же, её скоро подберут братья по вере.

Его товарищи согласно закивали.

– Разве мы не должны помочь человеку?

Голос Терезы прозвучал негромко, но её услышали все. Она оглядела присутствующих: Роба, Никифора, помощника капитана и доктора, покинувшего свой кабинет ради беседы и игры в шахматы.

– Ну, если бы мы наткнулись на капсулу в открытом космосе или у какой-нибудь редко посещаемой планеты, тогда, конечно, помогли бы, – веско произнёс капитан. – А тут этому несчастному скоро и без нас помогут.

– Но ведь капсула движется вместе с астероидным потоком! Вдруг к тому времени, как сюда прибудет церковный корабль, её уже унесёт!

– Она права, – пробормотал доктор.

Помощник капитана бросил на него сердитый взгляд, но спорить не стал.

– К тому же сейчас все корабли церкви заняты поисками пиратов, – добавил Роб. – Капитан, достаньте вы этого несчастного. Я вам заплачу за лишнего пассажира. В ближайшем крупном порту высадите его, глядишь, ещё и от церкви благодарность получите.

Члены экипажа снова переглянулись.

– У клириков слишком много секретов, – мрачно сказал Никифор, откидывая показную бодрость. – Один мой знакомый слышал о капитане, который подобрал отступника в космосе. Так Инквизиция впаяла ему помощь еретику. Забрали корабль и на четыре года отправили в Чистилище.

Чистилищем называли огромную планету-рудник, куда западники часто отправляли грешников для раскаяния и общественно полезных работ.

– Давайте вернёмся на Иридию и сообщим о том, что здесь человек, – Тереза сдаваться не хотела.

– А давайте просто продолжим путь, – раздражённо выпалил помощник капитана. – Мы не подписывались помогать всем направо и налево! За всякого переживать – голова заболит.

– Так нельзя! Мистер Никифор, пожалуйста, не оставляйте человека в беде. Помогать ближнему – долг каждого из нас. Падший искушает нас злом не так, как пишут в старых книгах. Не уговорами и посулами, а слабостью. Отведи глаза, останься в стороне – и Падший восторжествует.

– У нас светский корабль, мисс Тереза, – заметил доктор, нервно постукивая шахматной фигуркой по подлокотнику.

– Разве в вере дело? Быть человеком – это не вопрос религии. Это вопрос совести. Моя бабушка говорила: все мы люди, но человеку нужно иногда напоминать о том, что он человек.

Такая смешная. Такая наивная девочка.

– Втащите капсулу, капитан. Просто не будите того, кто внутри. Мы заберём капсулу с собой, и, если что, отвечать перед Инквизицией тоже будем мы.

Роб вовсе не планировал геройствовать. Но что сказано, то сказано.

Никифор кивнул своим товарищам. И через пять минут капсула была на корабле.

До Земли Марии долетели молча. Денег за третьего «пассажира» капитан не взял, попрощался вежливо, но прохладно.

Космопорт колонии производил странное впечатление: маленький и какой-то потёртый, он казался отсталым, но в то же время уютным. Порт и городок рядом утопали в зелени. Мощные деревья с раскидистыми кронами бросали густую тень на человеческие постройки. Вьющиеся растения оплетали стены и заборы, создавая причудливые зелёные узоры на зданиях. Полевые цветы живописно пестрели между домами. Красиво, но, по мнению Роба, очень несовременно.

Местные сразу распознали в Терезе свою и окружили её вниманием и заботой. Роб мысленно порадовался, что на его долю такой заботы не досталось: он предпочитал сохранять независимость.

Роба забавляло и изумляло здесь всё: странная старинная одежда, платки на головах у женщин, растительность на лицах многих мужчин, своеобразный выговор. Язык тут был свой, но космолингвой владели почти все.

Капсула западников произвела фурор: марийцы дивились, крестились и озадаченно качали головами. Будь их воля, они бы наверняка не распечатывали капсулу до прилёта рейсового корабля и так, запечатанную, и передали бы обратно во внешний мир. Но лимит времени действия капсулы подходил к концу, так что нужно было вскрыть её, чтобы находящийся внутри человек не погиб.

Роба больше интриговала история с ангелом, чем спящий церковник. Но нельзя игнорировать событие, которое может оказаться интересным – это он усвоил очень давно. Так что при пробуждении клирика присутствовали не только местные и Тереза, но и независимый наблюдатель в лице Роба Валенски.

Техник – Роб, кстати, сильно удивился, узнав, что здесь есть техники – помудрил над панелью управления, и минуты через две капсула с тихим шипением открылась. Внутри обнаружился мужчина лет тридцати с тёмными волосами и красивым, но надменным лицом. Одет он был в обычную для инквизиторов укороченную до колен рясу военного покроя с вшитыми защитными пластинами.

Спал он тревожно, хотя должен бы безмятежно почивать под присмотром системы. Глаза под опущенными веками лихорадочно двигались, а пальцы левой руки, видимой Робу, так сильно сжимали чётки, что побелели.

Мужчина судорожно втянул в себя воздух и резко открыл глаза. Медленно огляделся, затем поднялся, садясь в открытой капсуле.

– Добро пожаловать на Землю Марии, добрый человек! – поприветствовал его местный лидер, как его здесь называли, староста.

На лице клирика промелькнуло удивление, словно он не ожидал очутиться именно здесь. Но мужчина тут же взял себя в руки:

– Западная Церковь благодарит вас за гостеприимство. Земля Марии в созвездии Водолея? – уточнил он.

Староста кивнул, и клирик слегка склонил голову в символическом поклоне.

– Могу я поговорить с вашим патриархом?

– Я здесь, – к капсуле шагнул седой старик с длинной, но редкой бородой.

Клирик ловко выбрался из капсулы и, обменявшись с «коллегой» церемонными приветствиями, решительно увёл старца для беседы наедине.

Роб фыркнул. Надо полагать, западники отправили на Марию своего агента. Воистину, пути Господни неисповедимы: что бы там с ним не случилось, он всё-таки оказался