Дюба-дюба - Пётр Николаевич Луцик
Послышались голоса. Опомнившись, он закрыл дверцу на крючок, ногами отодвинул его ноги от щели под дверью, нагнувшись, зажал ему рот, стараясь не глядеть на лицо...
В туалете переговаривались люди, кто-то засмеялся. Андрей стоял не двигаясь, боясь разогнуться. Люди долго возились, смеялись, мыли руки. Андрей шмыгнул носом, вытер его ладонью, снова шмыгнул, но из носа все текло. Не разгибаясь, не отпуская руки от его рта, он достал из кармана платок, высморкался тихо, глядя на щель под дверью.
Наконец все стихло. Андрей разогнулся, рука его была в крови. У человека был разбит нос. Андрей осмотрел руки, осторожно платком поднял крышку бачка и медленно, аккуратно вымыл руки в бачке, затем, не сводя глаз с человека, так же аккуратно, насухо вытер их платком и о подкладку своего пиджака.
Склонившись, осторожно, стараясь не испачкаться, он поднял его, с трудом усадил на унитаз, взял за подбородок, глянул в закатившийся глаз. Кровь шла у него из носа и разбитой брови. Прислонив его головой к стене, ощупал карманы костюма. Достал из внутреннего бумажник, выбрал все, не глядя спрятал себе в карман, бумажник засунул обратно. Нашел еще деньги, тоже положил в карман. На безымянном пальце он увидел золотой перстень, попробовал стянуть его. Перстень не шел.
Прислушавшись, он открыл дверцу, выглянул в туалет. Было пусто. Он метнулся к раковине, взял обмылок, вернулся, снова закрылся.
Он мочил в бачке и мылил палец, тянул, перстень не шел, он снова мылил и снова тянул. Наконец ему удалось стащить кольцо, он так же осторожно раздвинул ему ноги, бросил обмылок в унитаз, а перстень промыл в бачке.
Спустил воду, вытер руки. Было тихо. Человек сидел не двигаясь, кровь застывала на его лице, на груди, на зеленом велюровом пиджаке. Андрей наклонился к нему, прислушался. Потормошил его. Тот слабо вздохнул. Андрей усадил его попрочней, еще раз прислушался. Потом встал на унитаз, на бачок и быстро перелез в кабинку рядом. Отряхнувшись, вышел из нее, подергал дверцу соседней...
В зале громко играла музыка. Лена сидела, глядя на музыкантов. Андрей поймал официанта, сунул ему деньги, подошел быстро к ней.
— Пошли!
— Куда? Что с тобой?
— Пойдем отсюда. Только скорей! Потом объясню...
— Но что случилось? — она, продолжая сидеть, глядела на него, обиженно поджав губы.
— Лена, я прошу. Скорее! — он оглянулся на лестницу. — Поедем в другое место.
— Но мы уже никуда не попадем!
— Ну я прошу тебя. Скорее! — он стоял над ней злой, двигая ее вместе со стулом.
— Тебе плохо? Может быть...
— Господи, ты можешь встать?!
Она встала, пожав плечами, взяла сумку. Он подхватил ее за локоть, потащил вниз.
— Ты мне синяки сделаешь! — она высвободилась. — Больно же...
Внизу, стараясь не смотреть на туалет, он протянул номерки гардеробщику. Тот не спеша пошел к вешалкам. По лестнице спустились двое парней. Зашли в туалет...
Андрей взял ее пальто, резко набросил на нее, быстро надел свое.
— Я не понимаю, что случилось?
— Потом, — он потащил ее к выходу.
Дверь была заперта.
— Мне нужно зеркало, — она пыталась вырваться.
— Отец! — он не выпускал ее. — Мы очень опаздываем, — а сам все время глядел как завороженный на дверь в мужской туалет.
Швейцар медленно встал со стула, подошел не спеша, завозился с ключом. Очередь глядела на них через стекло.
— Я сейчас, — она все-таки вырвалась. — Мне надо в туалет.
Андрей едва успел схватить ее за шиворот. В уборной закричали. Выбежал сначала один парень. За ним второй. Смеясь, он кинул в первого коробком спичек.
Андрей машинально сунул руку в карман, вынул рывком, вся его мелочь, звеня, высыпалась на пол. Швейцар открыл наконец дверь.
— Я помогу, — он наклонился, загораживая проход.
— Не стоит, — Андрей, стараясь улыбнуться, не выпуская Лену, ласково отодвинул его лысую голову и, вытолкав Лену, потащил ее прочь.
Пройдя, почти пробежав метров сто, Андрей отпустил ее и вышел на дорогу, ловя машину.
— Сейчас, — приговаривал он. — Сейчас поедем в «Прагу», куда угодно! А здесь плохо...
— Я не поеду, — сказала Лена. — Я с тобой никуда не поеду.
Остановилась машина. Ему пришлось вернуться, говорить что-то, он снова взял ее за руку, ласково подвел, усадил.
В машине он закурил.
— Ну не обижайся, ладно? Знаешь, это нервы просто, нашло что-то. Сейчас все будет хорошо...
Она отодвинулась от него, сидела в углу, напуганная, обиженная. Он попробовал взять ее руку, поцеловать. Она резко и зло оттолкнула его. Андрей вдруг засмеялся.
— Ты уж извини, что я в туалет тебя не пустил...
Она не разговаривала с ним, он заплатил водителю и вышел вскоре, прошелся не спеша по улице, вдыхая ночную свежесть.
В Доме кино он первым делом зашел в туалет и там, запершись в кабинке, пересчитал деньги. Денег было четыреста с лишним, не считая перстня. Выходя из кабинки, он механически проверил соседние дверцы, усмехнулся, в чистой белой раковине долго с мылом мыл руки. Вдруг вошел Ролан Быков, глянул на него хмуро, прошел к писсуарам. Андрей сушил руки и внимательно смотрел на его спину. Тот вдруг обернулся сердито и быстро перешел в кабинку, раздраженно хлопнув дверцей.
Андрей смеясь бегом поднялся в ресторан. Миша и Наташа были еще здесь, пили кофе.
— Где ты есть? Мы уже рассчитались, — крикнул Миша.
— Ничего, — он сел рядом с Наташей, радостный, возбужденный, позвал официантку.
— Карина, милая, принеси нам еще вина, а мне мяса какого-нибудь и сигарет, — он сразу, не глядя, дал ей деньги.
— Ну как Мастер? — спросила Наташа своим тоненьким голосом.
— Замечательно! Миша, знаешь, я даже сцену придумал, пока ходил...
Кругом за столиками уже шумели, говорили громко пьяными голосами.
— Расскажи.
— Не знаю, может, это бред... Отряд встал на хуторе, и на ночь в караул поставили парня, молодого, ну такого, как мы с тобой. А ему днем девка одна хуторская понравилась. Они с ней залезли на сеновал, целуются, обнимаются. В это время комиссар посты обходит, суровый мужик такой. Смех услыхал, зашел в сарай. Кто там? Парень девку толкает. Она назвалась. Ты одна, что ли? Одна. А чего смеешься?