Возвращение к истокам - Андрей Сергеевич Минин

— Ах, твоя юная ученица, — притворно восхищенно прижала ладошки к губам, Ирга, «наивно» хлопая глазами и подмигивая мне.

— И чем тебе пришлось поступиться? — Спросил Титий, мягко задев девушку плечом о плечо, чтобы она перестала дурачиться.

Я отмахнулся.

— Старший станционный смотритель ответственен не только за свою железнодорожную станцию. В мои обязанности входит пригляд еще за тремя десятками раскиданных по нашей ветке железной дороги — деревень и выселков. Справлюсь, — повторно отмахнулся я.

— Сдается мне железные дороги только выиграли в этой ситуации. Где они еще найдут бакалавра согласного работать в такой глуши?

— Так и есть. Эта должность давно пустовала.

Ирга нахмурилась и стала серьезнее.

— Ты же не погонишь меня на мороз? Искать для тебя источники магии? Я и на лыжах то не умею ходить.

Живя на юге, где круглый год лето, забываешь о временах года, а ведь сейчас начало зимы. Снег уже лежит.

— Одну точно нет. И мне нужен не какой-то там источник, впрочем, наносить на карту будем все что попадется на глаза. Работы будет много.

— Вряд ли стоит многого ожидать. Думаешь, государство что-то пропустило?

— Уверен в этом. Места там гиблые.

— Посмотрим…

— Да. Посмотрим.

Разговор как-то сам собой завершился, и друзья ушли в свою комнату. Слышу их шепот, а потом звуки поцелуев. Вздыхаю, и чтобы отстраниться, погружаюсь в свое Бесконечное Пространство Внешнего Моря.

Хорошо здесь. Практически лес, а не тот куцый Атолл, что был раньше. Все в кустах. Все цветет. Мой сад.

Чтобы пробиться к пруду приходится идти через целый лабиринт из этих принявших вещественный облик рун, с которыми еще предстоит разобраться, ведь отголоски тех сил что в них заключены не всегда мне понятны. Язык магов это все же упрощенная версия мистического языка планарных существ, а не обычный язык. На его более сложном диалекте творят свои чудеса боги и иные равные им по силам сущности.

Ох, жду не дождусь того времени когда смогу забыть о навязанных мне обременительных обязанностях и заняться чистыми исследованиями и ритуалами. Хочу реализовать все те идеи копившиеся у меня долгое время. И чтобы меня никто не отвлекал!

Да, давно я не плавал в своем пруду среди заклинаний принявших вид кувшинок и других цветов, названий которых в природе не существует. То же затмение выглядит столь необычно, что диву даешься.

Еще удивляет его запах. Пыль пожелтевших страниц старых книг…

Я никуда не спешил. Поплавал среди ластившихся ко мне цветов, и вышел на берег. Лег на траву, рассматривая небо Бесконечного Пространства — чей цвет это отражение волн Внешнего Моря, а значит и цвет этот не имеет названий на людском языке.

Развлекался тем что придумывал имена этим цветам. Смешливый. Угловатый. Правильный.

Шло время. Неделя сменялась новой и вот, в середине зимы — мы подошли к берегу Океании с севера.

Ночь. Самый крупный из расположенных на землях стужи городов сиял тысячами огней уличного освещения. Таких же холодных, как и цвет проплывающих рядом с нами льдин.

Титий и Ирга ежились, хоть и были укутаны в шубы. Об одежде для них я подумал загодя.

— От этого города веет холодом не меньше чем от снега! — Зло топнула ножкой девушка. — Зачем было освещать Прибрежный огнями цвета лазури и незабудок⁈ — Возмущалась Ирга.

— Ты меня спрашиваешь?

— Это же твой город!

— Вовсе нет. Я родился в Лисьей Горке, это другая Республика. Город я знаю плохо. В прошлый раз толком не удалось его рассмотреть.

— Почему же?

Воспоминания были неприятными, по тому я проворчал.

— Меня привезли сюда в кандалах и месяц держали в тюрьме, а после суда отправили в ссылку к вам — на остров Красные Воды. Забыли?

— А, точно. Но все же — как холодно! Бр-р-р… — Стряхнула с себя снег, Ирга. Ко всему прочему мы попали под снегопад.

Швартовка. Таможня. Проверка наших медальонов на сличителе — это съедало наше время со скоростью поедающего траву кролика.

Выгрузка вещей, особенно моих (десятки крупногабаритных плотно запечатанных ящиков). Поиск места для их хранения. Зевающие друзья и замызганный доходный дом рядом с портом в котором мы вынуждены были остановиться. Ирга и Титий уже еле стояли на ногах, засыпая на ходу, и я не стал их мучить.

Три часа ночи. Оставив друзей спать — ничего с ними не случится — я ушел гулять по ночному городу.

Поймав на ладошку пару снежинок, я улыбнулся хмурому небу и под хруст проминающегося под ногами снега, поправив на голове грибную шляпу (поддеть что-ли под нее шапку?) — по зову сердца — я ищу приключения.

Дверь хлопнула. Старые часы на тумбочке рядом с кроватью одного из двух мальчиков спящих в комнате показывали четвертый час. Очень раннее утро.

Мальчишки кутались в одеяла и сладко сопели, но как только дверь в их уютную квартиру хлопнула, мальчик, что выглядел помладше, открыл глаза и испуганно посмотрел на часы.

Ойкнув, он выполз из кровати и босыми ногами протопал до окошка украшенного ледяными узорами. Прижав к нему свой нос, он долго смотрел вслед своей маме спешащей на работу.

— Ты опять за старое? Иди уже спать. На часы смотрел? — Простонал сквозь сон старший брат мальчика, приоткрыв один глаз и рассматривая братишку сквозь пелену грез.

— Не хочу, — буркнул ребенок, прижимая к груди мягкую игрушку и продолжая смотреть в окно.

Старший брат посмотрел на ноги младшего, назвал его про себя козявкой и тоже встал, подхватив теплые носки. Надев их на непутевого братишку он остался стоять рядом с ним.

За окном шел снег. Двор их многоквартирного дома замело. И только головы снеговиков торчали из сугробов. Узнать их можно было по морковкам заменяющим им нос.

— На горку? — Предложил он обреченно.

— Да! — Воскликнул младший из мальчиков перестав грустить.

Он побежал одеваться пока его зевающий брат ходил в туалет, а потом искал санки.

Они вышли на улицу.

— И-го-го! — Воскликнул мелкий, повелительно махнув рукой брату, и тот вынужден был тянуть усевшегося в санки родственника на горку. — Не туда! Давай в