Камень желаний - Ирина Ульяненко

Без торта.

Я посмотрела на него.

— А где торт?

Он удивился.

— Какой?

— В прошлый раз был.

— Мам, я теперь каждый раз должен приходить с тортом?

— Конечно.

— Не знал.

— Теперь знаешь.

Он открыл холодильник.

— Есть будешь? — спросила я.

— Нет.

И достал колбасу.

— Ты неисправим.

— В кого-то же надо.

Мы пили чай.

Славик всё пытался выведать подробности.

— Значит, Камня больше нет?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

— И желания не исполняются?

— Слава богу.

Он задумался.

— Жаль.

— Что именно?

— Я уже придумал насчёт машины.

Я бросила в него салфеткой.

Он засмеялся.

Потом стал серьёзным.

— Мам.

— Что?

— Ты правда могла получить всё?

— Похоже.

— И отказалась?

— Да.

— Даже деньги?

— Даже деньги.

Он покачал головой.

— Не понимаю.

— Вот доживёшь до пятидесяти…

— Только не начинай.

Я улыбнулась.

— Иногда возможность получить всё гораздо страшнее, чем невозможность получить что-то.

— Очень философски.

— Запиши.

— Не буду.

Перед уходом он обнял меня.

Просто так.

И я вдруг подумала:

раньше Камень обязательно показал бы мне, чего он сейчас хочет.

Теперь я не знала.

И не хотела знать.

Если Славик захочет — сам расскажет.

С Мариной всё оказалось сложнее.

Мы не стали делать вид, что ничего не произошло.

Первые несколько встреч были неловкими.

Она постоянно извинялась.

Я постоянно говорила:

— Хватит.

Но внутри всё равно оставалась маленькая заноза.

Однажды мы снова сидели у неё на кухне.

На столе стояла знакомая бутылочка коньяка на рябине.

Марина посмотрела на меня.

— Ты мне ещё не доверяешь?

Раньше я бы сказала:

— Конечно доверяю.

Чтобы не обидеть.

Теперь ответила:

— Не до конца.

Она помолчала.

— Справедливо.

— Но уже больше, чем неделю назад.

— Тоже хорошо.

Мы выпили.

Через час уже смеялись.

Не потому, что всё забыли.

Просто дружба, как оказалось, тоже не обязана быть идеальной.

Иногда её приходится чинить.

Аркадия я больше не видела.

Он написал один раз:

«Спасибо за тот разговор».

Я ответила:

«Береги себя».

И всё.

Мне не хотелось знать, что будет дальше.

Позвонит ли он ещё.

Встретимся ли мы когда-нибудь.

Появится ли у него другая женщина.

Раньше эта неизвестность мучила бы.

Теперь нравилась.

Не каждая история должна возвращаться к началу.

Некоторые просто заканчиваются.

И освобождают место для следующей.

О Мироне я думала часто.

Через две недели после ночи у Колодца пришла открытка.

Обычная.

Без обратного адреса.

На лицевой стороне было море.

Сзади всего несколько слов:

«Полина. Я увидел восход. Потом ещё один. Оказалось, когда можешь закончить жизнь в любой момент, иногда хочется посмотреть, что будет завтра. Спасибо. Мирон».

Я перечитала.

Улыбнулась.

Поставила открытку на полку рядом с фотографией отца.

Теперь Мирон мог уйти.

И именно поэтому впервые за сто сорок семь лет решил немного пожить.

Наверное, в этом была какая-то насмешка жизни.

Но хорошая.

Лёвка держался целых три недели.

Потом позвонил в семь утра.

— Поля.

— Что?

— Ты спишь?

— Уже нет.

— Поехали.

Я сразу поняла.

— Куда?

— Копать.

Я молчала.

— Поля?

— Думаю.

— Металлоискатель зря покупали?

Вот зараза.

Я посмотрела в сторону прихожей.

Он стоял там.

Мой подарок на пятидесятилетие.

После хутора я к нему не прикасалась.

— Только не туда.

— Куда?

— На хутор.

— Я туда вообще больше не поеду.

— Тогда куда?

— Поле есть старое. Там раньше дорога проходила.

— Откуда знаешь?

— Нашёл карту.

Я засмеялась.

— Через час.

— Еду.

— Лёвка.

— Что?

— Бутерброды возьми.

— Уже сделал.

Я открыла шкаф.

Достала отцовскую куртку.

Подержала.

Потом неожиданно повесила обратно.

— Отдыхай, пап.

Сегодня она мне не нужна.

Надела свою.

Взяла металлоискатель.

Лопату.

Термос.

Посмотрела на себя в зеркало.

Пятьдесят лет.

Морщинки возле глаз.

Несколько седых волос.

Можно было бы покрасить.

Когда-нибудь.

А может, и нет.

— Нормально, Полина.

Отражение согласилось.

Поле оказалось огромным.

И совершенно обычным.

Никаких старых хуторов.

Никаких легенд.

Никаких колдунов.

Просто трава.

Земля.

Небо.

Лёвка включил прибор.

— Кто больше найдёт?

— Смотря чего.

— Металла.

— Тогда я возле твоей машины постою.

— Нечестно.

Мы разошлись.

Первый сигнал.

Пробка.

Второй.

Гвоздь.

Третий.

Какой-то кусок железа.

Через час я начала смеяться.

— Что? — крикнул Лёвка.

— Ничего!

Вот оно.

То, чего я хотела с самого начала.