Боги и Эпохи. Беседы с богами по-взрослому - Владислав Евгеньевич Лебедько

П.: Познание материального мира? Дело в том, что не раз уже в разные эпохи познание человеком материального мира было доведено до предельного уровня. Предельным я называю уровень, когда познание выражается не в формулах, не в словах и не в книгах, а в том, что человек может чувствовать и воздействовать своей мыслью на элементы физического мира. Такое бывало многократно. В вашу эпоху идет теоретико-практическое осмысление взаимосвязей материального мира. Оно так же необходимо Земле, как элемент ее самосознания еще в одном диапазоне. Только, говоря о теоретико-практическом осмыслении, под практикой я подразумеваю некую квинтэссенцию теорий, появившуюся в вашу эпоху, — «приборное» взаимодействие, не непосредственное… Это взаимодействие не через мысли и чувства, а опосредованное приборами, механизмами, химическими реакциями, опирающимися на формулы, теории, расчеты… Это тоже одна из граней познания мира. Мир не то чтобы должен, но может быть познан во всей своей целостности, и в разные эпохи это осуществлялось по-разному, с различных сторон. Те, кого ты назвал «первобытными людьми», тоже овладевали этим знанием со своего уровня. Во многом их ступень познания не уступала вашей.

В.: Скажи, пожалуйста, когда процесс познания мира как целого будет полностью осуществлен, действительно ли, как пишут в Ведах, Вселенная подлежит уничтожению и возрождению вновь?

П.: Очень сложно ответить. Потому что одновременно можно дать два ответа: и да, и нет. С одной стороны — да, с другой — нет. Познание не может закончиться ни в какой обозримой перспективе. Будут меняться эпохи, грани восприятия… Даже с наступлением времен, когда люди смогут интегрировать все, что было накоплено за миллиарды лет, — эта интеграция будет происходить в другом качестве. Если смотреть отсюда, из нашего века, то этот процесс можно будет назвать разрушением Вселенной. Из нашего нынешнего состояния мы воспринимаем это как остановку времени и уничтожение мира. А там движение времени будет другим, и Вселенная никогда не исчезнет. Это почти невозможно объяснить и понять умом. Я выразил это настолько, насколько язык того, через кого я объясняю, может описать ту невероятную гамму переживаний, которая открывается как ответ на твой вопрос.

В.: Я хоть какую-то тень, но уловил. Спасибо. Что ты сам можешь добавить к нашей беседе?

П.: Не нужно пытаться объять необъятное и гнаться за всем сразу. Живите свою жизнь. Это я для всех говорю. У каждого есть своя задача. Даже пробужденный человек не в состоянии познать все. Ноу людей вашего времени такие тенденции имеются — они хотят построить «полную и целостную картину мира».

Это глупо и бесполезно. Любое знание должно иметь практическое приложение и соответствовать предназначению данного человека и эпохе, в которую он живет. Человечество — единый организм, в нем нет ничего лишнего. В каждом веке, десятилетии, дне в нем проявляются качества целого и рождаются те люди и знания, которые необходимы. Все необходимо… Нет ни одной такой вещи, которая важнее другой. Так называемое «профанное» знание тоже нужно, как демпфер. У всех свое предназначение…

И еще — нельзя оторвать процесс индивидуального развития от задач эпохи, отгородиться, обособиться. Любое знание исторично. Любая жизнь исторична и проживается в контексте данного времени. Нет абсолютного знания. Любая информация соответствует конкретному этапу развития человечества и его задачам.

В.: Огромное спасибо тебе, Пифагор.

П.: То, что вы хотели услышать, вы услышали. Спасибо.

Описание переживания: состояние всеобъемлющего полета, древности, чувствую себя вездесущим оком (это ощущение росло и углублялось).

Вопрошающий: Здравствуй, Смерть.

Смерть: Здравствуйте.

B.: Смерть, скажи, пожалуйста, ты сотворена Богом или создана людьми?

C.: Большей частью сотворена Богом.

B.: А зачем?

C.: Для поддержания баланса.

B.: Чем ты отличаешься от Жизни?

C.: Практически ничем не отличаюсь.

B.: Ты — живое существо? Можно про тебя так сказать?

C.: Можно. Я изменяюсь.

B.: В зависимости от чего ты изменяешься?

C.: В зависимости от времени и от пространства.

B.: Можно ли сказать, что когда-то ты была другой.

C.: Да, это так.

B.: А какой?

C.: Я постоянно изменяюсь. Это не описать словами. Я просто была другой.

B.: Когда мы беседовали с Велесом, он рассказывал, что были времена, когда тебя на Земле не было, а потом люди тебя призвали. Так это?

C.: Они меня выделили. Они назвали меня Смертью и выделили из основного потока энергий, в которых существует Земля.

B.: А в чем твое основное отличие от Жизни?

C.: И я, и Жизнь — мы создаем баланс. Жизнь — в одну сторону, а я — в другую. Не более того…

B.: Этот баланс двух начал нужен для проявления чего-то третьего?

C.: Это просто баланс. Баланс системы Земля. Люди рождаются, умирают, а баланс остается.

В.: Скажи, существует ли для тебя смерть? Для всего живого она есть. Раз ты — живое, смерть должна быть и для тебя. Так?

С.: Я — энергия, которая изменяется, и для меня будет смертью обретение других свойств. Тогда, возможно, меня и назовут люди как-то по-другому. Я никуда не могу деться, я могу только измениться. Как и все остальное, впрочем.

В.: Ты знаешь, к кому ты придешь в очередной раз? И как ты знаешь?

С: Я прихожу туда, где есть потребность во мне. Нет четкого плана в этом отношении.

B.: Чья это потребность? От кого она исходит? От самого человека?

C.: Это потребность энергетического поля Земли, куда входят все силы, существа. Потребность единого организма, частью которого являются люди и другие творения и силы. Потребность исходит от Целого. То есть и от конкретного человека, к которому я прихожу, и еще от множества существ и явлений. От Целого.

B.: Чем ты можешь предстать для человека?

C.: Чем он меня себе представит, тем я и буду.

B.: А что происходит с человеком, когда ты приходишь?

C.: Умирает его тело.