Гримасы прошлого - Юрий Александрович Лукьянов
…В начале мая прошлого года М. З. Веретехин и дружинница комсомолка Галина Шишканова проходили мимо дома № 217 по проспекту Обуховской обороны. К ним подбежало несколько взволнованных человек. Перебивая друг друга, они сообщили, что один из жильцов квартиры № 10, пьяный бегает с топором по квартире, гоняется за женой и ребенком, грозит соседям, пытающимся утихомирить его. Веретехин и Шишканова немедленно побежали в этот дом. Вскоре разбушевавшийся пьяница был связан и доставлен в отделение милиции. Казалось бы, всё: порядок восстановлен, жильцы успокоились, в квартире утихли страсти. Но Веретехин считал, что дело далеко не закончено. Он выяснил, что за человек этот буян, и пришел к выводу, что за него стоит бороться, парень он далеко не пропащий. Побывал у него на работе, не раз заходил домой. О себе рассказывал, о товарищах расспрашивал. Прошло два-три месяца — и не узнать стало человека. И на работе о нем хорошо отзываются, и соседи нахвалиться не могут, говорят, совсем «другой человек стал». И в один из дней жильцы квартиры пришли на завод, чтобы поблагодарить М. З. Веретехина «за подвиг».
— Какой подвиг? — усмехнулся Михаил Захарович, когда его вызвали в партком. — Свихнулся было парень, ну и поставили его на путь истинный. А знаете, парень и впрямь хороший!
…Летом прошлого года, проходя поздно вечером мимо магазина, расположенного неподалеку от завода, М. З. Веретехин обратил внимание на подозрительный шум. Зашел с другой стороны и увидел, как какой-то рослый мужчина орудует ломом — доски отрывает от стены. Не раздумывая, Веретехин бросился на преступника. Завязалась борьба. Неизвестно, чем бы она кончилась, если бы не помог проходивший мимо рабочий с завода «Большевик». Вдвоем с Веретехиным они обезоружили вора и доставили его в отделение милиции. Задержанный оказался опытным рецидивистом Никитиным. Он уже трижды судился за кражи. На этот раз суд приговорил Никитина к пяти годам лишения свободы.
Однажды дружинники заметили, что в районе, где живут многие рабочие завода, некоторые молодые люди стали увлекаться картежной игрой. Несколько дней ушло на то, чтобы выяснить: где играют, кто организует эти азартные игры и греет на этом руки. Оказалось, что это Николай Б. (парень вышел теперь на правильную дорогу и не стоит называть его фамилию). Однажды Веретехин подошел к картежнику и сказал, что хочет поговорить с ним начистоту. С наигранной лихостью Николай спросил: «Ну, что? Забирать меня пришли, что ли?».
Михаил Захарович ответил, что если бы хотел сдать Николая в милицию, то мог бы сделать это уже давно. И он назвал несколько дат и точные суммы выигранных в те дни Николаем денег.
Удивленный такой осведомленностью, парень оторопел и заговорил откровеннее. Рассказал, что уволен с работы за подделку больничного листа, — приписал себе лишних два дня. На работу его не принимают, вот он и решил «зарабатывать» картами.
— Знаешь, что заработок этот нечестный?
— Знаю. Вот и сегодня ходил наниматься. В ремстройтрест ходил. Не взяли. Посмотрели трудовую книжку, прочитали, за что уволен, и — от ворот поворот. Не надо, говорят, нам таких…
М. З. Веретехин поверил парню. Посоветовался с товарищами по дружине, в парткоме, и Николая взяли на завод. На следующий день Николай отдал Михаилу Захаровичу две колоды засаленных, истрепанных карт. С тех пор пошел уже второй год. Николай сдержал слово, карт в руки не берет, стал хорошим токарем и активным помощником Веретехина по работе в народной дружине.
Можно привести и другие подобные случаи. Иногда Михаил Захарович проявляет незаурядное мужество и находчивость, но чаще всего он действует словом, методом убеждения. С одним поговорит мягко, душевно, с другим — резко, решительно, но всегда его простое и правдивое рабочее слово находит дорогу к сердцу человека.
Мастер М. З. Веретехин руководит дружиной своего цеха. Он всегда напоминает товарищам: «Главное — решительность, спокойствие. Надо дать понять нарушителю, что мы не одиночки, что идет рабочая дружина».
— Скоро мне уже идти на пенсию, — говорит Михаил Захарович. — Работа у нас тяжелая, и государство установило для нас льготные сроки. Но я на печь забираться не думаю: займусь воспитанием молодежи. Сейчас каждую субботу и воскресенье я со своими дружинниками иду в патруль. Однако и в другие дни чувствую себя на посту. А как же иначе? Надел красную повязку, значит, ты — дружинник, а если не идти тебе сегодня в патруль, выходит, мимо нарушителя пройдешь? Нет, теперь весь народ— дружинник он или нет — на борьбу за порядок поднялся… Есть, конечно, и равнодушные, но стыдно это: видеть, как хулиган девушку обижает, и пройти мимо… стыдно мне за таких! Но их мало. Смотрите, сколько людей теперь в дружинах. Нам ли не справиться с такой хворобой, как пьянство, хулиганство, тунеядство!
Слова благодарности
Много неприятностей доставил работникам милиции Дзержинского района и членам 12-й народной дружины хулиган и дебошир М. Герасимов. В 1961 году Герасимов был выселен из Ленинграда. И вот какое письмо пришло от него в штаб 12-й народной дружины Фрунзенского района:
«…Вам, наверное, будет странно получить письмо от бывшего тунеядца. Но всё-таки почему-то мне захотелось написать кому-нибудь из тех людей, которые действительно сделали меня счастливым, правда, при таких скорбных обстоятельствах. То, что я творил и делал в Ленинграде, а также мои обещания прекратить всё это, дают вам основания больше никогда, никогда мне не верить. Но то, что я пишу, — это от самого чистого сердца, поверьте мне! Я ничего не хочу у вас просить, то, что я заслужил, я должен получить. Я должен доказать, что я смогу быть настоящим человеком, который будет по-настоящему полезен для общества.
…Прошло пять месяцев с тех пор, как я был арестован, четыре месяца уже работаю. Когда я приехал в лесопункт, меня определили штабелевщиком. Вы себе не можете представить, как я испугался, — ведь эта работа считается самой трудной. Я же никогда не работал на такой тяжелой работе. Первый месяц я работал хуже всех, но скоро освоил дело. Люди, с которыми я работаю, меня не чуждаются, а, наоборот, стараются ободрить, меня часто приглашают в гости, как здесь говорят, «на самовар». Ко мне относятся очень хорошо. Вам, наверное, странно это всё. Макс, которого считали совсем испорченным, — и порядочные, настоящие люди относятся к нему, как к своему!
На второй и последующий месяцы я втянулся и работал уже не хуже остальных. Мой заработок, в среднем, 150 рублей в месяц (новыми, конечно).
Есть