Гримасы прошлого - Юрий Александрович Лукьянов

В этот час двери проходной завода электрических часов не успевают закрываться, рабочие и служащие потоком устремляются на улицу.　

Но вот двери отворяются всё реже и реже, и кажется, что завод опустел и кроме охраны там не осталось ни души…　

Однако это только кажется. На заводе остались командир добровольной народной дружины Степан Михайлович Слизовский и около 200 дружинников. Сегодня после рабочего дня они будут выполнять большое, очень важное дело — охранять общественный порядок на территории Фрунзенского района.　

И снова захлопали двери проходной. С завода выходят люди с красной повязкой на рукаве. Они группами расходятся в разные стороны: одни — на улицу Марата, другие — на Кузнечный рынок, третьи — к молодежному кафе «Восток»… Порядок необходим везде. Вместе с другими идет патрулировать и коммунист Слизовский.　

…Сейчас всё уже привычно и просто. Дружинники чувствуют себя уверенно, знают, как им действовать в любом случае. И население района привыкло к ним. Привыкло видеть в них непримиримых борцов с хулиганами, пьяницами, спекулянтами, привыкло видеть защитников своего покоя, своих интересов. Привыкли и оценили работу дружинников настолько, что нередко стали приходить с заявлениями о тунеядцах, ведущих　паразитический образ жизни, уже не в милицию, а в штаб добровольной народной дружины. Теперь уже почти перестали встречаться трудности даже юридического характера. Теперь всё привычно и просто.　

А сначала было трудно… Как работать, что делать, каковы права и обязанности дружинников — никто не знал. Некоторые стеснялись надевать красные повязки. На улице видели себя дублерами постовых милиционеров и чувствовали себя в этой роли неловко.　

Слизовского назначили командиром десятки. Как и за всякое дело, он взялся за новую работу горячо. Поработать пришлось много. Терпеливо объяснял людям смысл идеи создания добровольных народных дружин и говорил об ответственности за общественный порядок, которая отныне ложится на дружинников. Приходилось агитировать прежде всего личным примером. И люди пошли за Слизовским. Пошли, потому что был он одним из старейших и уважаемых работников завода, потому что был он коммунистом.　

По достоинству оценив первые шаги Слизовского на новом поприще, партийный комитет завода решил назначить его командиром заводской дружины. Новое общественное поручение Степан Михайлович воспринял как партийное задание. Для него, как и для каждого коммуниста, решение партийной организации — закон. И, как закон, он стал выполнять его.　

Тридцать лет работает Слизовский на заводе электрических часов, прошел за эти годы путь от разнорабочего до главного диспетчера завода. Слизовский прекрасно знает не только процесс производства, но и людей, работающих с ним бок о бок. Это знание людей и помогло ему из множества желающих отобрать в дружину лучших и достойных. Вскоре дружина на заводе насчитывала свыше ста человек. Основное ядро составляли коммунисты.　

В первые же дни Слизовский наладил контакт с Фрунзенским районным отделом милиции. Он пришел туда и сказал:　

— У нас — желание помогать вам в борьбе с тунеядцами, у вас — опыт и знания. Поделитесь своим опытом, расскажите, что и как мы должны делать.　

И, конечно, работники милиции помогли. Выделили для связи с дружинниками опытного работника, познакомили с некоторыми необходимыми приемами самбо, провели беседы по юридическим вопросам, с которыми придется сталкиваться. Дружинники вооружались знаниями, а время приносило опыт.　

— А не начать ли нам борьбу за общественный порядок со своего дома — с завода? Ведь мы — дружинники, значит, нас касается всё, — предложил Слизовский на одном из первых собраний дружины. — Поможем партийной организации навести порядок на заводе.　

И они стали наводить порядок. Захламлен заводский двор. Сфотографировали горы мусора и отходов, загромождающие его, и снимки, сопровожденные едкими комментариями, появились в стенной газете. Администрации завода пришлось принимать меры к очистке двора. Не убран снег на улице, прилегающей к территории завода, и это находит отражение в боевом листке. Пришел к станку в нетрезвом виде рабочий — его портрет с соответствующей подписью появляется на видном месте. А самого виновника проработают так, что хоть с завода беги. И уж можно смело сказать, что с этим рабочим подобный казус не повторится.　

Дружинники взяли шефство над несколькими молодыми рабочими, которые за совершённые преступления побывали под судом. В 1960 году за хулиганство в пьяном виде народный суд Фрунзенского района приговорил к году лишения свободы молодого рабочего Дятлова. Отбыв срок наказания, Дятлов снова вернулся на завод. Дружинники взяли его под свое наблюдение. Эта опека пошла ему явно на пользу. Вот уже второй год прошел с момента возвращения Дятлова. Он хорошо работает, отлично ведет себя и на заводе, и дома.　

За всю короткую историю заводской дружины не было такого случая, в котором С. М. Слизовский не разобрался бы сам. Степан Михайлович вникает и в мелкие, и в крупные дела. Нет, он не подменяет своих товарищей, но, старший по возрасту и по опыту, он всегда высказывает свое мнение, а решение принимает весь коллектив.　

И с мнением Слизовского считаются, ведь Слизовский никогда ничего не делает сгоряча, наобум. Он всё взвесит, непременно постарается докопаться до причин　совершённого преступления или нарушения, постарается как можно больше узнать о человеке, судьбу которого ему приходится решать.　

Взять хотя бы дело Леонида Иванова. Молодой рабочий строительного управления № 398 Главленинградстроя на вечер в клубе явился в нетрезвом виде. Водка — родная сестра беспорядка, и Иванов вел себя грубо, вызывающе, дерзил, оскорблял окружающих.　

Дружинники пригласили нарушителя в пикет, попытались его урезонить. Однако Иванов потерял контроль над собой и неожиданно впился зубами в руку командира десятки Семенова. Укус был настолько сильным, что Семенов несколько дней не мог работать.　

Пришлось оформить протокол и, как полагается, передать материал в районное отделение милиции. Завели уголовное дело.　

— Что ж, он однажды судился за хулиганство, теперь снова попался. Будем привлекать к ответственности, — сказали дружинникам в райотделе.　

Однако сами дружинники смотрели на это дело несколько иначе. Конечно, оставить Иванова без наказания нельзя. Но прежде чем прибегать к нему, надо хорошенько выяснить, что за человек этот Иванов. И вот после работы Слизовский едет в общежитие, где живет Иванов. Там Степан Михайлович узнаёт, что Иванов только что успешно сдал приемные испытания в институт. Совсем недавно женился. В общежитии об Иванове отозвались хорошо, отличную характеристику дали ему и товарищи по работе.　

Обо всем этом Слизовский рассказал дружинникам. Что делать? Парня, который уже отбывал наказание за хулиганство, суд вторично накажет, конечно, строже. Но это значит, что у него может навсегда сорваться учеба в институте, что человек, только становящийся на ноги, может снова скатиться