Да, товарищ член горкома - Роман Феликсович Путилов

— Ни в коем случае, Виктор Игоревич… — я отрицательно замотал головой: — тем более, что по закону мы их отключать не имеем права. Надо думать, что мы можем еще сделать.

Глава шестая.

Начало перемен.

Ноябрь 1996 года. Город. Сердце города. Здание городской администрации. Кабинет мэра.

— Отключать вам никого не стоит. — Я задумался, проговаривая про себя возможные последствия пришедшего мне в голову плана: — А вот если… Если мы заставим «федералов» подписать с нами тройственный взаимозачет на погашение задолженности? То есть, мы принимаем на муниципалитет долги федеральных учреждений перед вами, после чего рассчитываемся с вами напрямую.

Управляющий энергосистемой скептически усмехнулся:

— И какая нам из этого выгода? Что вы не платите, что, как вы их называете, «федералы».

— Долги Города, Виктор Игоревич, для вас будут гораздо приятнее, поверьте мне. Мы с вами друг от друга никуда не денемся, слишком уж мы зависим друг от друга, а вот с организаций московского подчинения вы, пока в стране творится такой бардак, ничего не получите, а это срок как минимум в несколько лет. Да и вам выгодно, чтобы долги были и долги были именно за местными властями.

— А вот сейчас я не понял. — Управляющий недоуменно переглянулся со своими подчиненными: — В чем нам выгода, что нам все должны? Погасите муниципальные долги перед нами, и наша жизнь станет легкой и приятной. Нам не придется каждый день…

— «Аполитично рассуждаешь, клянусь, честное слово!» — перебил я управляющего, попытавшись изобразить товарища Саахова из «Кавказской пленницы»: — Как только перед вами ваши потребители погасят все свои долги, ваши экономические показатели станут просто замечательные, а еще через три месяца вас всех, здесь присутствующих, выгонят пинками под зад новые хозяева энергосистемы.

Главный бухгалтер «ГородЭнерго» покраснела, ее глаза налились еле сдерживаемым гневом. Это была властная и строгая женщина, возле кабинета которой сотрудники ходили на цыпочках, и она не привыкла к подобным эпитетам в свой адрес, и я поторопился объяснить свою мысль.

— Вы на мою правду не обижайтесь. Просто наш Город, откровенно говоря, нищеброд по нынешним временам. Кроме вас и железной дороги интересных активов нет, все остальное было при Союзе заточено на войну и сейчас безвозвратно сдулось. Но «железку» никто не продаст, а вот вас очень быстро приберут, и чем лучше будут ваши экономические успехи, тем для захватчиков, как красная тряпка для быка. И придут к нам или москвичи, которые со всей страны деньги собирают и скупают в провинции всё, что плохо лежит, за бесценок, или уральцы, или красноярцы, у которых промышленность более развитая, да еще и за рубежом востребована. Вот поэтому я считаю, что вам не надо показывать замечательные экономические успехи, а стараться быть максимально неинтересными для этих так называемых «инвесторов».

Мне показалось, что для моих визави я только что «открыл Америку», уж больно ошалевшими взглядами они обменялись, а я продолжил «ковать железо»:

— Мы с вами все равно никуда друг от друга не денемся. Мы от вас зависим, и весь ваш весь бизнес исключительно на городских потребителях держится. Не такие у вас мощности, чтобы на перетоках в другие регионы зарабатывать. И ни вам, ни мне, никому в Городе залетные «варяги» не нужны. Они в город ничего хорошего не принесут, будут только деньги выкачивать и максимально поднимать тарифы потребителям и населению. Поэтому давайте поймем здесь и сейчас, что мы с вами естественные союзники и нам надо больше доверять друг другу, не раскачивая нашу общую лодку.

— А кто вам подсказал, что Городу нужны федеральные долги? — Осторожно вбросила шар главный бухгалтер энергосистемы: — Вы же не экономист, никогда экономикой не занимались. Зачем вы хотите через взаимозачеты их у нас забрать?

Вопрос мне задали, безусловно, интересный, и я попытался дать ответ на него, как я видел ситуацию на свой дилетантский взгляд.

— Вы с «федералов» ничего, в смысле денег, не возьмете, у них в ближайшее время финансирования не будет на оплату коммунальных услуг и всего прочего, а отключать их вы не имеете права. Вот и получится, что эта «дебиторка» будет висеть у вас на балансе мертвым грузом, пока вы ее не спишете по истечению срока исковой давности, как безнадежную. Есть возражения по данной части моих рассуждений?

Главный бухгалтер попыталась возразить, что не может такого быть, чтобы правительство вообще не выделяло денег на оплату коммунальных услуг, но как-то неубедительно.

— Вы серьезно? — я изумленно вздернул брови: — Да наш финансовый блок правительства являются рафинированными жуликами, которые за долю малую вывели из Госбанка деньги, которые разместили в коммерческих банках, после чего последние эти же деньги дали взаймы правительству, которое в счет возможного невозврата долга отдали в залог самые «вкусные» предприятия страны. Естественно, финансисты эти, по сути, государственные деньги обратно коммерческим банкам не вернули, и заложенные государственные предприятия тутже выставили на аукционы и продали нужным людям. Курс рубля к доллару вы считаете справедливым? Да он никогда не будет справедливым, потому что правительству выгодно иметь низкий курс рубля, вот оно его и роняет все время, манипулируя государственными деньгами на валютной бирже. Городу бюджетные транши уже несколько месяцев не отправляют, предлагая брать займы в коммерческих банках. А я не хочу плясать под их дудку. Я хочу все налоги, которые собираются в Городе, неважно, местные или федеральные, оставлять в Городе, а москвичам отправлять акты взаимозачетов между нами, вами и государственными организациями. И пусть они на нас в суд подают, сюда, в Город, и доказывают, что мы должны были не гасить долги военного поселка и ракетной дивизии, а отключать эти стратегические объекты, потому что Москва генералу не прислала денег на оплату света и тепла.

— Но мы ведь можем сами получить от генерала акты взаимозачета и не платить налоги. — юрист энергосистемы нервно поправил галстук.

— Не можете. — отрезал я: — Налоги в казну платить вы обязаны, и никто вам их зачитывать не будет. Да и не позволят вам, коммерсантам, не платить налоги. Со мной же другое дело, я не коммерсант, и деньги мне нужны для пенсионеров, врачей и прочих бюджетников, поэтому я буду в своем праве, во всяком случае, морально. А на публичный