Да, товарищ член горкома - Роман Феликсович Путилов

скандал москвичи не пойдут, это будет уже перебором. Так что давайте готовить соглашение и будем действовать по этому плану — я буду стараться оставлять деньги Города в Городе, ну и с вами потихоньку рассчитываться. А вам я советую самим поработать немного в вашем интересе. По всей стране население — самые дисциплинированные плательщики коммунальных услуг, но вот только вы не желаете возиться с такими мелкими абонентами и платежи получаете через посредников, всех этих ЖЭКов и ДЭЗов, а они с вами не рассчитываются, ваши деньги тратят на себя любимых, надеясь, что городские власти потом разрулят ситуацию и будут с вами договариваться и гасить эти долги. А я больше не собираюсь этого делать, если вы сами палец о палец ударить не хотите. Почему у вас всего два пункта по расчетам с населением, один на правом берегу, а другой на левом? Да и толку с них? Там два десятка теток пытаются просто разобраться, кто кому должен — человек вам или вы человеку, и успевают принять по десять-двенадцать человек в день, а это даже не капля в море. Почему вы не работаете с гражданами напрямую, не заключаете с ними прямые договора? Да, это долго и муторно, но, если один раз сделаете эту работу, дальше будет намного легче и денег вам будет поступать намного больше.

Главный бухгалтер возмущенно фыркнула. Ну естественно, ей, если она вдруг прислушается к моим словам, придется всю работу перестраивать и вместо десятков тысяч потребителей придется работать с сотнями тысяч домохозяйств. Вот только эти сотни тысяч домохозяйств платят исключительно «живыми» деньгами, а не зачетами или муниципальными векселями.

Не знаю, насколько я смог сдвинуть энергетиков в части заключения прямых договоров с населением, но в части проведения зачетов между Городом, энергосистемой и «федералами» мы, кажется, договорились. Не успел я распрощаться с управляющим энергосистемы и его командой, как в дверь сунулся очередной посетитель. Лощеный господин в кожаном пальто с норковым воротником цвета «орех», причем с выходящим из моего кабинета Виктором Игоревичем незнакомый мне гость поздоровался за руку, а значит

Они были знакомы, и неизвестный был достаточно «весомой» фигурой в Городе.

— Вас невозможно застать в кабинете. — посетитель замер у края стола, нервно сжимая в руках кожаные перчатки.

— Я с вами о чем-то договаривался? — осторожно поинтересовался я, так как все встречи, запланированные на сегодня, я провел, и никаких незавершенных дел у меня не было.

— Вы забрали наши вагоны с грузом, и их надо вернуть. — выпалил неизвестный мне гражданин, игнорируя мой вопрос.

— Представьтесь для начала, а потом внятно расскажите, что за вагоны вы потеряли, и кто вам сказал, что я что-то у вас забрал.

— Я директор «Технотранса» Бесков Вадим Архипович. А о том, кто мне и что сказал, я предпочту не распространяться.

— Вы, любезный, ничего не попутали? — моя усталость и раздражение показала зубы: — Вы вваливаетесь в кабинет главы региона во внеурочное время, разбрасываетесь нелепыми обвинениями, да еще и загадки загадываете. Может быть, мне вызвать охрану и отправить вас, для начала, в ближайший милицейский отдел, чтобы они вас до утра в камере подержали, а заодно вашу личность установили и бригаду психиаторов вызвали, проверить вас на вменяемость.

Гость понял, что перегнул палку, и, невнятно пробормотав извинения, положил передо мной выполненную на великолепной финской бумаге, покрытую толстым слоем позолоты визитную карточку, на которой было «дорого-богато» выведено, что податель сего является директором фирмы «Технотранс» Бесковым Вадимом Архиповичем.

— У меня, уважаемый Вадим Архипович, слух хороший, я наши данные еще в первый раз услышал, но я так и не понял, чем ваша фирма знаменита и почему вы ко мне ворвались с нелепыми претензиями. Через пять минут я понял, что претензии посетителя не настолько нелепы, как я пытался показать. Этот гражданин был директором хитрой «дочки» Российских железных дорог, официально «дочкой» не являющейся. В общем, господа где-то нашли маневровые тепловозы, ага, в Америке, наверное, купили, получили права на железнодорожные пути, ведущие от станций железной дороги, и катали вагоны и платформы от территории, относящейся к РЖД, до железнодорожных тупиков на территории крупных предприятий и баз, служа своеобразной прокладкой между естественной монополией и конечными потребителями. К своему огорчению я понял, что вагоны, что катились в настоящее время в сторону Кемерово, везя алчным шахтерам китайскую «некондицию» от неизвестного производителя музыкальных центров, были зафрахтованы этим самым «Технотрансом», но, видимо, когда появились оперативники из УВД на транспорте, документов на груз у хозяев или перевозчиков не было, или они были, но настолько низкого качества, что лица, причастные к грузу, предпочли скромно удалиться. А за прошедшую неделю, видимо, пристойного качества документы на китайские «балалайки» удалось оформить, и теперь владельцы, полные праведным гневом, пришли требовать свое.

— Присаживайтесь, Вадим Архипович, в ногах правды нет. Чаю хотите? — я миролюбиво улыбнулся, приглашающе махнув рукой.

Но поздний посетитель повел себя неправильно, приняв мое миролюбие и желание закончить дело миром за слабость и признание вины.

— Чаю я не хочу. — железнодорожник, поверивший в себя, даже стукнул по краю моего стола ухоженным кулаком: — Мы требуем вернуть нам похищенные у нас вагоны и ценный груз. Владелец груза — уважаемая международная фирма, и если вы не хотите громкого скандала, то необходимо решить вопрос с компенсацией, возмещением неполученной прибыли.

— Послушайте, Вадим Архипович, ну не стоит нам ругаться из-за пустяков. Прокатятся ваши вагоны до Кемерово и обратно, и получите вы свой драгоценные вагоны и замечательный товар. Надо просто немного подождать. — я не сомневался, что китайские подделки шахтерам не нужны даром, и, прооравшись на меня по телефону и телетайпу, постучав по столу, так, чтобы я из своего кабинета это услышал, угольщики отправят вагоны с китайским барахлом обратно — содержимое вагонов даром не было никому нужно, я же использовал его исключительно для обманного маневра, чтобы выиграть время и получить драгоценный уголь для электростанций…

Мое миролюбие опять не поняли, и на меня, в моем же кабинете, даже повысили голос.

— А теперь послушай сюда, коз… — я шагнул к посетителю с таким зверским лицом, что мужчина от неожиданности отшатнулся: — Еще одно слово, еще один наезд на меня, и ты вылетишь из этого здания, а завтра в Кемерово улетят два товароведа и один специалист с оперативной таможни, которые проверят качество твоих музыкальных центров, и, так как в вагонах приехало откровенное