Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке

– Дайте-ка угадаю, – сказала Элеонор. – Тед узнал, но не стал вас увольнять. Вместо этого вы остались у него в должниках.

Сионе кивнул, на его лице читалась безнадежность.

– И что же он попросил вас сделать? – спросил Эйвери.

– Все было так, как она сказала. Тед пришел ко мне и сказал: «Сделаешь одно дельце, и я обо всем забуду. Когда начнется салют, отправь Чарли за портвейном. Но если проболтаешься кому-то – тебе конец. Я тебя уволю, сделаю так, чтобы на тебя завели уголовное дело, и позабочусь о том, чтобы твоему двоюродному брату отказали в рабочей визе». А еще пригрозил, что переломает мне ноги.

– Основательный подход, – прошептала себе под нос Элеонор. Затем в полный голос сказала: – Понимаю, почему вы так боялись огласки.

– Без гарантий полной анонимности, – начал Сионе, – я буду все отрицать. Скажу, что вы в прямом смысле выбили из меня это признание.

Элеонор посмотрела на Эйвери, а затем перевела взгляд на крупного мужчину, сидевшего напротив.

– Как скажете, – сказала она. – Однако вы забываете, что, если Теда посадят за решетку, он не сможет воплотить в жизнь свои угрозы.

– Эта информация может остаться конфиденциальной, – сказал Эйвери. – Но если дело дойдет до суда, то нам придется занести ее в официальный протокол. И в этом случае, как справедливо заметила Элеонор, Тед не сможет вам больше угрожать.

Сионе тяжело выдохнул.

– Ладно, я согласен. Это как ссылаться на Пятую поправку?[57]

– Скорее как давать анонимные показания, – сказал Эйвери.

– Я сильно мучился, – признался Сионе. – И знаю, расскажи я пастору, жене или, – он скривился, – маме, они бы заставили меня пойти в полицию. Так что я рад, что вы сами ко мне пришли.

– Все верно, – сказала Элеонор, и уголки ее губ дрогнули.

«Пути Господни воистину неисповедимы», – подумала она.

С переднего двора донеслись звуки хлопающих автомобильных дверей. Семья Сионе вернулась.

– Этот разговор ведь останется между нами? – спросил он. – Не хочу лишиться работы. Да и обзавестись Тедом Эндрюсом в качестве врага тоже как-то не хочется.

– Обещаю, эта информация останется строго конфиденциальной, – заверил Эйвери. – Я попрошу вас дать показания лишь в том случае, если мы заведем на Теда дело. Договорились?

– Договорились, – сказал Сионе. Шумно выдохнув, он откинулся на спинку дивана, а затем с усилием поднялся. – Берегите себя, ладно?

На пороге Элеонор поздоровалась с женой Сионе, Малией. Оказавшись на улице, Эйвери взглянул на Элеонор.

– Вашей машины нет, – сказал он.

– Браво, вы невероятно наблюдательны.

– Вы пришли пешком?

– Ваши дедуктивные способности не перестают меня удивлять.

– Подбросить вас до дома?

– Вы когда-нибудь бывали на винодельне «Кору Ридж»? – спросила Элеонор.

– Нет, я был занят расследованием убийства.

– Это место стоит посетить. Там подают прекрасное филе лосося и бесподобное пино-нуар.

Эйвери засунул руки в карманы брюк и задумчиво на нее посмотрел.

– Вы хотите, чтобы меня лишили прав за вождение в нетрезвом виде?

– Какой же вы подозрительный! – Элеонор всплеснула руками, на мгновение перевоплотившись в светскую леди. – Как вы заметили, я без машины, а у вас она есть. И сейчас как раз обеденное время. От одного бокала вина ничего не будет – норму не превысим. Или на обратном пути за руль могу сесть я.

В ее улыбке не было и капли кокетства – одно сплошное озорство.

– Совершенно исключено, – заявил Эйвери.

– Кроме того, – начала Элеонор, – если мне суждено провести остаток дней за решеткой, стоит ловить каждую возможность побаловать себя.

– Не нужно драматизировать. За подделку произведений искусства дают от двух до четырех лет максимум, – сказал Эйвери.

– Оранжевый мне не к лицу, mon cher.

– Если вернетесь к естественной седине, то он вам пойдет. – Эйвери кивнул в сторону своей «Тойоты Хайлюкс», припаркованной у тротуара. – Поехали.