Да, товарищ член горкома - Роман Феликсович Путилов
Инспектор бросил короткий взгляд на корешок квитанции и протянул Борису вожделенные «права», после чего нырнул в желто-синюю «канарейку», и машина ГАИ шустро скрылась за углом здания мэрии, а Борис торопливо двинулся к своему джипу, когда из-за угла ему наперерез шагнула крепкая фигура.
— Слышь, Модест, тормозни. — Чиновника схватил под локоть один из «старших» среди «четких пацанов», официально числившийся в одной из фирм — операторов вещевого рынка исполнительным директором: — Пацаны с «Балки» позвонили, там на пустыре какая-то «движуха» нехорошая началась.
— Что за «движуха»? — не понял Борис.
— Короче, похоже, там что-то строят. А что тебе мэр сказал? Что за гнилые предъявы? — Бригадир «операторов» привычно обернулся, чтобы просканировать пространство вокруг себя на предмет угроз, и замер — в паре шагов от них с Борисом стояли трое высоких крепких мужика, одетых в приличные костюмы, поверх которых были надеты кожаные куртки из хорошей кожи.
— Что-то хотели спросить, пацаны? — «Оператор» понимал, что против троих здоровяков он не вытянет — мужики были крепкие, с суровыми лицами и сбитыми кулаками, но природная наглость и хорошо подвешенный язык нередко вытаскивали его…
— Борис Модестович. — Старший из троицы шагнул вперед, не глядя на оператора, и тот понял, что мужику он просто не интересен, как говорится, «Мене, мене, текел, упарсин — Взвешен, измерен и признан недостойным»: — Мы от Павла Николаевича, будем теперь вас сопровождать.
— Слышь, Модестыч! Это что за «проводилы» у тебя образовались? — Прорычал «оператор». — Иди, я потом позвоню. — Засуетился Борис, прекрасно понимая, к чему идет дело, и торопливо, почти бегом, двинулся к крыльцу мэрии, а его новая охрана пристроилась ему за спину, прикрывая мужчину от неведомой опасности. Бригадир «операторов» демонстративно сплюнул на крыльцо Городской администрации и вразвалочку двинулся к белому историческому зданию, на котором когда-то была высечена надпись «Вождь умер», где его ожидали коллеги по работе. \
— Ну что, Борька сказал? Что там за строительства? — Поприветствовал новоприбывшего чернявый, нервный, как молодой доберман. Боксер из одного из городских спортобществ. — Да что-то мне, пацаны, кажется… — Бригадир протянул боксеру широкую, как малая совковая лопата, ладонь, получил жменю семечек и закинул сразу несколько в рот, после чего продолжил, ловко сплевывая шелуху: — Что Модестыч слился новому мэру. Ничего не говорит, на вопросы не отвечает. Мэр к нему трех бойцов, не слабых, приставил. Да и не верю я, что Модестыч не в курсе был, что менты нам кислород сегодня перекроют, что-то у меня картинка не складывается.
Город. Сердце Города. Здание мэрии. Кабинет мэра. Второй раз за день в мой кабинет Борис Модестович ворвался примерно через два с половиной часа, застав меня надевающим пальто у распахнутой двери встроенного шкафа. Вслед за директором муниципального предприятия «Балка» в кабинет заглянул старший смены охраны, всем своим видом показывая, что, если посетитель мне не нужен, его быстро проводят на выход. — Павел Николаевич! — Борис Модестович сейчас выглядел еще хуже, чем при утреннем визите, видимо, жизнь его сегодня не щадила: — Павел Николаевич, у меня срочный вопрос, а ваша охрана…
— Борис Модестович, у вас сейчас у самого охрана есть. — Поддел я подчиненного, вешая пальто обратно в шкаф: — Что у вас опять стряслось?
— Мне сказали, что на территории вещевого рынка началось строительство каких-то сооружений! Но со мной ничего не было согласовано!
— Борис Модестович. — Я удрученно покачал головой: — Что я с вами должен согласовывать? Я вам сейчас одну вещь скажу, вы только не обижайтесь. Вы заигрались в свои игры с бандитами, лишив город поступления денежных средств… Молчите, я вам потом дам возможность высказаться. Свой рынок вы не развивали, свои обязанности выполняли только в своем интересе. Так больше не будет. И да, вы мне на данный момент вообще не нужны. Я с вами разговариваю, чтобы не давать повода для скандала и дискредитации очередного муниципального чиновника в вашем лице. У вас почти половина территории рынка стоит пустой больше года, после того как автомобильная
Барахолка переехала на левый берег. Как вы используете освободившуюся площадь? Никак, она пустая и приносит только убытки. Так дело не пойдет. Поэтому часть свободной площади займут, в рамках международного сотрудничества Города, оптовые склады Совместного торгового предприятия «Красный Дракон», которые начнут свою торговую деятельность в течение месяца, часть территории отведена под деятельность круглосуточной столовой, которая, сразу скажу, чтобы не было кривотолков, предпринимательнице Серебряковой Ирине Викторовне…
— То есть вашей…
— Моей, моей… — подтвердил я.
— И вы вот так открыто, ничего не боясь, пропихиваете на муниципальный объект свою…
— Официально — мою невесту. — уточнил я. — А чего мне стесняться? Серебрякова выиграла право размещать свою точку общепита на открытом конкурсе. То, что желающих туда воткнуться не было, так все прекрасно знают, кто держит «масть» на вещевом рынке, и никто не хочет туда соваться.
— А вы, Павел Николаевич, значит, не боитесь? — насмешливо протянул Борис Модестович.
— Конечно, боюсь, но а что делать? — я встал, показывая, что беседа окончена. — Мой вам совет, Борис Модестович: не путайтесь у меня под ногами, останетесь живы. Потом уйдете в отставку, ваших денег, что вы наворовали, хватит и вам, и вашим детям. Даже для скромного проживания в Европе хватит. Купите дом в Чехии, всего двадцать тысяч долларов, примерно, стоит. Первый этаж — пивная, второй этаж — для проживания, и если по нашей русской привычке не будете пиво разбавлять, то вполне можно жить. Языкового барьера нет. Через месяц научитесь изъясняться, всё тихо, мирно, благопристойно. Поверьте, после нашей нервной жизни для