Пойманная временем - Джули МакЭлвен
— Не соглашусь. Я знаю, кто вы, мисс Донован.
— Папа.
Кендра никогда бы не призналась, какое облегчение испытала от своевременного появления леди Уинифред. Она повернулась к приближавшейся женщине и встретила её тёмные глаза — точь-в-точь отцовские. Рядом с графиней шла старая женщина в жёстком чёрном платье из бомбазина, шуршавшем при каждом шаге, и в белом кружевном чепце с оборками, приколотом к редким седым волосам.
— Мисс Донован, — сказала леди Уинифред, — я удивлена видеть вас сегодня здесь.
— Правда? Почему?
Леди Уинифред театрально подняла бровь.
— Потому что сегодня днём вы обнаружили тело миссис Стоун, разве нет?
— И миссис Траут.
— Простите?
— Я также обнаружила тело миссис Траут, — твёрдо сказала Кендра, раздражённая тем, что бедная экономка уже превратилась в примечание на полях.
Лицо леди Уинифред прояснилось.
— Ах. Да, разумеется. — На губах появилась маленькая прохладная улыбка. — Я лишь знаю, что если бы мне выпало несчастье увидеть то же, что и вам, я лежала бы без сил в постели, а не посещала местный ассамблей спустя несколько часов. Вы удивительная женщина, мисс Донован, раз обычная женская чувствительность на вас не действует.
Кендра почувствовала укол, хотя не сразу могла определить, в чём именно состояло оскорбление.
— Думаю, вы тоже сумели бы выдержать, миледи, — сказала она с улыбкой.
— Добрый вечер, лорд Бэнкрофт, — поздоровалась старая женщина рядом с леди Уинифред. Её выцветшие голубые глаза не отрывались от графа.
— Простите... миссис Хирншоу, это мисс Донован, — представила её леди Уинифред. — Она американка.
Прозвучало так, словно речь шла о заболевании, подумала Кендра. Она посмотрела на старушку, которая разглядывала её с живым любопытством.
— Мисс Донован.
— Миссис Хирншоу. — Миссис Хирншоу... Кендре потребовалось мгновение, затем она вспомнила: бывшая экономка Фалкон-Корт.
— Миссис Хирншоу. — Бэнкрофт слегка склонил голову, не выдавая эмоций.
— Ваша дочь любезно предложила пройтись со мной по залу, поскольку моя невестка бросила меня. — Старуха фыркнула, явно недовольная. — Подозреваю, Дженни опять улизнула в карточную комнату. Проиграет деньги на булавки, помяните моё слово.
Бэнкрофт посмотрел на Кендру.
— Хотите освежиться, мисс Донован? Я провожу вас в буфетную.
Кендра задумалась, не кажется ли ей или граф действительно пытается избежать бывшей экономки.
— Вообще-то я собиралась спросить миссис Хирншоу, не хочет ли она прогуляться со мной, — гладко ответила она.
Два зайца одним выстрелом. Кендра и так хотела поговорить с бывшей экономкой Фалкон-Корт, но ещё важнее было прервать странный разговор с Бэнкрофтом, пока она не поймёт, какую игру он ведёт. Ни на секунду Кендра не верила, что он внезапно проникся к ней настоящей симпатией. Что ему нужно?
— Я хочу освежиться, папа, — вмешалась леди Уинифред, взяла отца под руку и выжидающе посмотрела на него.
Бэнкрофт замешкался, затем кивнул.
— Как пожелаешь. — Он снова посмотрел на Кендру. — Обдумайте мои слова, мисс Донован.
Кендра промолчала, но заметила вопросительный взгляд леди Уинифред на отца. Затем Бэнкрофт накрыл ладонью руку дочери, и они присоединились к гуляющим парам. Кендра проследила, как они исчезают за ближайшей дверью, которая, вероятно, вела в буфетную.
— Раз уж вы хотите прогуляться, мисс Донован, предлагаю пройти до карточной комнаты и убедиться, что моя неразумная невестка не натворила бед, — сказала миссис Хирншоу, оценивающе глядя на Кендру. — Она любит игры.
Кендра подумала о лорде Бэнкрофте.
— По-моему, ваша невестка в этом не одинока, — тихо заметила она. — У меня складывается впечатление, что в Ист-Динглфорде очень многие любят игры.
Глава 26
— Скажите, давно вы живёте в Ист-Динглфорде, миссис Хирншоу? — спросила Кендра старушку, когда они присоединились к остальным гуляющим по залу. Из-за множества людей, кружившихся в танце, в помещении уже становилось душно. Кендре хотелось, чтобы кто-нибудь распахнул окно или одну из французских дверей: свежий воздух хоть немного рассеял бы смешавшиеся запахи воска, духов и пота.
— Всю жизнь, — ответила миссис Хирншоу, искоса поглядывая на Кендру. Голубые глаза с возрастом выцвели, но по-прежнему светились острым умом. — В следующем месяце мне исполнится восемьдесят два, мисс Донован.
В её голосе прозвучала гордость. И Кендра не могла её винить. В двадцать первом веке восемьдесят два для женщины западного мира были вполне обычным возрастом, но здесь, в георгианской Англии, такое долголетие было достаточно редким, чтобы заслуживать аплодисментов. Чёрт, да ей полагался целый парад.
— Когда вы стали экономкой в Фалкон-Корте? — спросила Кендра.
Старушка удивлённо посмотрела на неё.
— Откуда вы знаете, что я была экономкой?
— Кто-то упоминал.
— Начинала я судомойкой, — сказала она. — У моего отца была местная галантерейная лавка. Дела шли неплохо, но четырнадцать детей... сами понимаете, за прилавком всем места