Пойманная временем - Джули МакЭлвен

Кендра знала, что судомойка занимала одну из самых низких ступеней в домашней иерархии: драила котлы, столовые приборы и посуду, а ранним утром чистила плиту ваксой.

— Сколько вам было лет?

— Сестре тринадцать, мне девять.

Кендра уже не удивлялась тому, как рано здесь начинали работать дети. Детский труд был частью этого мира, и она подозревала, что во времена детства миссис Хирншоу всё было ещё хуже.

— Вы прошли весь путь до экономки. Это заслуживает уважения.

— Нет, — старушка покачала головой. — Со временем меня повысили до горничной верхних комнат. Тогда за мной и начал ухаживать мой Том — мистер Хирншоу. — Она снова покосилась на Кендру. — Том вместе с братом держал ферму Гус-Хилл, так что считался очень выгодной партией. Крепкий был парень, мой Том. Когда я ушла из Фалкон-Корта, чтобы выйти замуж, то и представить не могла, что когда-нибудь вернусь. Но будущего нам знать не дано, правда?

— Смотря кому.

— Простите?

— Извините. Вы, конечно, правы. Что случилось, если вам не тяжело об этом говорить?

— Ох, это было целую жизнь назад. — Она вздохнула. — Глупец спешил однажды вечером домой. Была зима, и он решил перейти замёрзший пруд. Наверное, думал, так будет быстрее. Он всегда куда-то торопился, мой Том. Лёд под ним провалился.

— Мне жаль.

Миссис Хирншоу отмахнулась от сочувствия Кендры и нахмурилась.

— И зачем я вам всё это рассказываю? Ах да, вы спросили, как я стала экономкой в Фалкон-Корте. Мне повезло, мисс Донован. Нужно было кормить детей, а графу как раз требовалась экономка. Тогда он ещё был виконтом, его отец был жив и находился в Лондоне. Он отнёсся ко мне по-доброму, хотя у самого были тяжёлые времена. Жену он потерял ещё до того, как я потеряла Тома, а потом Нат исчез, как исчез. — Старушка поджала губы; на лице проступило явное неодобрение.

— Нат... лорд Бэнкрофт уже уехал, когда вы стали экономкой?

— Да. Я, конечно, знала его, как и все в Ист-Динглфорде. Красавец был, ничего не скажешь. Понимаю, почему Лора по нему с ума сходила. Но глупая девчонка метила слишком высоко. — Она фыркнула. — Ната следовало отправить в Итон или Харроу, а не учить дома, в Фалкон-Корте. Тогда всё было бы как положено. В конце концов он нашёл бы девушку своего круга — как и случилось, когда он вернулся после своих странствий по свету.

Осуждение в её голосе напомнило Кендре экономку Элдриджского замка. Миссис Дэнбери была твёрдо убеждена, что всему — и каждому человеку — положено своё место.

Они прошли зал вдоль и повернули, чтобы пересечь его поперёк. Взгляд Кендры скользнул к танцующим: мужчины стояли напротив женщин, более состоятельные жители деревни собрались с одного края зала, простые люди — с другого.

— Похоже, вы не слишком одобряете путешествия графа, — наконец заметила Кендра.

Миссис Хирншоу плотно сжала губы.

— Не мне одобрять или осуждать поступки тех, кто выше меня по положению, — чопорно ответила она. — Но я служила графу — вскоре после моего возвращения в Фалкон-Корт его отец умер, и он унаследовал титул. Я видела, как он страдал из-за бегства сына. Нехорошо было и то, что Нат почти не писал отцу. А потом у графа случился удар.

— Я слышала, он тяжело болел.

— Болел? Да он стоял одной ногой в могиле, — возмущённо выдохнула она. — Доктор Пул сказал, что это был апоплексический удар. Бедняга почти год не вставал с постели, тело скрутило страшно. Говорить едва мог, слова совсем смазывались. Конечно, мы делали вид, будто ничего не замечаем — граф был человеком гордым. Я сама за ним ухаживала, вместо того чтобы нанимать сиделку.

— Ему повезло, что вы были рядом, — тихо сказала Кендра.

— Что до этого, то это был мой долг. Мы боялись, что его светлость больше никогда не увидит сына. Во всяком случае, на этом свете. Наняли сыщика с Боу-стрит разыскать его. Настоящим чудом было, когда Нат однажды вошёл в дверь.

— Наверное, граф был счастлив увидеть сына.

— О да. И, вероятно, испытал облегчение. Думаю, он тревожился за поместье. Граф никогда не разбирался в делах, как и его отец. Но старался. Следующим наследником был двоюродный брат графа. Настоящий повеса, каких поискать. — Она неодобрительно фыркнула. — Попади Фалкон-Корт ему в руки, он за две недели развалил бы всё до основания, уж поверьте.

— Но Нат ведь не умер. Как двоюродный брат мог унаследовать титул?

— О, он сделал бы всё, что мог, честным путём или нечестным, помяните моё слово, — мрачно произнесла она. — Уверена, одна эта мысль держала графа в постоянном страхе. Кроме Ната, никого не было. У графа с графиней родилось пятеро детей, но все умерли, кроме Ната.

— Ужасно.

Миссис Хирншоу пожала плечами.

— Я только рада, что граф наконец обрёл покой, когда Нат вернулся. Неважно, что из худого юнца он превратился в крепкий дуб — да ещё дуб непростой. Его светлость был счастлив, что сын снова дома, несмотря на годы отсутствия и редкие письма. Бедный старик начинал тревожиться всякий раз, когда Ната не было рядом.

Миссис Хирншоу замолчала, погрузившись в воспоминания.