Убийство в Кьянти - Камилла Тринкьери

– Готово. – Нико протянул исписанный лист бумаги.

Перилло передал его Даниэлю, и тот быстро набрал текст.

Пока пальцы молодого человека летали по клавиатуре, Нико ткнул Хвостика ногой. Пес на мгновение поднял на него взгляд, затем вытянулся всем своим маленьким телом, словно говоря, что ему нет до этого дела.

Через пару минут напечатанный протокол уже лежал на столе у Перилло.

– Перечитайте, пожалуйста, – попросил он Нико, скользнув глазами по тексту. – Даниэль внес несколько грамматических правок.

– Уверен, их было больше, чем «несколько».

– Вовсе нет, – возразил юноша, – ваш итальянский довольно хорош.

Нико знал, что это ложь.

– Спасибо. – С письменным итальянским у Нико всегда было плохо. Он не имел ничего общего с разговорной речью.

Даниэль, который выглядел не старше восемнадцати, густо покраснел. С его бледной кожей, розовыми щеками, голубыми глазами и прямыми волосами пшеничного цвета его можно было принять за парня с фермы на Среднем Западе или за тосканского аристократа. Портреты в Уффици полны мужчин и женщин с бледной кожей.

Нико сравнил свой рукописный вариант с напечатанным. Все было на месте, кроме многочисленных исправленных ошибок. Он отметил их про себя, теперь вся его жизнь была учебой, а письменный итальянский стал ее первым, нелегким этапом. Он подписал документ и положил его обратно на поцарапанный и заляпанный чернилами деревянный стол. В его участке все столы были металлическими, а стены увешаны подробностями еще не раскрытых дел, фотографиями жертв и исписанными маркерными досками: черным – сводки, красным – важные детали.

Здесь же, на выкрашенных в бледно-желтый стенах, висели большая карта округа, старая фотография знаменитой в Греве площади Маттеотти из тех времен, когда вино продавали прямо из повозок, и рядом современный снимок – вид сверху на десятки киосков, предлагающих продегустировать вино, окруженных толпами туристов.

Перилло заметил его взгляд и покачал головой:

– «Кьянти Экспо»13 держит нас в тонусе. Для виноделов – праздник, для нас и пьяных идиотов – головная боль.

Он повернулся:

– Даниэль, где набор?

Тот подскочил и выбежал из комнаты.

– Новенький? – спросил Нико, вспомнив свое волнение, когда он только присоединился к отделу расследования убийств. После первой недели работы Джоуи, его напарник, подарил ему коробку из-под сигарет, набитую шоколадками. Но вместо смелости они добавили Нико пару лишних килограмм в талии.

– Полгода на службе, и вот – первое убийство. У нас их не так много, но он быстро учится.

Оба посмотрели, как Даниэль вернулся, на этот раз намеренно сдержанным шагом.

– Теперь возьмем ваш образец ДНК. Вперед, Даниэль, ты знаешь, как это делается.

Юноша выпрямился, вскрыл запечатанный пакет и достал большую ватную палочку.

– Откройте рот, пожалуйста.

Нико подчинился, и у него взяли мазок изо рта. Следующим этапом было снятие отпечатков пальцев.

Когда Нико вытер руки салфеткой, Перилло поднялся:

– Хорошо, с этим покончено. – Он хотел бы поговорить с синьором Дойлом подольше, разговорить его, но, справедливости ради, он должен был его отпустить – день у Коннора Доменико Дойла выдался и так тяжелым.

– Остаток дня в вашем распоряжении.

Нико не двинулся с места. Любопытство одолевало его.

– Вам удалось установить личность убитого?

Вот она, Ева, вкусившая яблоко. Перилло с трудом сдержал довольную улыбку.

Бывших детективов не бывает. Банальность? Но банальность есть истина, обесцененная слишком частым повторением.

– Пока нет. Без лица, которое можно опознать, это нелегко сделать. Я связался со всеми отелями в округе.

Стул помощника скрипнул. Перилло махнул рукой в его сторону.

– С помощью Даниэля, разумеется. Он незаменим.

Щеки юноши снова покраснели.

– Отели обещали сообщить, если кто-то из постояльцев не вернется ночевать. А что до трех семей, живущих неподалеку от места преступления, – никто ничего не слышал. По крайней мере, так они утверждают. – На деле Перилло поговорил только с женами, поскольку мужья уже ушли на работу. Придется вернуться туда вечером. – Судмедэксперт и криминалисты, приехавшие из Флоренции, прочесали местность, но орудие убийства – ружье – не нашли, как и гильзу. Возможно, эксперт обнаружит пулю, застрявшую в том, что осталось от лица погибшего, и таким образом мы, по крайней мере, узнаем калибр оружия.

– Это займет много времени? – спросил Нико. Его интересовало, насколько быстро во Флоренции умеют работать с уликами.

– Уверяю вас, не так быстро, как показывают в «C.S.I.». Кстати, ваше предположение о том, что тот единственный выстрел и стал смертельным, похоже, верно. Время совпадает. Тело сейчас на пути в Кареджи.

– Больницу во Флоренции? – уточнил Нико. Восемнадцатого августа там родилась Стелла, и Рита каждый год посылала ей подарок.

– Верно. Там находится наш судебно-медицинский институт. Ах да, мы, конечно, сняли отпечатки пальцев убитого и проверяем их по национальной базе данных в Риме и через Интерпол. Могут пройти дни, прежде чем мы получим результаты. Мы, итальянцы, не так расторопны, как вы, американцы.

– Не верьте всему, что видите в американских телепередачах. Мы тоже не торопимся.

– Рад это слышать. – Перилло улыбнулся и протянул руку. – Спасибо, что зашли, синьор Дойл. Надеюсь, мы однажды встретимся за чашкой кофе. Может, как-нибудь утром в баре «Аль Анголо»?

Нико насторожился. Этот человек явно что-то от него хотел. Возможно, это было типичное любопытство итальянца к американской жизни и политике, а у Нико просто разыгралась паранойя. Он пожал руку маршала.

– Я там почти каждое утро около девяти. – Нико наклонился, чтобы достать Хвостика из-под стола, но там было пусто.

– Он у двери, ждет вас, – пояснил Перилло.

Когда Нико уже подходил к выходу, тот добавил:

– Мне все не дает покоя, как погибший оказался на той поляне.

Нико обернулся.

– Машины не нашли?

– Ни машины, ни скутера, ни велосипеда.

– Тогда возможны три варианта: он добрался пешком, убийца его привез или убийца уехал на его машине.

– Возможно, но следов нет. Только несколько свежесломанных веток. В воскресенье почти не было дождя, так что земля совсем твердая. Я спрашиваю себя, почему убийство произошло именно в это время, ведь было еще темно. И почему именно в этом месте?

– Полагаю, это вам и предстоит выяснить.

– Верно. Но прошу вас пока не покидать город, синьор Дойл.

Нико не понравилось, как это прозвучало.

– Я что, подозреваемый?

– Нет, свидетель.

Нико взял собаку на руки, коротко кивнул обоим мужчинам и вышел.

Когда дверь за ним закрылась, Даниэль спросил:

– Вы хотите, чтобы он участвовал в расследовании? – Юноша очень на это надеялся. Американцы знали, как решать проблемы. Если бы Стив Джобс был жив, он бы разобрался с