Детектив на Новый год - Александра Райт

Во главе стола в электрическом кресле восседала Валерия Петровна. Мать семейства, похожая на старую, мудрую сову. Ее маленькие глаза за стеклами очков, казалось, ничего не упускали.

— Вероника, моя университетская подруга-журналистка, сейчас запускает свой авторский подкаст про преступления, — представила свою гостью Алиса нарочито бодрым голосом.

— Какое милое хобби, — сказала Светлана, не поднимая глаз от чашки. — Ездите по моргам в поисках сенсаций?

— Только по выходным, — вежливо улыбнулась Вероника. — А в будни организовываю трупы сама. Мытарство, но хотя бы не скучно.

Повисла неловкая пауза. Ее прервал Алексей, звонко расхохотавшись. К нему несмело присоединился Борис.

— Пойду покажу Веронике дом.

Алиса кивнула подруге, чтобы следовала за ней, а по пути крикнула домработнице, чтобы та сварила еще кофе.

Начали с первого этажа. Обе делали вид, что увлечены видом из панорамного окна и картинами на стенах, но чутко прислушивались к разговору оставшихся за кофейным столиком.

— Коль скоро мы все здесь собрались, — начал Алексей деловым тоном, — стоит обсудить и вопрос о продаже моей доли. Инвесторы из Китая, о которых вы уже знаете, готовы подписать бумаги в середине января.

— Предать дело вашего отца? — зашипела Светлана. — Продать китайцам? Ты обезумел, Леша!

Борис промычал что-то про «семью» и «надо договориться». Алексей вспыхнул:

— Дело отца уже едва дышит. Я предлагаю эвтаназию и достойные похороны с прибылью для всех.

— Для тебя! — парировала Светлана. — Только для тебя! А мы останемся с чем? С воспоминаниями?

— Можно открыть музей, — вставил Костя. — А что? Хотя бы домашний.

На него тут же накинулись уже все, включая Бориса.

Спор в гостиной разрастался. Алиса сжала руку Вероники до побеления костяшек.

— Началось…

Выглянув из-за колонны, Вероника убедилась, что Валерия Петровна молча смотрит в окно, где сумерки постепенно гасли, превращаясь в черную зимнюю ночь. Только ее тонкие аристократичные пальцы чуть заметно постукивали по подлокотнику кресла.

— Мама все понимает, Леша, — вдруг сказала Светлана. — Она не позволит тебе развалить все, что мы строили. Правда, мама?

Валерия Петровна медленно повернула голову. Ее губы дрогнули в подобии улыбки.

— Я устала, дети. И ругаться накануне Нового года — плохая идея. Тем более у нас гости.

Пока Алиса разливала по фарфоровым чашкам свежий кофе, принесенный домработницей, Вероника устроилась в кресле в углу, приняв свою лучшую позу незаметного наблюдателя. Разговор больше не клеился. Алиса пыталась рассказывать про новую баню на участке, Алексей односложно отвечал на вопросы Бориса про рынок недвижимости в Испании, Светлана вставляла реплики, которые должны были звучать как шутки, но звучали как уколы. Вероника решила взять удар на себя и понемногу развеселила всех байками из кочевой жизни журналиста. Валерия Петровна молчала. Казалось, она вообще не слышит их разговор.

К ужину напряжение немного сбавило градус. Вино, ароматная утка, вид на заснеженные ели за окном делали свое дело. Говорили о пустяках. Лишь однажды Алексей, отрезая кусок мяса, ровным голосом заметил:

— Кстати, документы по продаже доли я привез с собой. После праздника в спокойной обстановке все обсудим.

В воздухе на секунду повисла тишина. Светлана замерла с вилкой в руке. Борис откашлялся. Алиса потупила взгляд.

Позже, когда Вероника поднималась в свою комнату на втором этаже, она прошла мимо открытой двери спальни Валерии Петровны и не удержалась от любопытства. Комната была большая, изящно обставленная старинной мебелью, с огромным окном-слайдером. Центральное место в ней занимала большая кровать с балдахином. Алиса рассказывала, что свекровь, даже усевшись в коляску, категорически отказалась переезжать на первый этаж из своих «царских» апартаментов.

Перед сном Алиса зашла к ней «отдать полотенца».

— Ну, как тебе обстановочка? — выдохнула она, присаживаясь на кровать.

— Мрачновато, — констатировала Вероника, глядя на снег, хлопьями прилипавший к стеклу.

— Надеюсь, все пройдет тихо, — без особой веры в голосе сказала Алиса. — Тихий семейный Новый год. Завтра поедем кататься на снегоходах.

За окном, в кромешной тьме сада, медленно и неумолимо падал снег. Заносил следы. Сглаживал все неровности, как будто подготавливал идеально чистый, белый лист для наступления Нового года.

* * *

Утро тридцать первого декабря выдалось ясным и морозным. Зимнее солнце слепило, отражаясь от бесконечных снежных просторов. В доме уже витали божественные ароматы кофе и корицы.

Вероника, проснувшись по привычке рано, застала на кухне Алису, которая с видом полного блаженства на лице пила кофе, заедая его свежайшими даже на вид эклерами.

— Доброе утро, — сказала Вероника, усаживаясь за барную стойку. — Каков план на день? Салаты и уборка?

— Ага, — фыркнула Алиса, — Алексей с Борисом поехали в город за продуктами, подарками и еще каким-то шампанским, которого, по мнению Алексея, здесь, в глуши, не может быть в принципе. Как обычно, в последний день все пытаются охватить необъятное. Я же считаю, что в последний день года нужно кайфовать. Светлана руководит украшением елки в гостевой гостиной. Свекровь у себя, но потом, думаю, будет контролировать готовку.

— И нам остается?

— Нам, дорогая, остается принять тот факт, что я всегда буду невесткой-вертихвосткой. — Алиса беззаботно махнула рукой и взъерошила свои белокурые локоны. — И молиться, чтобы снегоходы завелись.

Снегоходы завелись, потому что к одиннадцати утра из своей спальни выполз Костя. По словам Алисы, он был «техническим гением», поэтому его потянули кататься с ними. На прогулке к ним присоединились еще двое соседских ребят: Лиза, ровесница Кости, девушка с медными волосами и смеющимися глазами, в которую Костя, по всем признакам, был без памяти влюблен, и ее старший брат Артем. Ему было лет двадцать, но держался он как подросток — немного неуклюжий, с открытым, доверчивым лицом. Его глаза смотрели на мир с нескрываемым любопытством.

— Артем поможет, — заверила Лиза, снимая варежки. — У него руки золотые. И он обожает технику, правда, Тем?

— Обожаю, — серьезно кивнул Артем.

Алиса успела шепнуть Веронике, что Артем — парень с особенностями развития, но совсем безобидный.

— А еще Костя уже пару лет влюблен в Лизу, но Светлане их семья, понятное дело, не сильно нравится. Они местные, из старого поселка, живут только с матерью. Та работает домработницей в особняке Корогозиных.

Пока Костя и Артем копошились у снегоходов в гараже, Лиза, Алиса и Вероника пили чай из термоса, наблюдая через окно, как Светлана украшает елку. Она руководила процессом, стоя посреди комнаты, как полководец.

— Нет, этот шар не сюда! Он нарушает цветовую гармонию! — командовала Светлана так громко, что было слышно даже на улице. — Катерина, будьте добры, серебристый дождь не пучками, а прядями! Мы же не в детском саду!

Из гаража, вытирая руки замасленной тряпкой, вышел Артем. Его глаза