В зеленом шалаше - Сильвестр Банась
Юзек предложил опередить его и самим пойти в милицию. Только чем она нам поможет? Мациешек — законный опекун Вацека, может даже родственник. А мы кто? Никто.
— Значит, ночью похитим его, — смело заявил Пампух. — Мациешек в доме спит, а Вацек в хлеву.
Ночной поход захватил нас. Это было приключение, большое приключение. Столько риска, опасности, и в то же время — романтики, аж в дрожь бросало.
От Вацека мы узнали, что собаки во дворе сейчас нет. До весны была — злая и здоровая, но однажды сорвалась с цепи и, сбежав куда-то в поля, больше не вернулась.
В бинокль мы осмотрели местность, ведь нам предстояло разработать план и все предусмотреть. Даже отступление. Однако изучение крепости врага — только половина дела. Остальное зависит от нас — нашего спокойствия, бесстрашия и отваги. Дворовая территория огорожена высоким забором, ворота и калитка заперты, а в укромных местах на дворе может скрываться множество не очень приятных сюрпризов... М-да...
И вот лежим мы в шалаше, набираемся сил для ночного похода. Словно три мушкетера у Александра Дюма. Собираемся рисковать ради друга, даже не друга, а угнетенного брата. Нас немного тщеславит собственное благородство, ведь не каждый способен пойти на такое...
А пока мы лежали вновь, как бы случайно, забрел к нам лесник. О Вацеке не расспрашивал. Хитрый лис — делал вид, будто ничего не знает. Поговорил о том, о сем, мол, большой урожай грибов в этом году, и на орешнике обильная завязь — орехи будут полные. Ягод много, только собирать некому, хотя государство платит хорошо. За день в легкую можно заработать сто злотых.
Мы хотели угостить Сумика похлебкой, но он отказался. Съел только ложку и отложил миску в сторону.
— Вкусно, — говорит, а сам скривился, но чтобы скрыть эту гримасу, дернул себя за ус. И сразу разговор на другое перевел. — Ну и порядки нынче, чтоб им, — пожаловался он, — так находился, что ноги гудят. Мне тут несколько гвоздей понадобилось пятидюймовых, только нигде найти не могу. Вчера был в Слупи[25], сегодня в Бодзентыне[26] — бесполезно. А без гвоздей я не закончу сарай. Без нескольких несчастных гвоздей! Уж чего бы я только не дал за них!
— Можем, уступим немного? — посмотрел я на друзей. — У нас как раз есть чуть-чуть.
— Вас послало мне небо! — обрадовался лесник, увидев пачку с гвоздями. — А я уж хотел за ними в Кельце ехать... Так я завтра подкину вам каравай хлеба — жена как раз испекла. Может молока и яиц еще. А пока спасибо...
Он собрался, было, идти, но вдруг резко обернулся.
— Кстати... Хотел сказать, что Вацека вашего Мациешек избил и в погребе закрыл. Это в глубине огорода. Замок там простенький, но изнутри не открыть. А еще... Даже странно... Уж какой заботливый хозяин Мациешек, а почему-то дырку в заборе не заделал. Прямо напротив погреба... Ну так, я пошел... А за гвозди спасибо...
— Видите, как пригодились, — хвастался Стефек. — У меня-таки голова на плечах, а не кочан. Будет за них продовольствие — это раз, плюс гость наш сообщил нам много интересного — это два. Только что он нос воротил от моей похлебки? Замечательного блюда!.. Впрочем, нам больше достанется...
Но влекомые одной мыслью, мы с Юзеком разом вскочили, и прежде чем Стефек успел нам помешать, подхватив казан, вылили его содержимое в кусты. Теперь, когда мы рассчитывали пополнить провиант, ничто и никто не смог бы нас заставить есть этот прокисший суп...
Пожалуй, никогда еще солнце не заходило так медленно. Путалось в раскидистых ветвях одинокой сосны и неохотно, словно умышленно мешкая, пряталось за вершины гор. После заката небо вспыхнуло от вечернего зарева, которое разгорелось, но постепенно стало угасать. Смеркалось, однако ночь обещала быть светлой, в том время как нашей вылазке больше бы подошли ветер, ненастье... А тут... Хорошо, хоть луны не было...
В одиннадцать мы решили, что дальше ждать нечего — темнее не будет, а летняя ночь коротка — и двинулись боевым порядком. Правда, без луков, зато каждый из нас сжимал в руке толстую палку. У Стефека за поясом грозно сверкал топор, которым мы планировали сбить замок. Я же держал палец на курке своего пугача, когда приказ первого в нашем строю — Стефека заставил нас лечь на землю:
— Тс-с!
Что такое? Чуть выше по ручью загорались и гасли электрические огоньки. Они не стояли на одном месте, а медленно плыли вместе с потоком. Стефек подал нам знак отползти, а сам отправился на разведку, чтобы узнать, что это были за огоньки. Если ничего страшного, Стефек должен был крикнуть перепелом, а если опасность — совой. Ведь человеческой речью можно выдать себя, а настоящие разведчики должны уметь общаться другими средствами.
Стефек ушел и пропал. Неслышно было ни перепела, ни совы. А огоньки уже совсем близко. Видно, как движутся тени над водой, доносится шум приглушенных разговоров…
Но вот и Пампух. Он так тихо подобрался, что мы заметили его, только когда он вырос прямо перед нами.
Все оказалось просто!
Деревенские ребята ловили раков. Шли по ручью и освещали дно. Глупые раки выползали на свет, а ребята их — цап и в корзину. Видимо так они наловили уже немало...
Постепенно огоньки скрылись за поворотом, а мы, пригибаясь, двинулись дальше. В свете звезд местность вокруг выглядела совсем по-другому, и нам было не по себе... Четверть часа мы прятались от куста, пока не поняли, что это не человек. Потом какая-то птица выпорхнула из-под ног, нагнав на нас страха. Юзек же, зацепившись штаниной за ветку, долго уверял, что кто-то схватил его за ногу...
Да уж, непросто быть героем! Это только в книгах все легко...
В окнах дома Мациешека между тем свет не горел, мрачная тишина висела в округе. И именно эта тишина больше всего пугала нас — где-то в ней могла скрываться засада. Мы медленно крались вдоль забора, за которым, возможно, нас уже ожидал Мациешек с косой в руках: махнет, и полетят наши буйные головушки.
Однако до дыры мы добрались без приключений. И благополучно пролезли в нее, за исключением Юзека, который, зацепившись за гвоздь, разорвал штанину окончательно...
Погреб темнел в углу сада. Именно там сидел наш пленник, который даже не подозревал, что закаленные в боях мушкетеры уже