Миллиардер, ботан, король, спаситель. Билл Гейтс и его стремление изменить наш мир - Ануприта Дас

href="ch2.xhtml#id59" class="a">[71]. «Их поведение на элитных вечеринках, которое они считают проявлением своей прогрессивности и открытости, – это неприкрытая дерзость, вызванная убежденностью, что они способны изменить мир». Эти вечеринки, возможно, не отличаются такой психологической остротой, как эротический триллер Стэнли Кубрика 1999 года «С широко закрытыми глазами», но напоминают место, где богатство может купить самые экстремальные сексуальные фантазии. Правда, в отличие от фильма в Кремниевой долине все маски уже сняты. В 2014 году Андриссен сопоставил эволюцию компьютерных технологий с 1950-х до 2010-х годов с меняющимся образом ботанов в серии постов в Twitter под названием «Как эволюционируют ботаны». 50-е, 60-е, 70-е, 80-е и начало 90-х годов XX века были временем, когда все компьютерные технологии ассоциировались с ботанами, писал он. Однако к 2014 году общественное настроение сменилось и теперь выглядит так: «У этих ботанов кончились идеи, так их теперь на секс потянуло!»[72]

Один многолетний обозреватель Кремниевой долины и партнер венчурной фирмы заметил, что ботаны стали более уверенными в себе и даже высокомерными, потому что почувствовали, что имеют на это право. «Непросто совладать с собой, когда у тебя вдруг появляется богатство, на тебя обращают внимание, ты оказываешься в центре событий, тебя приглашают на церемонию вручения “Оскара”, у тебя появляются девушки, – говорит наш собеседник. – Раньше никто даже не смотрел в твою сторону, а теперь у тебя есть все, что пожелаешь». Конечно, общество восхищается гениями, создающими революционные продукты и услуги, но, подобно художникам и музыкантам, за это гению часто приходится расплачиваться. «Ошибка заключается в том, что мы ожидаем, будто ботаны будут вести себя нормально во всех остальных отношениях, кроме своей гениальности».

Приятным солнечным утром в мае 1998 года Том Фрагала прибыл в университет Сан-Диего, частное католическое учебное заведение неподалеку от мексиканской границы. Фрагала, предприниматель и бывший футболист, приехал на выпускной вечер своей девушки. Это мероприятие проходило на открытом воздухе, стулья были расставлены в трех секторах. Фрагала направился к сектору справа от сцены и выбрал место во втором ряду. Он не обратил внимания на табличку VIP, отгораживающую первый ряд.

Пока он нежился на солнышке, ожидая начала, к VIP-ряду подошли мужчина и женщина. На мужчине, которому на вид было около сорока, был деловой костюм. На женщине – платье в цветочек и широкополая шляпа, что напомнило Джулию Робертс в фильме «Красотка». Пара села, причем мужчина занял кресло прямо перед Фрагалом. Тому потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что он сидит за спинами Билла Гейтса и Мелинды Френч-Гейтс. В том месяце Министерство юстиции, главный антимонопольный регулятор США, и 20 штатов подали против Microsoft судебный иск, обвиняя технологического гиганта в том, что он использует свое доминирующее положение в одной из отраслей, чтобы поддержать собственный зарождающийся бизнес в другой, что, по их мнению, является злоупотреблением монопольным статусом. К тому времени Гейтса в прессе регулярно сравнивали с Джоном Дэвидсоном Рокфеллером-старшим, нефтяным монополистом позолоченного века. Это было не самое лучшее время для соучредителя Microsoft.

Едва сев, Гейтс раскрыл на середине толстую книгу в твердом переплете, которую, судя по всему, начал читать уже некоторое время назад. По оценке Фрагалы, она весила пару килограмм. В течение следующих двух часов, пока шла церемония вручения дипломов, посреди всего шума и аплодисментов, Гейтс ни разу не поднял глаз и почти не двигался, только время от времени менял положение ног. Примерно через 15 минут Фрагала начал задаваться вопросом: что же Гейтс читает с таким увлечением? И даже попытался заглянуть тому через плечо, но ему были видны лишь дужки очков и немного перхоти на плечах. Название книги разглядеть не удалось. Фрагала специально уронил свою программку на землю и нагнулся, надеясь увидеть корешок книги. Ничего не вышло: с книги была снята суперобложка.

Примерно через 90 минут после начала праздника к супружеской паре подошел молодой человек с дипломом в руке. Очевидно, Гейтсы приехали специально для того, чтобы отметить с ним этот день. Билл был по-прежнему погружен в книгу. Мелинда, которая более внимательно следила за происходящим, встала, чтобы поприветствовать и поздравить молодого человека. При этом она привычным жестом толкнула локтем своего мужа. Тот очнулся и тоже встал, положив при этом книгу на землю рядом с ножкой своего стула. У Фрагалы появился шанс. Он быстро наклонился и наконец смог прочитать название. Гейтс читал книгу Рона Черноу «Титан. Жизнь Джона Рокфеллера». Фрагале понадобилось некоторое время, чтобы оценить происходящее.

Черноу издал обширную и детальную биографию Рокфеллера, насчитывающую более 800 страниц, в мае 1998 года, как раз в разгар скандала по поводу монополистических действий Microsoft. Книга была примечательна не только своим весом, но и тем, что «пришлась как нельзя кстати», по выражению одного из рецензентов[73]. Примерно за сто лет до этого правительство США атаковало созданную Рокфеллером компанию Standard Oil, которая в то время контролировала 90% рынка нефтепереработки, за монополистическую практику. По результатам одного из самых захватывающих судебных процессов той эпохи Standard Oil в 1911 году была разделена на 34 более мелкие компании. Процесс демонизировал Рокфеллера, одного из группы «баронов-разбойников позолоченного века», которых назвали так за безжалостные методы ведения бизнеса и готовность не останавливаться ни перед чем, в том числе перед подкупом и нарушением закона, для продвижения интересов созданных ими огромных компаний.

Гейтса и до этого сравнивали с Рокфеллером как минимум в течение десяти лет, но такого рода высказывания не были широко распространены. Одним из первых, кто сравнил соучредителя Microsoft с нефтяным титаном XIX века, был Митч Капор, основатель Lotus Development Corporation. Капор выступал против Гейтса начиная с 1980-х годов, после того как Гейтс вытеснил с рынка Lotus 1–2–3, а также WordPerfect и другие приложения. В 1984 году Microsoft сделала предложение о покупке Lotus, чьи электронные таблицы и программы лидировали на рынке. Капор отказался. Четыре года спустя он сказал в интервью The New York Times, что Гейтс «строит империю, аналог Standard Oil для вычислительной техники»[74]. В той же статье Гейтс ответил Капору, что тот «совершенно не разбирается в технических вопросах, но знает достаточно, чтобы казаться технически подкованным».

В середине 1990-х годов репортеры и обозреватели все чаще стали обращаться в своих статьях к тактике безудержного роста Microsoft. В 1995 году The New York Times опубликовала очерк под названием «Сделать Microsoft безопасной для капитализма». Его автор Джеймс Глейк предложил разбить компанию на части[75]. Глейк процитировал в статье ряд врагов Microsoft, что побудило Гейтса написать ответное письмо, в котором он защищал свою