Knigi-for.me

Сахалин, 1962 - С. Тарасевич

Тут можно читать бесплатно Сахалин, 1962 - С. Тарасевич. Жанр: Биографии и Мемуары издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
был там…

Евгений Лебков

СТИХИ

ПУТЕВОЙ ОБХОДЧИК

Шпалы и рельсы.

Рельсы и шпалы,

Да телеграфные провода,

Да ветер какой-то шалый,

Что на море пропадал.

Идет путевой обходчик

Не торопясь.

Идет молотком грохочет:

Прицеливается

И —

Хрясь!

И так почти ежедневно.

Обходит обход свои длинный.

Маленькие деревни

Жмутся к солидной линии;

Маленькие гусята,

Словно цветы по кюветам.

Воздух, пропахший взятком, —

Ну прямо-таки конфета.

А высота журавлиная.

Не наглядишься вовек.

…Идет человек по линии —

Заботливый человек!

ХОРОШО

Валуны, как надолбы —

На полях.

Превратить их надо бы

В прах.

Хорошо взрывчаткою

Громыхнуть,

Разрывая шаткую

Тишину.

Тут и разрушения

Пыл хорош.

Разрастайся саженная

Рожь!

ВЕСНА

Весна голубокрылая —

Над Сахалином.

Ручьи — живыми жилками

В распадках и долинах.

Все стронуто,

Разбужено,

И ветер — птицей в штору.

Везде и всюду дружный

Предполоводный шорох.

Сугробы заскорузлые

И сопки в синей дымке.

Тужурки лесорубов

У пней лежат в обнимку.

В ГРОЗУ

Небо рассечено надвое

Молниевым кнутом,

Дождь такой, что надо бы —

В дом.

Что для них, отчаянных,

Громобой!

Что из того,

Что с плеча ее

Водопад сплошной?!

ПЛАМЕНЬ ЖИЗНИ

Самовоспламенение!

Какое слово:

Азарт нагрева

С азартом горения

Сливаются словно.

Самовоспламеняться —

По-умному,

Не в харчевой перебранке,

В звездолете.

Ночью безлунной.

У станка.

За рулем,

У вагранки.

Самовоспламеняться надо

Самоотверженно

И беспрестанно.

Мглу, разрывая надвое

В безбрежии океана.

В труде,

В повседневном рвении,

В дерзости открывательства.

В прозе,

И в стихотворениях,

В наступлении

На обывателя.

Слава и уважение

Тем, кто на тропах крутых

Самовоспламенением

Воспламеняет других!

Я ЛЕСНИК

Я иду под сводом лапчатым

Потихонечку.

И посвистывают рябчики

Свистом тоненьким.

Я лесник,

Ко мне на бороду

Солнце — зайчиком.

Захочу —

И сосны — бором! —

Над лужайкою.

ВЕСЕННИЕ БРЫЗГИ

Брызги солнца,

Брызги туч,

Брызги зелени,

Цветочные.

Глянь —

Играют

Там и тут

Молодые, сочные.

Ах, весна,

Бурливый рост:

Почки — в листья!

Ввысь — ростки!

То ли ландыш,

То ли робость.

То ли радости куски.

Зерна — в землю!

А земля!

Изобилием парит…

— Поработаем, земляк?

— Ну, конечно же,

«Старик».

М. Павловский

БОЦМАН С «ИСЕТИ»

Рассказ

— Что?! Вы не знали боцмана с «Исети»?

Собеседник изумленно посмотрел на меня и перекатил затухающую папиросу из одного угла рта в другой.

— Не знали Ивана Кузнецова? Какой моряк, какой боцманюга! Таких искать да искать надо. Кто с ним хоть раз в плавание ходил — век помнить будет.

— А сейчас где он?

— Вот в том-то и загвоздка, что нигде. Оставил наш боцман морскую службу.

— Выгнали что ли?

— Эх вы… Тоже мне сказали «выгнали»… И как только язык у людей поворачивается. Да разве таких выгоняют? Таким людям, как Иван, цены нет. Сам он ушел. Злою слезой плакал, когда с морем прощался, а ушел…

— И где же он?

— Да кто его знает… Велика земля, — и мой собеседник широким движением указал на еле обозначенную за кормой, уходящую за горизонт темную полоску побережья.

Спокойное море чуть покачивало судно. Далеко замигал зеленый глаз маяка. Сгустились и померкли поздние краски заката. Судно уходило в ночь, беззвездную и влажную.

Мы сидели на палубе. Где-то внизу, в непроницаемой тьме, мерно вздыхало море.

В эту ночь я услышал бесхитростный рассказ о том, как боцман Иван Кузнецов оставил свое судно и простился с морем.

— …Какой он был из себя наш боцманюга? Не скажу, чтобы великан или красавец особенный. Роста он был чуть повыше среднего, в плечах широк, волосы сзади стриг коротко, а на лоб напускал чубчик. Взгляд у него был открытый и веселый, но какой-то особенно зоркий, — людей умел быстро различать, кто чего стоит. Посмотрит на тебя раз, другой и кажется все задние мыслишки твои насквозь видит. Ну, что еще о нем сказать? Да, сила еще в ручищах была у него большущая. Сожмет ладонь — скорчишься и присядешь; а когда отпустит, долго будешь лапкой потряхивать да «ай-яй-яй» приговаривать. Только не любил Иван свою силу зря, ради пустого бахвальства, показывать. Раза два только я и видел, что он так здоровается. Это у него называлось — «по-крепкому».

Был он в то время средних лет, а прошел уже, как говорится, и огни, и воды. На самых дальних морских путях побывал. Ходил в Антарктиду на китобойце, бил моржей у Командорских островов, на какой-то шхуне попадал в кораблекрушение у Охотского побережья. Выбрался он тогда на голые камни и неделю отсиживался на пустынных скалах неприютного мыса. Подобрали его охотники полуживого. А через два месяца он уже боцманил на «Исети».

Беспокойная морская судьба занесла его на этом траулере в Берингово море, на экспедиционный лов. Тралили мы тогда в холодных глубинах камбалу, громадных палтусов и редкостную угольную рыбу.

Нелегкой была служба в беринговоморской экспедиции: пять — шесть месяцев без берега. Не шутка. Но на «Исети» хлопцы носы не вешали. Служить с Иваном было как-то легче — у него все так «налажено», что ребята не кисли, не скучали.

Ну, а в работе был он лют. Про него говорили: «Наш боцманюга в пяти местах сразу успевает». И в самом деле, если тревога или аврал какой, видели его в одно и то же время на корме, на баке и в палубной надстройке.

Должно быть, заметив, что сказал немыслимое, мой собеседник притушил папиросу и добавил:

— Ну, конечно, так говорится только. А


С. Тарасевич читать все книги автора по порядку

С. Тарасевич - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.