Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— Когда под эти идеалы удаётся подстроить не всё, — перебил Майкл.

— Да. Трудно, — кивнул Вессхаузер. — А труднее всего приходится самой Мариэль.

— Понимаю, — Майкл допил кофе. Он был готов вернуться к компании Олафа и Билли.

— Но мне мои высокие стандарты подходят, — с жаром произнёс Вессхаузер, снова глубоко затянувшись. — Вот, почему они не хотят позволять мне перебраться в Англию. Я знаю, что будет очень скоро. Они не хотят, чтобы мои знания попали в руки британского флота. Они очень дорожат тем, что я знаю о торпедах.

— Хм, — вновь выдавил Майкл, не находя лучшего комментария. Он считал своего собеседника человеком с высоким самомнением, и находиться рядом с ним было неприятно. — Что ж, спасибо за ваше время, — сказал он, и холода в этих словах звучало больше, чем хотелось бы. Он взял пустую чашку с кофе и вновь поднёс её к кофейнику, чтобы наполнить.

Но прежде, чем он это сделал, слова о торпедах эхом отозвались в его голове. Он резко остановился, ведомый идеей, пришедшей в его сознание. Позади него шёл человек — один из инженеров — который едва не врезался ему в спину.

— Вессхаузер, — строго окликнул Майкл, возвращаясь к столу пассажира. Блестящий взгляд зелёных глаз направился в сторону Вессхаузера сквозь дымовую завесу. — А вы можете… сделать торпеду?

— Сделать… торпеду, — повторил Вессхаузер ровным голосом.

— Да. Вы специалист. Вы же можете сделать её? Собрать по кусочкам из того, что… ну… находится на этом судне?

Он изумился.

— Я понятия не имею, что находится на этом судне. Разумеется, здесь должны иметься некоторые взрывчатые вещества. Нужен ведь ещё стальной корпус и детонатор… — он нахмурился и бросил окурок в чашку. — А что у нас есть?

— Детали машин, шариковые подшипники, большие брёвна и удобрения.

— Удобрения… — недоверчиво повторил Вессхаузер.

— Верно. Около трёхсот бочек. Особой ценности не представляют, я так понимаю?

— Вопрос в том, есть ли в составе нитрат аммония…

— Этого я не знаю.

— И, разумеется, у нас в достатке дизельного топлива?

— Да.

Вессхаузер кивнул. Глаза его теперь смотрели с энтузиазмом

— Вы понимаете, что нитрат аммония может сдетонировать и взорвать этот корабль, запустив его в космос? Особенно в сочетании с дизельным топливом…

Майкл сглотнул.

— Я полагаю… вы имеете в виду…

— Я имею в виду, что если удобрения производились с нитратом аммония в составе, то вы на этом судне везёте почти готовую бомбу! Господи! Вы, люди, что, с ума посходили?! Что вы делаете, чтобы предотвратить окисление в трюме?

— Есть вентиляторы, — неуверенно произнёс Майкл. — Но они работают не всегда…

Вессхаузер вскочил.

— Послушайте! — голос его звучал тревожно, потому что он осознал, что выход всего один. — У вас есть машинный цех? А сварочный аппарат?

— Да. И то, и другое.

— В стали недостатка тоже нет, — Вессхаузер уже говорил больше сам с собой. Однако сведения от Майкла ему всё ещё требовались. — Вы говорили о деталях машин. Какого рода детали?

— Об этом лучше спросить капитана… но даже он может толком не знать.

— Хорошо… ладно, — Вессхаузер нервно приложил руку к губам. — Давайте предположим, что водонепроницаемый корпус можно сделать из имеющихся материалов… и детонатор, сделанный из машинных деталей будет вполне подходящим… подождите. Подождите! — он отчаянно покачал головой. — Нет! Безумие! Нет никакой возможности сделать оружие, потому что у нас не будет способа навести торпеду, — его рука прикоснулась к лихорадочно стучащей венке на правом виске. — Математика, — пробормотал он. — В наведении торпеды слишком много математики. И даже, если нам удастся создать оружие… мы никогда не заставим его попасть в цель. Этот корабль… нет, мы не сможем нанести точечный удар по «Копью». Я мог был сделать хоть десяток торпед из подручных материалов, будь у меня время, но без системы наведения…

Вессхаузер замолчал. Он моргнул, словно в его мозгу мелькнула поразившая его вспышка.

— Вы говорили о брёвнах, — почти прошептал он. — Какой они длины?

— Есть разные. От пяти до десяти метров примерно. А что?

— Герр Галлатин, — важно обратился немец. — Нам срочно нужно увидеть капитана Бушена. Идёмте!

Они поднялись по лестнице к разрушенному мостику, куда проникал круживший над морем туман через разбитое стекло. Один низкий фонарь со слабой подсветкой принадлежал хозяину «Софии», который яростно держал управление дрейфующим судном и держался относительно собранно… учитывая полупустую бутылку коньяка.

— Что вам, мать вашу, опять надо?! — прорычал он…

… В каюте капитана Вессхаузер склонился над грязным куском бумаги и нарисовал схему ручкой.

— Ну, хорошо, я так понимаю, это часть торпеды, — буркнул Бушен, когда понял, что перед ним появляется на рисунке. — Я понял, что вы говорили об удобрениях, — документ, подписанный капитаном, гласил, что нитрат аммония и в самом деле наличествовал в составе перевозимых веществ. — Я понимаю, что вы имели в виду, когда говорили про корпус и детонатор… но… что вы там рисуете?

— Конструкцию, — объяснил Вессхаузер, и пламя свечи отразилась в стёклах его очков. — Для системы наведения с этого корабля. Послушайте, — сказал он, постучав ручкой по рисунку. — Это подобие лука. Нам нужен стальной разъём, прикреплённый к носовой части на уровне ватерлинии. Сделать это можно с помощью зажимов, которые сумеют вместить