Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— Это длится… с тех пор, как я сюда попал. Ты… поможешь мне?

Она вышла в коридор и заметила, что МакГил лежит на левом боку. Лицо у него было бледным и блестело от пота. Из его ботинка текла кровь, но кусок пола, под которым должна была скрываться ловушка, закрылся сам собой, и Минкс не знала, где спрятаны клинки. Фонарь МакГила лежал неподалёку, но его свеча погасла при падении.

Сверху снова захохотала женщина, но на этот раз звук был далёким.

Минкс прониклась уважением к МакГилу: ей было бы весьма не по себе, если б пришлось лежать здесь, слушать эти завывания и не знать, придёт тебе кто-то на помощь или нет.

— Ты в принципе шевелиться можешь? — спросила Минкс.

— Не могу перенести вес на правую ногу. Но… могу ползти. Только не знаю, что ещё тут спрятано в полу. Ты… будь осторожна, выходя сюда. Ловушка… примерно в трёх футах от… того места, где ты стоишь…

— Как далеко отсюда до фасада дома? Есть идеи?

— Нет. И… слушай… если в полу есть ловушка… то она наверняка не единственная.

— Согласна, — сказала Минкс. Она уже осматривала доски в поисках чего-то похожего на слишком широкие трещины, где можно было разместить петли или пружины. Она потянулась к стене и сняла с него древнегреческое или римское копьё (она не была уверена в его происхождении). Сейчас оно вполне сгодится, чтобы прозондировать пол на предмет скрытых опасностей.

Минкс осторожно вышла в коридор, с силой прижимая наконечник копья к доскам перед собой. Это не гарантировало безопасность: некоторые ловушки могли сработать только под человеческим весом. Что бы Дредсон здесь ни собрал, над защитой он явно хорошо поработал. Такой, как Дредсон, мог защититься даже от гнева Профессора Фэлла, чья месть в больших и малых делах могла свести на нет свирепость тигра.

Наверху засмеялась женщина, и смех быстро перешёл в рыдание. Сначала она бормотала что-то невнятное, затем вдруг срывающимся голосом закричала:

— Никогда! Никогда!

Минкс нужно было принять решение. И она сделала это.

— МакГил, мне нужно, чтобы ты ещё немного подождал. Я должна сходить наверх.

— Что?! Ты с ума сошла?! Нам нужно выбраться отсюда!

— Я пришла сюда за скорпионом, — строго сказала Минкс. — Кто бы там ни был, это не Дредсон. — Про себя Минкс добавила, что это вполне могла быть женщина, назвавшаяся Элизой Роудс. Не было времени бродить по дому и искать окно, которое можно разбить, чтобы впустить остальных. Особенно учитывая ловушки, которые могли скрываться повсюду. А наверху? Там они тоже будут? Отчего-то Минкс в этом сомневалась. Что-то подсказывало ей, что так тщательно защищали только первый этаж.

— Я зажгу твой фонарь, прежде чем подняться наверх, — сказала Минкс, решив, что это меньшее, что она может для него сделать. — Просто подожди меня немного.

Она исследовала свой путь копьём и двинулась вперёд. Ничто не открылось, чтобы проткнуть её ногу лезвием. Добравшись до МакГила, она немного повозилась с трутницей, зажгла фонарь и поставила его рядом с раненым.

— Не ходи туда! — отчаянно зашептал шотландец. — Пожалуйста! Не оставляй меня!

— Я вернусь, — пообещала Минкс, заметив лужу крови на досках. Время играло не в пользу МакГила.

Минкс поднялась по лестнице, продолжая подсвечивать себе путь фонарём и прощупывать доски копьём. На стене слева от неё висело нечто, похожее на маски африканских племён, раскрашенные в разные цвета и украшенные перьями. Она пригляделась и заметила, что у некоторых из них настоящие человеческие зубы, а другие покрыты высушенной и морщинистой человеческой кожей.

Примерно на трёх четвертях пути вверх по лестнице наконечник копья задел тонкую проволоку, которая исчезла в стене. Раздался щелчок, и какие-то шестерёнки пришли в действие. Ступеньки перед Минкс разверзлись, как крышка гроба, и под ними обнаружилось около пяти десятков заточенных лезвий, смотрящих вверх. Смертельная ловушка. Если бы Минкс натолкнулась на эту проволоку, это был бы её последний шаг. А это был не тот способ, которым она хотела покинуть этот грешный мир.

Минкс толкнула плиту в стене, дождалась, пока снова раздастся щелчок механизма, после чего осторожно перешагнула через вновь натянутую проволоку и продолжила путь вверх.

Наконец, она добралась до второго этажа. Жуткий безумный женский смех раздавался где-то неподалёку. Минкс пошла по извилистому коридору, по обеим сторонам которого стояла дюжина доспехов. Стены снова были усеяны ножами, мечами и боевыми топорами. На полу Минкс обнаружила засохшие человеческие экскременты, что показалось ей дурным знаком.

За очередным поворотом коридора свет выхватил из темноты женщину, свернувшуюся калачиком в углу. Назвать её «несчастной» было бы комплиментом. У женщины были растрёпанные грязные чёрные волосы, и почти такими же тёмными были круги под её запавшими глазами. Она была худой, как скелет, ходила босиком и носила грязное платье, которое когда-то было белым, но теперь перепачкалось бог знает чем. Женщина пристально смотрела на свечу в подсвечнике, стоявшую на полу рядом с ней. Её губы со следами белой пены, шевелились, но с них не срывалось ни звука.

Минкс сглотнула и заговорила:

— Элиза Роудс?

Женщина никак не отреагировала, лишь пролепетала что-то чуть громче, а затем снова зашептала какую-то околёсицу, понятную только её воспалённому уму. Минкс задалась вопросом, как давно эта женщина ничего не ела. Эта сумасшедшая явно умирала от голода, медленно иссыхая до собственной тени.

— Я пришла за скорпионом, — сказала Минкс. — Где он?

— Нет, нет, нет, — прошептала женщина, всё ещё глядя на свечу. — Нет, нет, нет. Никогда. Никогда! — Она начала смеяться, хотя по измождённым грязным щёкам лились слёзы.