Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— Нет никаких доказательств того, что этот человек и в самом деле здесь, — ответила Минкс. — Да, письмо было отправлено из Нью-Йорка. Но это не значит, что он здесь живёт. Он запросто мог прибыть сюда на пакетботе из Филадельфии или из Бостона. Он может быть где угодно.

— Разумеется. Всё это может быть частью игры, которой он, похоже, наслаждается. И всё же большинство его действий говорит о безумии. Этот человек — это существо — скорее всего, желает закончить начатое. Довести до финала. Фактически, он может быть вынужден закончить его, даже после стольких лет. Как ты думаешь, в этом есть смысл?

— Разве что, в самом бессмысленном смысле, — усмехнулась Минкс.

— Да, — отозвалась Кэтрин. — Что ж, посмотрим, как пойдут дела.

— И каков же наш следующий шаг?

— Завтра я нанесу визит Полли Блоссом и расспрошу её о клиентах. Возможно, кто-то из них проявляет особый интерес к рукам и пальцам. — Кэтрин одарила Минкс взглядом, говорящим о сомнительном удовольствии подобных забав. — Хоть наше существо, возможно, и не режет в открытую, но не исключено, что оно не прочь поразвлечься подобным способом. А ты, как я полагаю, знаешь почти все местные игорные дома?

Минкс пожала плечами.

— Я даже частенько в них выигрывала.

— И это хорошо. Ты могла бы посетить некоторые из них завтра вечером и поискать, — Кэтрин помедлила, — человека, который носит запонки на манжетах. Возможно, его привычки в одежде переплыли через океан вместе с ним. В любом случае это станет хорошим началом поисков.

Минкс поднялась вместе с Кэтрин по ступеням «Док-Хауз-Инн» и пожелала ей доброй ночи. Она дождалась, пока Кэтрин скроется за дверью, и лишь после этого повернулась. Её собственная обитель — комната над каретником, примыкающая к конюшне Тобиаса Вайнкупа — располагалась в четверти мили отсюда к северу от Бродвея.

Она неспешно направилась на север, раздумывая нам тем, чтобы посетить одну из наиболее оживлённых таверн или игорных клубов нынче же вечером, так как для неё ночь была порой возможностей. Ложиться спать до двух часов она считала бессмысленной тратой времени.

Она повернула на восток, направившись в сторону сурового — но, на её вкус, более захватывающего — района, полного таверн, который привлекал бездельников, впервые испачкавших свои ботинки грязью этого острова задолго до того, как все эти здания были построены. Это были её люди.

Минкс миновала квартал и вдруг услышала мужской голос. Совсем близко:

— Подойдите.

Минкс замерла, став в пол-оборота и слегка оглянувшись.

Он стоял там, окутанный туманом. На нём было утеплённое чёрное пальто из фирнота[74] и тёмная треуголка, надвинутая на лицо так, что черт было не разглядеть. Впрочем, Минкс и без треуголки ничего не рассмотрела бы: ближайшим источником света был жёлтый светильник на верхнем этаже склада, где кто-то сейчас работал допоздна… или же что-то крал.

— Подойдите, — повторил мужчина.

— Сам подходи, — ответила Минкс. Её рука скользнула к ножу, спрятанному под пальто. Он отступил, и туман тут же поглотил его.

Минкс вытащила нож. Она не боялась. Ножи множество раз спасали её шкуру, и она прекрасно знала, как с их помощью спускать шкуры с других. Нет, она не боялась, однако волнение всё же ощущала. Хотя это было не совсем волнение. Напряжение — вот более подходящее слово. И всё же внешне Минкс оставалась сосредоточенной и спокойной — такова была её природа. Она жалела, что сейчас за её спиной не стена. Здесь, на открытой улице, она была уязвима сразу с нескольких сторон, напасть могли откуда угодно. Её сердце забилось чаще — не от страха, но от волнующего ощущения опасности. Это чувство очистило её разум от остатков крепкого эпплджека, который мог бы замедлить её реакцию. Теперь она была готова.

Минкс развернулась и направилась в свою любимую таверну — «Петушиный Эль». Там можно было раздобыть крепкий напиток, надышаться табачным дымом, наслушаться брани, достойной мгновенной Божьей кары, и провести время в компании самых отвязных грубиянов Нью-Йорка. Это был её тип заведения.

Ей померещилось, или она действительно уловила какое-то движение? Там, справа, в тумане? Определённо, не показалось. Минкс поняла, что за ней следят. Она продолжила путь, но теперь напряжённо следила за пространством вокруг. Её колкий взгляд осматривал окрестности, а рука крепко сжимала рукоять ножа, сделанную из слоновой кости.

Совершенно неожиданно прямо перед ней из тумана вынырнул силуэт. Он всё ещё был наполовину скрыт мраком ночи, но стоял достаточно близко, чтобы напасть.

Минкс снова остановилась и тихо произнесла:

— Ты мне путь преградил.

— Послушайте меня, мисс Каттер, — вкрадчиво произнёс он. — У меня нет желания конфликтовать с вами или с мадам Герральд. Эта игра — только для Джона Кента. Мой совет вам и вашей нанимательнице: не вмешивайтесь. Я понятно изъясняюсь?

Голос. Гладкий и шелковистый. Голос самой Смерти, так, кажется, сказал о нём Джон Кент. Но разве он производил такое впечатление? Пожалуй, нет. Не на неё.

Минкс догадалась, что он следил за ними с Кэтрин с того самого момента, как они покинули таверну Салли Алмонд. Он наблюдал за тем местом, как и Джон Кент.

— Мне понятно другое: я знаю, что ты такое, — ответила Минкс. — Знаю, кто ты. Очень скоро мы разоблачим тебя. Твоё время на исходе.

— Ха! — усмехнулся он и выдержал довольно долгую паузу. — Да. Время на исходе. Благодарю, что так ясно дали