Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

Он снова закрыл глаза, а когда открыл их, Берри рассмотрела в их глубине настоящий ад.

— Остальные… — надтреснуто пробормотал он. — Вы расскажете им?

— Я не стану. Но вы — должны.

— Я расскажу, — сказал он. — Сегодня вечером на камбузе.

Берри пришлось спросить ещё кое-что.

— Этот разговор… грозит мне чем-нибудь? Я в опасности?

— Вы — нет, мисс. А вот я — да. Теперь, когда всё сделано, я вижу, сколько человек находится на борту корабля и сколько из них готовы будут набросить петлю на мою шею. Или сбросить меня с той же скользкой палубы посреди ночи. Но я капитан и я несу ответственность за пассажиров и экипаж этого корабля. Полагаю, в Нью-Йорке тоже есть виселицы, и мне дадут до них добраться.

Берри встала. У неё защемило сердце, когда она увидела, как Парр наливает себе ещё из бутылки.

— Остальные решат, что делать, когда мы доберёмся до гавани. Вы ведь понимаете это, не так ли?

На его кривую вымученную улыбку было страшно смотреть.

— Как я уже сказал, теперь, когда всё сделано… мне всё равно.

— Мне очень жаль, — сказала Берри, не зная, что ещё может ответить.

— Всё уже в прошлом, — отозвался Парр.

Берри взяла своё пальто, шапку и перчатки. Пришло время предоставить капитана «Леди Барбары» самому грозному судье — собственной совести.

— Ещё кое-что, мисс. — Парр открыл ящик стола и протянул ей фиолетовый бархатный мешочек. — Это ваше.

— Я не хочу его забирать.

— Я тоже. Но, думаю, Гулби хотел бы, чтобы это было у вас. А также всё остальное, что лежит в его багаже в трюме. Из того, что вы мне рассказали, я понял, что вы, похоже, были его самым близким другом.

Берри поколебалась, но потом всё же приняла мешочек из массивных рук капитана. Она вспомнила, как Гулби рассказывал, что большая часть его товаров находилась в багаже. Церковь Троицы была бы признательна за такое подношение.

Выходя из каюты капитана и прикрывая за собой дверь, Берри услышала прерывистый всхлип. Однако она не сомневалась, что после того, как Парр расскажет всё сегодня вечером на камбузе, он выполнит свои обязанности и доставит корабль к месту назначения, как и подобает настоящему капитану.

Берри снова оделась потеплее и поднялась через кормовой люк на палубу, где встала у поручней правого борта недалеко от того места, где Роуди Реджи совершил свой последний прыжок. Она задумывалась о том, насколько на деле тонка грань между жизнью и смертью.

После раздумий Берри открыла мешочек и позволила драгоценным камням и серебряным браслетам упасть в море. Это было её собственным обращением к Нептуну. Она просила о безопасности для Мэтью и для себя. Когда драгоценности исчезли под водой, она выпустила мешочек из рук и позволила ветру подхватить его.

До конца путешествия она будет просто ещё одним пассажиром и уж точно не будет решать чужие проблемы. После того, как всё уляжется, она будет настаивать на том, чтобы Генри Парра отдали под суд в Нью-Йорке. В остальном она собиралась коротать свои дни на судне, дожидаться завтраков, вечернего рома и времени на чтение. А также бесед со своими попутчиками, среди которых уже не будет Реджинальда Гулби.

Берри не сомневалась, что Мика Холлидей найдёт в своём путешествии по колониям множество приключений, что Кой Чендлер построит солидное и важное здание, Диксоны найдут радость в своей нью-йоркской жизни, а Морган Стаут сохранит свою привязанность к эссенции орхидей. Она верила, что Хэмметты прекрасно проведут время с семьями своих детей, а Джессика Райнхарт найдёт счастье в браке. И возможно, когда-нибудь напишет свой роман-загадку.

Берри задавалась вопросом, не появится ли в одном из её романов когда-нибудь персонаж с её именем. Потому что ей казалось, что под пером писателя человек может жить вечно. Но Берри не хотелось жить вечно… по крайней мере, без Мэтью.

Следующие несколько месяцев — возможно, год или целую вечность, — ей будет крайне сложно пережить, потому что она не будет знать, что происходит с Мэтью.

Тот сон, что ей приснился. Она всё ещё видела, как две фигуры — мужская и женская — с их причудливыми чёрно-рыжими головами приближаются к нему, будто для того, чтобы…

Чтобы что?

Погубить его?

Берри не верила в предчувствия, но если допустить, что они реальны, она бы решила, что эти две фигуры — некое предзнаменование будущего, и они таят в себе ужасную опасность, превосходящую любое злоключение, с которым Мэтью приходилось когда-либо сталкиваться.

Берри не хотела много думать об этом, ведь это изматывало её, а сделать она ничего не могла. Она примет этот день таким, каков он есть, и будет верить, что судьба вернёт ей Мэтью в целости и сохранности.

Берри посмотрела на небо.

В этот момент она испытала странную, непрошенную, почти неуместную радость. Она знала, что это будет длиться недолго, но хотела насладиться каждой секундой.

Солнце выходило из-за облаков.

Перевод: Наталия Московских