Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон
Он знал, что холм считает его шаги. Путь к вершине так долог, по этой дороге, которая словно бы бесконечно уходит прямо в пылающие небеса. Он знал, что холм прислушивается к нему и к биению его сердца, и, когда старик остановился отдышаться, то услыхал смех холма, но всё-таки продолжил взбираться всё выше и выше по крутому склону, и рассмеялся сам, ибо понимал, что совсем изнемог и не в силах продолжать, и что холм действительно может убить его, если пожелает.
Он шёл дальше.
Бывает время, размышлял старик, когда человеку необходимо вырваться за всякие границы. Это правда. Бывает время, когда человеку следует что-то сделать, потому что это просто необходимо. И это тоже правда.
Он шёл дальше.
Всё круче и круче вздымался холм, и его смех всё громче звучал в ушах старика. Где же вершина? Казалось, целая сотня миль оставалась до того места, где деревья гнулись под задувающим с холма ветром, словно тысяча рук, лепящих мир заново.
Он шёл дальше.
У него болело сердце, ныли ноги, а лёгкие пылали огнём, но он шёл дальше. Холм взывал к нему: «Старик, возвращайся назад, глупец, ты правильно делал, что избегал меня, возвращайся, возвращайся», — но старик уже видел вершину и думал: ещё немного боли, ещё немного усилий — и я доберусь туда, и почувствую аромат юности.
Выше и выше, выше и выше, мимо роскошных домов богачей, выше и выше, к деревьям на самой вершине, и ноги вязли, будто в зыбучем песке, но старик высвобождал их, хотя от струящегося пота у него взмокли лицо и рубашка, и болело сердце, но вдруг он оказался на вершине холма и весь город раскинулся перед ним, и холм в отчаянии возопил, потому что проиграл старику в этой битве.
И тогда старик отёр лицо и посмотрел вниз на город, вдохнул ароматный воздух, но учуял лишь гниль, потому что в этот миг мимо прогрохотал спускающийся с холма мусоровоз, увозящий то, что выбросили богачи.
Не благоухали ни розы, ни жимолость, ни цветы, которым ещё не придумали названий. Лишь припекало летнее солнце и пахло стариковским потом, но это был честный пот и старик улыбнулся, услышав, как холм тихо и покорно ворчит, обращаясь к нему одному.
Спуститься с холма оказалось не так уж и тяжело.
Вернувшись домой, старик очень много размышлял обо всём этом. Дело было не в благоухающем воздухе. И не в чаяниях вернуть силу и юность, ведь это всегда оставалось всего лишь выдумкой. Даже не в том, чтобы просто посмотреть на город сверху вниз или постоять на самой вершине длинного пути и крутого холма.
Всё дело в том, что старик твёрдо верил, что туда дойдёт, и совершил это. Он превозмог ноющие ноги, горящие лёгкие и больное сердце. Он выполнил дело как можно лучше, остался доволен своими трудом и считал, что это просто замечательно. Подумав так, он снова улыбнулся.
Старик долго размышлял обо всём этом, а потом погасил лампу и заснул.
Перевод: BertranD
Маленькая янтарная книга зловещих шотов
Robert Rick McCammon. "A Little Amber Book of Wicked Shots", 2020
Добрый вечер
Robert Rick McCammon. "Good Evening", 2020
Или, как говаривал Альфред Хичкок: «До-о-о-обрый ве-е-е-ечер». Читаете ли вы вечером, глубокой ночью или ранним утром — для хорошей выпивки годится почти любое время. Сам я не пью после двух ночи и раньше шести вечера, но популярность «Кровавой Мэри» и «Мимозы» подсказывает, что огромное количество людей выбираются из постели с жаждой. К слову о «Кровавой Мэри»: бармен Фернан «Пит» Петио, утверждавший, что придумал этот коктейль в двадцатых годах прошлого века, вскоре увидел, сколько вариаций появилось у его первоначального рецепта, и попытался сменить название на «Красный луциан». Но история показывает, что из этого вышло.
Так вот, я люблю смешивать напитки и пробовать новые рецепты. Знатоком меня никак не назовёшь, но экспериментировать мне нравится. Кое-какие напитки получились довольно хорошими — по крайней мере, мои «подопытные» так считают. Были и великолепные провалы: например, я пытался добавить в шот анчоус и назвать его «Средиземноморье», а ещё сделать шот с салатом под названием «Выпей свой салат». Впрочем, недавно я купил какой-то зелёный сок, якобы полезный для здоровья, и он оказался ничуть не вкуснее моего творения. В моём-то хоть было немного водки, чтобы притупить вкусовые рецепторы.
Теперь о книге: в ней три рассказа, и перед каждым — рецепт шота, придуманный мною. Говорю это, слегка скривив губы, словно от лимонной цедры: рецептов напитков тысячи и тысячи, и, по-моему, придумать нечто совершенно оригинальное уже невозможно. Однако описанные здесь шоты[122] я взял исключительно из собственной головы, а не из какой-нибудь книги… Во всяком случае, до сих пор. Надеюсь, теперь я пополню меню какого-нибудь бармена.
Во всех трёх рассказах упоминается свой шот, но сами напитки вовсе не обязательно имеют отношение к сюжету. Или всё-таки имеют? Чтобы узнать, придётся читать дальше. А вот названия шотов… пожалуй, они очень даже связаны со смыслом сюжетных поворотов — вот уже и рифма, а я ещё даже не начал экспериментировать со спиртным. Так что опять-таки читайте дальше, и всё узнаете.
Чтобы избежать всей этой жуткой канители с авторскими правами и прочими «штуками», я не буду прямо называть марки, которыми пользуюсь, а дам подсказки: возможно, вы поймёте,