«Синао» - «промывание мозгов» - Михаил Георгиевич Степанов

Их механизм и цели

В ноябре 1957 года Мао Цзэ-дун сказал, что каждые год-два нужно проводить в Китае массовые кампании. За годы существования КНР они стали неотъемлемой чертой жизни китайского общества. Китайское руководство стремится решить самые различные проблемы путем массовых кампаний: от санитарии и гигиены до развития национальной экономики, от уничтожения воробьев в стране до «революционизации сознания» народа.

Одних кампаний хватает лишь на недели, другие затягиваются на годы. Одни проводятся с большой помпой, другие негласно. Одни оканчиваются сравнительно удачно для пекинского руководства, другие проваливаются.

Сколько массовых кампаний было проведено в КНР? Специалист по Китаю, американский профессор Фредерик Юй насчитывает вплоть до 1966 года более 100 кампаний. Только за первое десятилетие, по его мнению, была проведена 81 массовая кампания.

Если говорить о чисто идеологических кампаниях, то, как считал один из бывших высших представителей пекинского руководства, Яо Вэнь-юань, за годы существования КНР удалось провести удачно 8 общенациональных кампаний, остальные были сорваны или не сумели набрать полную силу. Кроме того, после «культурной революции» в Китае было развернуто еще пять кампаний: «критики ревизионизма и исправления стиля» (1972 г.), кампания «критики Линь Бяо и Конфуция» (1974 г.), кампания так называемого «изучения теории диктатуры пролетариата» (1975 г.), кампания «критики и разбора романа „Речные заводи“» (1975 г.) и кампания «борьбы против правоуклонистского поветрия» (1976 г.).

Каков в самом общем виде организационный механизм массовых кампаний в КНР? Все начинается с того, что где-то на вершине пекинской пирамиды власти принимается решение о новой кампании. Затем о ней появляется сообщение в органах печати. Обычно в таком сообщении обозначается только тема кампании, и далеко не всегда по этому сообщению можно угадать с достаточной точностью направление и темпы ее развития. Одновременно с этим в провинциях назначаются люди, ответственные за проведение кампании. В печати начинают вестись разговоры, цель которых — психологически подготовить население к новой кампании, привлечь его интерес к ней, возбудить его энтузиазм.

На третьем этапе пускается в ход организационный механизм кампании на районном и уездном уровнях. К этому времени специально проинструктированные кадровые работники начинают активно проводить кампанию в маленьких городках и в сельских местностях. Кампания быстро набирает темпы. Митинги следуют один за другим. Все более деятельное участие принимают в развитии кампании местные активисты, задача которых заключается в том, чтобы подключать к проведению кампании как можно больше людей, охватить по возможности всех в городах и селах. На этом заканчивается подготовительный, или организационный, этап кампании. Она начинает быстро развиваться, охватывая всю страну.

В первые годы после образования КНР идеологические кампании не связывались открыто с именем Мао Цзэ-дуна. Лишь спустя долгое время становилось известно, что Мао Цзэ-дун выступил инициатором важнейших кампаний, лично написал те или иные статьи в печати, давшие направление их развитию. В последние годы положение изменилось. Обычно, когда подготовка к проведению кампании в размерах страны бывала закончена, в центральной печати появлялась статья с «новейшим указанием» Мао Цзэ-дуна. Он объявлялся инициатором кампании. Печать и радио начинали громкие разглагольствования о кампании, и она вспыхивала словно фейерверк.

История массовых кампаний — это в значительной мере история КНР. Но здесь мы хотим сформулировать лишь в самом общем виде те основные цели, которые ставили перед собой инициаторы этих кампаний.

— Проводя кампании по указанию Мао Цзэ-дуна, нагнетая культ его личности (в разных кампаниях в разной степени), укреплять его власть, препятствовать развитию антимаоистских сил в стране, центробежных тенденций в гигантском обществе.

— Оказывая в ходе кампаний практически постоянный сильный пропагандистский нажим, вбивать в головы населения «идеи Мао Цзэ-дуна», препятствовать распространению какой-либо другой идеологии.

— Особенно активно вколачивая в ходе кампаний в сознание людей «идеи Мао Цзэ-дуна» и ставя тем самым психологические барьеры, призванные препятствовать проникновению в Китай любой другой идеологии, создавать в умах определенной части населения иллюзию о том, что маоистская идеология отражает объективную истину, является единственно научной идеологией нашего времени.

— Поддерживая в стране обстановку идеологического и политического террора, сталкивая между собой различные группы населения, облегчать себе расправу над инакомыслящими и недовольными.

— Регулярно «встряхивая» страну кампаниями, искусственно подогревать «энтузиазм» населения, вынуждать его мириться с трудностями и лишениями.

Поскольку китайские руководители переоценивали значение идеологических факторов в жизни общества и недооценивали значение факторов материальных, массовые идеологические кампании играли особенно важную роль в системе маоистской власти. Эти кампании были не только инструментом пропаганды, позволяющим, регулярно «промывая мозги» населению, превращать известную его часть в фанатиков, но и орудием насильственного управления обществом.

По мере того как пекинское руководство все более откровенно порывало с принципами научного социализма, в стране росло недовольство его политикой, углублялись противоречия, расширялся идеологический и политический кризис. А сами кампании приобретали все более репрессивный, все более карательный характер.

Цена кампаний

«В теории и практике КПК в вопросах идеологической работы, — пишет советский исследователь идеологических кампаний в КНР Л. С. Кюзаджян, — уже в первые годы было немало путаницы, непоследовательности, упрощенчества, которые со временем не только не исчезли, но, напротив, усугублялись и дополнялись все более жестокими методами подавления инакомыслящих и насаждения маоизма».

Под предлогом «перевоспитания» власти обрушивали на людей изуверские духовные и физические кары. Даже такой неоднократно упоминавшийся нами промаоистский автор, как Э. Сноу, стараясь соблюсти хоть внешнюю видимость объективности, поместил на одной из страниц своей книги о маоцзэдуновском Китае весьма красноречивый документ — открытое письмо некоего провинциального учителя Лан Ши-чжаня Мао Цзэ-дуну. В свое время это письмо опубликовала ханькоуская газета «Чанцзян жибао». В своем письме учитель, в частности, писал: «Многие люди покончили самоубийством, потому что они не выдержали методов идеологического перевоспитания… Это тирания! Это злодейство!.. Нет числа образованным людям, которые предпочли умереть, выбросившись из окна высокого здания, бросившись в реку, проглотив яд, перерезав себе горло или прибегнув к еще какому-нибудь способу самоубийства…»

Китайская интеллигенция сравнивала массовые кампании с «омутом, в который легко упасть, но из которого почти невозможно выбраться».

Начинаясь под каким-нибудь идеологическим предлогом, кампании очень