Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени
— Я почему-то абсолютно уверен, — не меняя вежливого тона, произнес Строганов, кивнув в сторону надвигающегося бедствия в шелках, — что нам троим стоит немедленно сменить место пребывания. Если, конечно, прекрасные виконтессы не горят желанием ближайшие два часа выслушивать генеалогическое древо рода Карвахаль до десятого колена.
Мартина проследила за его взглядом и озорно улыбнулась:
— Святая Мадонна, только не эта курица де Пуэртольяно… Хорошая мысль, граф! Я даже знаю отличный ресторан, где подают мясо, а не выжимку из светских протоколов. И куда не пустят даже самого маркиза за пригоршню золотых монет.
Глава 9
Шелест шелка за углом переулка нарастал с угрожающей неотвратимостью горного обвала. Мартина уже открыла изящную сумочку из змеиной кожи, собираясь достать коммуникатор и вызвать тяжелый бронированный «Испано-Сюиза» прямо к деревянному настилу кофейни, но прохладные пальцы русского графа мягко перехватили ее запястье.
— Не стоит привлекать внимание кортежами, донья Мартина, — негромко произнес Кирилл. В уголках его серых глаз блеснула насмешливая искра. — У нас есть более элегантный способ избежать этого светского цунами.
Строганов слегка приподнял правую руку и сухо щелкнул пальцами.
В тот же миг пространство вокруг троицы мелко задрожало. Воздух сгустился, словно в душный полдень перед сухой грозой. Тончайшая рябь преломления — результат ювелирного перераспределения микроскопических рассеянных частиц Пыли под управлением Консоли — замкнулась в полусферу, искривляя световые лучи по внешнему периметру.
Не давая девушкам опомниться, Кирилл аккуратно, но с непреклонной уверенностью взял обеих виконтесс под локти и сделал два шага назад, в глубокую тень увитой диким плющом каменной стены. Мартина лишь вскинула бровь, инстинктивно оценив идеальный перехват руки, не сковывающий движений, а Валерия с неподдельным интересом прислушалась к собственным ощущениям. Внутри оптического кармана звуки улицы стали немного глухими.
— Можно говорить, только не во весь голос, — шепнул Строганов, наклонившись к их ушам. — Со стороны мы сейчас кажемся частью шершавой кладки и веток.
— Святая Мадонна… — еле слышно выдохнула Валерия, чувствуя плечом тепло его пиджака. — Оптический купол без стационарного излучателя? Без ранца с батареями? Граф, вы хоть понимаете, что за такую штуку наши военные в Толедо продадут душу дьяволу?
— Без проблем! Ценник дам отличный, не пожалеете! — раздался голос Алисы из цифровой расщелины.
— Тс-с, — прижала палец к его губам Мартина, сверкнув глазами.
В эту же секунду деревянный настил террасы содрогнулся под каблуками, и в открытое пространство кафе буквально влетела донья Беатрис де Карвахаль.
Зрелище стоило каждого потраченного нерва. Пышная наследница маркиза де Пуэртольяно напоминала разозленный трехпалубный галеон, идущий на таран в узком проливе. Огромная шляпа канареечного цвета с тремя дрожащими страусиными перьями застряла в ветках декоративного апельсинового дерева у входа, отчего перья накренились, придав сеньорите вид подбитой птицы. Корсет трещал под напором бурного негодования, а массивный веер в унизанных кольцами пальцах рассекал воздух с яростным свистом.
Но главное представление разворачивалось за тем самым столиком, который несколько мгновений назад покинули Кирилл и его спутницы.
Там уже не было ни графа, ни двух прелестных спутниц. Вместо них на плетеных креслах с монументальной невозмутимостью восседало совершенно иное трио. С одной стороны стола, широко расставив ноги в тяжелых ботинках, сидел угрюмый мужчина в безукоризненно отглаженном сером костюме-тройке — один из приставленных Матвеевым к Кириллу «волкодавов». Напротив него устроились двое смуглых парней в модных мадридских пиджаках поверх тонких рубашей — та самая охрана клана Эскобар.
Троица не сдвинулась ни на миллиметр после появления нового персонажа. На их лицах застыло выражение глубокой, вековой ненависти ко всему живому. Русский штурмовик с каменной челюстью держал в толстых, мозолистых пальцах хрупкую вилочку, методично отламывая кусок золотистого чуррос, обмакивал его в оставшийся темный шоколад и отправлял в рот, не сводя тяжелого взгляда с испанцев напротив. Один из парней в ответ, не мигая, с садистским прищуром зачерпывал ложкой подтаявший фруктовый лед из вазочки Валерии и хрустел им на зубах. Второй задумчиво и мерно прихлебывал остывший горький кофе Строганова. Они поглощали чужой десерт так, словно делили территорию порта в Картахене под прицелом пулеметов.
Беатрис де Карвахаль замерла посреди террасы, хлопая накрашенными ресницами. Взгляд ее лихорадочно метался по столикам.
— Где он⁈ — взвизгнула дворянка, переходя с благородного на диалект предместий. — Куда делся русский⁈ Мне сказали, он сидит здесь! Тетя лично видела, как он сворачивал на эту проклятую улицу!
Она сделала два шага к угловому столу, но серый «пиджак» Строганова лишь медленно поднял на нее налитые холодом глаза профессионального ликвидатора. Челюсти его мерно двигались, пережевывая жареное тесто. Беатрис отшатнулась, прижав веер к пышной груди:
— Животные… Неотесанные мужланы! Санта Мария, кругом одно быдло!
В этот момент из темного дверного проема выскочила несчастная давешняя официантка с новым чайником. Донья де Карвахаль коршуном ринулась на девчонку, вцепившись пальцами с алым маникюром в кружевной край ее фартука так, что ткань затрещала.
— Ты! Девка! — зашипела аристократка, буквально тряся побелевшую служанку за плечи. — Где благородный кабальеро⁈ С тростью! В темно-синем костюме! С ним еще должны были быть две… две какие-то вульгарные шлюхи! Куда они ушли⁈
Официантка в ужасе вытаращила глаза. Ее взгляд переметнулся на столик, за которым секунду назад сидел вежливый богатый иностранец, оставлявший щедрые чаевые. Там по-прежнему сидел человек в сером, который в этот самый миг с каменным выражением лица отправлял в рот последний хвост хрустящего теста.
— Сеньора… клянусь мадонной дель Пилар… — заикаясь, пролепетала девчонка, тыча трясущимся пальцем в сторону штурмовика. — Никто не уходил… Вот сеньор… Он только что доел чуррос… Те самые, с корицей…
— Ты что, издеваешься надо мной, дура деревенская⁈ — сорвалась на фальцет Беатрис, едва не сбив собственную шляпу веером. — Этот боров похож на графа⁈ У него рожа такая, будто он вчера с каторги сбежал! Где Строганов⁈
Пока знатная дама вытряхивала душу из прислуги, оглашая переулок отборными проклятиями в адрес русской дипломатической миссии и всей мадридской жандармерии вместе взятой, за ее спиной происходило беззвучное святотатство.
Мартина, прижавшись плечом к груди Кирилла, закусила нижнюю губу, чтобы не расхохотаться в голос. Ее плечи мелко