Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

Неделю назад я бесился от того, что полиция такое провернула, а теперь собираюсь сделать то же самое гораздо более грязными методами. И эти методы точно не найдут поддержки у людей в городе, если мое имя всплывет.

Я допил остаток виски в бокале. Тело Катании уже утащили, бармен вытирал пол от крови, собирая ее в ведро.

— Пойдем, Чарли, — сказал Мейер. — Они приедут со стороны переулка, к заднему ходу. Чтобы никто ничего не видел.

Я кивнул, и мы вышли на улицу. Лански подкурил сигарету и передал мне, но сам курить уже не стал. Я глубоко затянулся.

Завтра… Завтра ситуация может измениться, может сложиться по-разному. Напишут про резню в китайском квартале, может быть даже меня свяжут с этим — все-таки это произошло сразу после нападения на меня. Всякое может случиться.

Анслингер будет недоволен, потому что Вэй Шень для суда ему не достанется. Но с другой стороны, проблему-то я решу так или иначе. Побурчит немного, но результат примет — героином торговать в городе перестанут. А так, может быть, получится и ему бросить кость. Накроет несколько крупных складов, например, по анонимной наводке, если мы узнаем, где они находятся. А там что-нибудь и придумаем.

— Волнуюсь я, — вдруг сказал Лански.

— Из-за чего? — повернул я к нему голову. — Давно ствол в руках не держал?

— Да дело не в этом, — он покачал головой. — Просто опасаюсь, как бы ты дров не наломал. Я же вижу, ты не в себе, Чарли.

— Все в порядке, — ответил я. Соврал, да и слишком быстро сказал, он поймет, что на самом деле все совсем не так.

— Да нет, я же вижу. Давай ты не будешь бросаться вперед, хорошо? Будем действовать аккуратно, договорились?

— Я все просчитал, — ответил я. — Как ты сам думаешь, они готовы к нападению? Вэй Шень наверняка думает, что я сейчас ношусь по городу, трясу информаторов, пытаюсь узнать, где он держит моих. Сомневаюсь, что они там вооружились до зубов и ждут, что мы ворвемся в квартал.

— А следовало бы этого ждать, — ответил он. — Следовало бы. Он ведь может решить, что тебе не так уж и важны Гэй и Антонио. И что ты попытаешься добраться до него первым, и этим решить все проблемы.

— Так он думает, что мы ничего не знаем, — ответил я. — Ладно, посмотрим, что и как будет. Когда там уже твои приедут?

Только я это проговорил, как послышался звук двигателя машины, причем не одной. Секунду спустя в переулок свернуло сразу два черных «Форда», они остановились, не доезжая метров десяти до нас, двери открылись, и из них вышли парни в костюмах и шляпах. Шесть человек. Если еще и парни Майка приедут, то этого должно хватить для задуманного.

Лански шагнул к ним и спросил:

— Привезли, что просил?

— Да, босс, — ответил один из них.

Второй обошел машину и открыл багажник. Я подошел, заглянул внутрь — там лежало оружие. Пистолеты, автоматы, дробовики, пачки с патронами из промасленной бумаги. Я надел кожаные перчатки, наклонился, вытащил Кольт, достал магазин — полный. Дослал патрон, после чего поставил на предохранитель и спрятал в подмышечной кобуре — мне ее оставили. Взял запасной магазин. А потом взялся за дробовик. Дробовик в замкнутом пространстве будет гораздо удобнее.

Помпа, конечно, я их не люблю, но помпа жрет любой патрон, и если будет осечка или еще что-то подобное, то достаточно дернуть цевье. Вскрыл пачку патронов и принялся заталкивать их в трубчатый магазин. А потом набил карманы.

Лански взял Томпсон, вставил магазин, дернул затвор сверху. Остальные тоже вооружались.

Майк вышел через заднюю дверь, посмотрел на нас, проговорил:

— Мои тоже приехали, Чарли.

— Тогда едем, — ответил я. — Встречаемся уже на месте. Мы пойдем через переулок, вы заходите через главный вход.

— Принято, босс.

— Ли нужно взять живым, — сказал я.

— А как мы его узнаем-то? — спросил он. — Мы же даже не знаем, как он выглядит, да и все эти узкоглазые все равно на одно лицо.

Я чуть подумал, после чего проговорил:

— Ну, он должен быть одет лучше, чем остальные. Короче, если видите парней в дорогих костюмах, то старайтесь взять их живыми. Остальных можно убивать.

Парни закивали. Всем все было понятно. Оставалось надеяться на то, что статус не позволит этому Ли вырядиться как нищий. Хотя он же не монах, он бандит, а бандиты любят дорогую одежду — мы сами этому явное подтверждение.

— Все, поехали, — решил я.

Открыл заднюю дверь, уселся. Остальные тоже погрузились, Мей назвал адрес, и мы сразу же тронулись с места. Задним ходом выехали из переулка и влились в поток машин. Все едут по своим делам. Наверняка они уже читали заметки про вчерашнюю стрельбу в церкви. Но никто пока даже не предполагает, что они прочитают в завтрашних газетах.

Дойерс-стрит оказалась практически пустой, что неудивительно для рабочего дня — те, у кого есть работа, держатся за нее, и не будут просто слоняться по улицам. Остальные — кто где, в поисках какой-нибудь подработки для того, чтобы найти пропитание. Китайцам трудно, немногим легче, чем неграм, их берут на работу предпоследними и увольняют во вторую очередь, после чернокожих.

Мы остановились чуть поодаль от нужного места. Сперва — наши две машины, следом — еще две, на которых приехали люди Копполы. Едва «Форд» остановился, как я вышел из машины. Остальные тоже. Несколько китайцев, которые увидели нас, сразу же свалили в разные стороны, растворились. Даже если они что-то увидят, то никому ничего не расскажут. Потому что после сегодняшнего весь район будет меня бояться.

— Ты со своими через главный вход, — сказал я Майку, который тоже был вооружен Томпсоном — похоже, что у него в баре был запас оружия на всякий случай. Мы через черный ход. Встречаемся внутри.

— Понял, Чарли, — кивнул он и со своими парнями двинулся в сторону входа в прачечную. Над ним была невзрачная вывеска.

Мы же с Лански и его шестью бойцами свернули в узкий воняющий мочой переулок, заваленный мусором, мешками и