Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)
Поблизости рычали, прогревая двигатели, грузные, приземистые мотоциклы космодесантников, разделенные на три группы. Боевые машины представляли собой яркие примеры механических скакунов, столь любимых сынами Чогориса. Неподалеку несколько всадников ухаживали за своими мотоциклами, изгоняя грязь с подвесок псалмами чистоты и струями воздуха из компрессоров. Воины время от времени крутили ручки газа — как для проверки моторов, так и из любви к их рёву.
С западной стороны, где располагалась одна из огневых позиций, вольно шагали разбившиеся на мелкие группы катаканцы, в дыхательных масках и со свободно свисавшими лазганами. За ними, расходясь веером, катились простые и надёжные танки.
Кор’сарро считал этих солдат «имперскими гвардейцами» лишь в самом общем смысле слова. Планета Катакан, жестокая мать, воспитывала необычных детей: её сыны шли без всякой помпы или церемонности, не звучали фанфары, никто не соблюдал строй… и не придерживался дисциплины, как говорили некоторые. Всё, что видел хан — несгибаемых, неимоверно могучих людей, выросших в мире столь смертоносных джунглей, что даже Белому Шраму непросто было бы выживать там долгое время.
Подойдя к мотоциклам, Кор’сарро небрежно отсалютовал ветерану-сержанту Джубали. Тот поприветствовал хана в ответ; небритое лицо воина при этом расплылось в непринужденной улыбке.
— Ребята Стракена совсем не торопятся на позиции, — пробормотал Кор’сарро.
— Ну, хоть терринцы закончили развертывание, — ответил Джубали. — Медленно, но верно, я так понимаю.
Хан перевел взгляд на боевые машины дома Террин, неподвижно стоящие в конце проспекта. Невнимательному наблюдателю они могли показаться шестью статуями, замыкающими длинный ряд облаченных в доспехи имперских героев. Эта череда памятников тянулась от Врат Викториус к трущобам в сердцевине улья.
— Я слышал, что катаканцы Стракена стоят того, чтобы их подождать, — заметил сержант. — Как и бойцы Редстоуна. Даже если они все… ну, ты понял — люди.
С этими словами повелитель всадников, словно бы вздрогнув, тряхнул густой гривой и привычным движением ладони откинул волосы с лица. Это мало что изменило, поскольку Джубали зарос бородой почти до самых век.
— Конерожденный, я не уверен, что джунглевые бойцы окажутся на своих местах, когда заявятся тау, — возразил Кор’сарро. — Раз уж на то пошло, сомневаюсь я и в рыцарях Тибальта.
— Когда орёл носит в когтях черепаху, — меланхолично произнес Джубали, — оба создания голодают.
На это хан глубокомысленно кивнул. Тут же сзади прозвучал чей-то возглас, за которым последовал лязг керамитового сабатона о скалобетон; нахмурившись, Кор’сарро обернулся и увидел шествовавшего к ним Судабе.
— Мой хан, — начал грозовой пророк с лицом, оцепеневшим от шока, — хор астропатов, подчиненный командованию улья, принял послание-псалом, направленное третьей роте. Они вступили в психическое единение с собратьями на Чогорисе.
— Продолжай, — велел Кор’сарро, нахмурившись.
— Мы должны улетать, капитан, — выдохнул Судабе. — В послании-псалме говорится, что красные, словно кровь, корабли еретиков вышли из варпа над Чогорисом. Они не одни. В этом боевом флоте…
Грозовой пророк тряхнул головой, будто пытаясь изгнать болезненное воспоминание.
— Нужно возвращаться в Цюань Чжоу при первой же возможности, — заключил он.
Все трое стояли, глядя друг на друга, и в их глазах читались одни и те же непроизнесенные мысли.
Первым заговорил хан.
— Мы не можем.
— Наш орден в опасности, — заявил Судабе. — Получив астропатический псалом, я немедленно разложил Таро, и Вознесшийся Еретик лег на Братство Бури.
— Это, бьюсь об заклад, плохие новости, — мрачно произнес Кор’сарро.
— Да, мой хан. Башня Морталис открылась в основании-майорис: «уничтожение неизбежно».
— Кости Императора, — поморщился Кор’сарро. — Значит, быстро заканчиваем здесь и совершаем обратный варп-переход, как только появится возможность. Тау ползают по планете, словно мухи по трупу, но мы не оставим народ Агреллана на погибель — или, хуже того, на поругание змееязыким ксеносам, которые обратят этих людей против Империума.
— Да и вообще, мы чужакам едва нос расквасили, — указал Джубали. — Я за то, чтобы сразиться с ними вплотную, лицом к лицу, болтами и клинками!
— Прости, конерожденный, но я не могу считать твое мнение объективным, — поджал губы грозовой пророк. — От тебя просто несет жаждой боя.
— А я и не спорю, — сержант сверкнул глазами из волосяных зарослей. — Мой хан, что говорят тебе инстинкты?
— Мы останемся, — ответил Кор’сарро, — и врежем тау так крепко, что они никогда не вернутся сюда.
Тень Солнца и её дроны, окружённые стелс-командой Драя, приземлились в белом лесу, что опоясывал пик к югу от Агреллана-Прайм. Самозатягивающийся силикогель бронекостюма уже затвердевал, поэтому о’Шасерра не стала наблюдать за ремонтными протоколами и переправила энергию обратно в системы БСК. Одновременно с этим командующая сообщила о своем прибытии в точку сбора и приказала тяжелым боевым машинам коалиции передать ей свои координаты. Тут же среди иссохших рощиц, изображение которых раскинулось на её топографическом дисплее, начало пульсировать созвездие золотых значков. В центре карты находился символ мегаполиса, называемого людьми «Агрелланом-Прайм». Это треугольное скопление зданий, имеющее больше пяти километров в высоту, венчалось похожим на копье шпилем. Настолько громадным был улей, что его вершины скрывались в облаках смога, извергаемого бесчисленными вытяжными трубами, усеивавшими широкое тело города.
Тень Солнца оценила обстановку, подключившись к инфохранилищу Ое-кен-ёна, а также взяв анализ различных слоёв почвы буровыми цилиндрами, установленными в ступне боескафандра. Меньше чем через секунду по сенсорному модулю XV-22 понеслись строчки новых данных.
Земля оказалась полностью стерильной. В границах леса не оказалось ни единой жизненной формы.
О’Шасерра протянула руку и коснулась неровно обломанного пня, но он рассыпался под пальцами женщины-тау в тонкий белый порошок. Что бы ни убило эту планету до её повторного заселения, действовало оно с ужасающей основательностью.
Странные помехи зашептали вновь — в лесу они звучали громче, чем на опалённых равнинах, и некоторые из этих звуковых волн очень напоминали слова. Тень Солнца посмотрела правым глазом на поле автопереводчика, толстую золотую полосу, ожидающую команды.