Рунный маг империи. Том 5 - Георгий Сомхиев

И вот тогда один приказ мог закончиться куда хуже обычного недовольства. Кто-то подчинился бы, кто-то начал спорить, а кто-нибудь вообще решил бы, что на этом его сотрудничество с княжичем закончилось. В такой обстановке внутренний конфликт вполне мог дойти и до оружия.

Большая группа давала Борвину немало преимуществ, но одновременно заставляла учитывать мнение людей, которых он знал куда хуже, чем я своих товарищей.

Возможно, именно поэтому последние события оказались для него особенно показательными. Когда всё окончательно пошло наперекосяк, довольно быстро выяснилось, кто находился рядом с княжичем только пока это было удобно, а на кого он, действительно, мог рассчитывать.

Я невольно посмотрел на пятерых охотников, которые вчера вернулись за оставленными вещами. Несмотря на всё произошедшее, они снова пришли сюда, а оказавшись рядом с Борвином и остальными ранеными, без лишних разговоров принялись помогать.

Пожалуй, из всех людей, которых княжич успел собрать вокруг себя за время Рубежа, эта пятёрка производила впечатление самых преданных. По крайней мере, их поступки говорили об этом куда лучше любых слов.

С остальными всё выглядело сложнее. Часть наверняка просто выполнила приказ об отступлении и решила больше не ввязываться в происходящее. Однако почти сутки никто из них так и не попытался вернуться по следам и найти своего командира.

Встретившие группу Ивара, охотники тоже не предприняли ничего, чтобы помочь княжичу, а тех двоих, которые удирали от скорпиона и думали исключительно о собственном спасении, я прекрасно помнил.

Конечно, я не знал, что произошло с каждым из остальных после бойни, поэтому записывать всех отсутствующих в трусы было бы глупо. Но общая картина всё равно получалась достаточно показательной.

Собрать вокруг себя большую группу оказалось только половиной дела. Куда важнее было понимать, кто из этих людей, действительно, пойдёт за тобой, когда всё перестанет складываться удачно и вместо лёгкой добычи придётся рисковать собственной жизнью.

Битва с Исполином в этом плане расставила многое по местам. Кто-то остался рядом с Борвином до самого конца, кто-то вернулся позже, а кто-то после первого серьёзного провала предпочёл больше не вмешиваться.

И вот здесь я, кажется, наконец понял, почему мы с княжичем порой настолько по-разному смотрели на одни и те же вещи.

Борвин почти всегда в первую очередь замечал практическую сторону. Даже заводя знакомство и собираясь сблизиться с человеком, он наверняка сначала думал о том, что эти отношения могут дать ему и что он сам способен предложить взамен.

Если связь оказывалась полезной обеим сторонам, уже одного этого было достаточно, чтобы её поддерживать. А со временем к расчёту вполне могли добавиться искренняя симпатия, уважение или даже дружба.

Для меня всё работало совсем иначе. Если человек мне нравился, если я его уважал, доверял ему и, действительно, считал своим, то вопрос пользы вообще не имел значения.

Мне было безразлично, принесёт эта дружба какие-нибудь связи, деньги, влияние или вообще хоть что-нибудь. Я дружил с человеком просто потому, что хотел видеть его рядом. Потому что знал: если однажды мне понадобится помощь, он не отвернётся. И сам я ради него сделал бы то же самое.

Наверное, именно поэтому я почти не сомневался, что услышу от Алисы, Хакона и Сигрид, когда предложу идти на помощь. Не потому, что мы заранее договорились поступать одинаково, а потому, что я уже успел понять, что они за люди.

Борвину же для сотрудничества подобная близость не имела необходимости. Человек мог совершенно иначе смотреть на жизнь, иметь другие принципы и всё равно оставаться полезным и надёжным союзником, пока их интересы совпадали.

В каком-то роде его подход и, правда, работал лучше моего. Княжич умел находить общий язык с самыми разными людьми, объединять их вокруг одной цели и получать от этого результат. Ему не требовалось по-настоящему сближаться с человеком, чтобы успешно с ним сотрудничать.

Только бой с Исполином наглядно показал обратную сторону такого подхода. Взаимная выгода могла заставить десятки людей держаться рядом, выполнять приказы и даже считать Борвина хорошим командиром. Но она ничего не гарантировала в тот момент, когда от человека требовалось остаться рядом уже без всякой выгоды для себя.

Наверное, именно здесь мы с княжичем отличались сильнее всего. Для Борвина практическая польза сама по себе могла стать достаточной причиной, чтобы начать отношения с человеком, а уже потом из них могло вырасти что-то большее.

Для меня всё было наоборот. Никакая польза не заставила бы меня считать человека своим, если я сам ему не доверял. Зато если человек уже становился для меня своим, вопрос выгоды вообще переставал существовать.

В моих глазах дружба не могла строиться изначально на выгоде. Иначе это была уже не дружба, а всего лишь союз, который держался до тех пор, пока оставался выгоден обеим сторонам.

Возможно, Борвин сейчас пришёл к похожему выводу. По крайней мере, за последние сутки он уже успел увидеть, кто просто шёл рядом с ним, пока это было удобно, а кто, действительно, вернулся и остался, когда княжичу самому понадобилась помощь.

Думаю, именно поэтому задумчивость с лица Борвина постепенно исчезла, а едва заметная улыбка так и осталась.

Того глядишь, он после этого дня начнёт смотреть на жизнь иначе. Кто знает? Слишком сложно так судить о человеке, когда его еще толком не знаешь.

— Да чего тут вообще всё до последней мелочи высчитывать? — заговорил Ивар, прервав мои размышления. Парень опёрся обеими руками на копьё и поочерёдно посмотрел на нас. — Мы всё-таки аристократы, а не торговки на базаре, чтобы полдня спорить, кому какой кусок достанется. С вашими долгими раздумьями и спорами мы так до конца Рубежа здесь просидим. Так что давайте поделим проще.

Мы с Борвином возражать не стали, и Ивар сразу перешёл к делу.

— Ядро Исполина забирает группа Энкрида. В финальном бою они сделали больше всех, тут спорить просто не о чем, — сказал он и тут же посмотрел на Арвида. — И даже не начинай, дружище. Иначе у тебя не только рука болеть будет.

Арвид недовольно поджал губы, но промолчал, чем вызвал у Ивара довольную усмешку.

— В общем, так. Мне с моей группой тогда достаются ядра скорпионов. Все, которых мы убили или нашли мёртвыми. Если бы эти скорпионы не оказались ранеными, чёрта с два нам