"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова

Перебрав десятки вариантов, Анна наконец остановилась на танце с кинжалами — под ту самую мелодию, что когда‑то звучала в бараках Тиэл Вижна.

Ферухе, к удивлению многих, оказалась искусной барабанщицей. А Чоксо — кто бы мог подумать! — не просто умел играть на дудочке, а делал это с поразительной точностью, воссоздавая каждую ноту забытой мелодии. Вместе они создали нечто завораживающее: сначала музыка лилась нежно, почти робко, затем темп нарастал, и к певучему голосу дудочки присоединялись барабаны — ритмичные, властные, зовущие к действию.

Но если музыка получалась, то танец…

Анна не могла поймать ритм. Движения выходили резкими, угловатыми, лишёнными той грации, что она видела в своих мечтах. Она попросила Чоксо показать ей боевые приёмы с кинжалами — те, что вакхалийцы использовали в схватках. Но сколько бы она ни старалась, её «учитель» оставался неудовлетворённым.

— Не так! — рявкнул он наконец, и в его голосе прозвучало раздражение.

Анна едва не зарычала от досады.

— Да что не так, Чоксо? — вспыхнула она. — Я делаю всё точно, как ты показал! В конце концов, это просто танец, а не битва на смерть!

— Белый женщин сам не знает, чего хотеть! — перешёл он на иррильский, и в этом было что‑то почти детское, обиженное. — Она хотеть победить или просто глупый танец с кинжалом?

Анна тяжело выдохнула. Он был прав.

— Объясни, пожалуйста, в чём моя ошибка?

— Чоксо говорить, но белый женщин не слушать Чоксо! — в который раз повторил он, качая головой.

Сжав зубы, Анна снова начала повторять движения. Шаг. Ещё один. Взмах левой рукой, правая уходит за спину. Поворот. Удар. Она следила за собой, как за чужим отражением, мысленно повторяя наставления Чоксо. Но что‑то всё равно было не так.

— Удары точны. Неправильны движения, — раздался вдруг голос сбоку.

Анна резко обернулась.

Перед ней стоял Ардэн.

Он наблюдал молча, пока она пыталась совладать с кинжалами. Теперь же, тяжело дыша, она опустила руки, глядя на него. На нём была форма стража, но без доспехов и оружия — только крепкие руки, скрещённые на груди, широко расставленные ноги, прядка иссиня‑чёрных волос, упавшая на лоб. Его глаза — тёмные, почти чёрные — не отрывались от неё.

— Она не слушать Чоксо, — тут же «настучал» вакхалиец.

— Она всё слышит! — резко ответила Анна, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Чоксо лишь покачал головой. На губах Ардэна мелькнула усмешка — лёгкая, почти незаметная. Анна давно заметила: за время их совместной работы эти двое успели сдружиться.

Ардэн тихо сказал что‑то Чоксо на ухо. Вакхалиец хмыкнул, кивнул и отошёл в сторону. А страж медленно приблизился к Анне.

Солнце клонилось к закату, окутывая поляну тёплым сиянием. Последние лучи, словно кисть художника, раскрашивали мир в оттенки красного и оранжевого — и в этом приглушённом свете всё вокруг казалось слегка волшебным, будто сцена из забытого сна.

Анна стояла, заворожённая, наблюдая за приближением Ардэна. Его силуэт вырисовывался на фоне пылающего неба — чёткий, сильный, непоколебимый.

— Ноги должны скользить, — произнёс он, и голос его звучал ровно, почти гипнотически. — Шаги — лёгкие, как пух. Движения рук — одновременно плавные и резкие.

Он начал показывать. Каждое его движение было отточенным, выверенным до мельчайших деталей. Анна следила, затаив дыхание, и с горечью осознавала: у неё так никогда не получится. В его исполнении танец превращался в искусство, а в её — в неуклюжую попытку повторить недостижимое.

Ардэн замер. На губах его вновь мелькнула лёгкая усмешка. Широко разведя руки, он бросил:

— Нападай.

Анна нахмурилась, не решаясь сдвинуться с места. Ардэн хмыкнул — и вдруг резко сделал выпад.

Она не успела даже осознать, что произошло: в один миг оказалась в его объятиях. Горячие мужские руки медленно скользнули вдоль её спины, и по коже пробежали мурашки — то ли от неожиданности, то ли от чего‑то иного, что она не решалась назвать.

— Ну же, покажи себя, — прошептал он, отстраняясь так же внезапно, как приблизился.

Он снова стоял перед ней — спокойный, сосредоточенный, с этим едва уловимым блеском в глазах. Ещё один выпад — Анна отскочила, пытаясь отразить удар так, как учил Чоксо. Но Ардэн с лёгкостью перехватил её руку.

— Левую ногу чуть в сторону, вес держи на правой. Правый локоть подними выше. Да, вот так, — тихо комментировал он.

Анна вырвала руку и повторила попытку, теперь уже учитывая его подсказки. И на этот раз у неё получилось.

Они закружились друг вокруг друга — два силуэта в закатном свете. Над поляной зазвучала тихая мелодия: Чоксо начал играть их песню. Деревянная дудочка пела нежно, почти робко, но постепенно ритм крепчал, вторя их движениям.

Острые лезвия кинжалов свистели в воздухе, проносясь в опасной близости от Ардэна, но ни разу не касаясь его. Он двигался легко, почти играючи, направляя её, корректируя каждое движение.

— Плавно, Анна, плавно, — его голос звучал где‑то у её уха. — Резче. Отступи. Удар. Поворот. Следи за ногами.

Они кружились, словно тени, сливаясь с закатным светом. Чоксо, увлечённый мелодией, краем глаза наблюдал за ними — и в его взгляде читалось одобрение.

В какой‑то момент Анна оступилась. Она едва не упала, но крепкие руки вовремя подхватили её, прижав к твёрдой мужской груди.

Спиной она ощущала, как бешено бьётся его сердце. Её грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, а тепло его ладони на талии разливалось по телу волной жара. Дыхание Ардэна щекотало её шею, и на миг ей показалось, что он склонил голову — и едва ощутимое касание губ коснулось её виска.

Время остановилось.

Только музыка, только свет, только они — двое в танце, где каждое движение было шагом к чему‑то большему.

— Анна, ты здесь? — раздался звонкий голос Нины, разорвав хрупкую тишину, ещё хранившую отголоски