Турецкий. Цейтнот - Андрей Лучиновский

– Идите, идите, – отмахнулся Фаренго, не отрывая взгляда от мониторов, – Пропуск для сеньора Жихарева я сейчас закажу.

Как только мы с Лёней подошли к магазину, который оказался просто большой лавкой, из него дружно вывалилась наша троица, причём я не заметил в их руках пакетов. Да ладно? Быть такого не может. На мой вопрос по поводу отсутствия покупок, Лика негодующе ответила:

– Да ну их, торгашей местных. Лично мне не удалось там подобрать ничего, кроме нецензурных эпитетов.

На что Дана глубокомысленно заметила:

– Да брось, Лика. Если ничего не покупать, то, в принципе, цены нормальные.

– И давно ты ударилась в философию? – поинтересовался я у сестрёнки.

– Да как-то после смерти начинаешь думать по-другому.

Ах ты ж сопля. Я чуть не рассмеялся, но вовремя себя одёрнул.

– Эмм… – замешкался я, – Сутки же всего прошли. Да ты бы и не узнала, если бы я не сказал.

Про то, что она вовсе и не умирала, мне пришлось умолчать, потому что я увидел их с Марком смерть не как свершившийся факт, а в будущем, которое ещё не наступило. Интересный вопрос получается. Ведь на шоссе я попал в строго определённое будущее, после чего смог его изменить. Почему тогда не попал в то будущее, где уже среагировал на угрозу? И тут же в моей голове всплыла благополучно забытая фраза деда из далёкого детства: – "Нет никакого дара времени, потому что времени, как такового, не существует. Человечество привыкло ассоциировать время с часами, но это костыль, позволяющий хоть как-то объяснить феномен течения жизни. Для людей время кажется реальным, а на самом деле временной переменной нет ни в одной формуле уравнения под названием жизнь." Ну, приехали, дедовские закладки начали срабатывать. Чёрт, мне срочно нужен ключ к зашифрованным страницам "Великого дара рода Мехмет", а то скоро черепушка взорвётся от одолевающих меня мыслей. Если времени не существует, то каким образом мой род может в нём передвигаться?

Встряхнув головой, чтобы отогнать несомненно любопытные, но в данный момент совершенно неуместные мысли, я оглядел нашу компанию:

– Рысь, пошли к дому эфенди. Остальные продолжают ходить по магазинам. Лика, и купите уже хоть что-нибудь, не жмитесь на деньги. Вон Дана в каких-то обносках ходит.

Сестра вспыхнула от негодования:

– Да чтоб ты понимал! В столице это последний писк моды.

– Вот именно, что писк, – заметил я, – Юбка у тебя, как будто портной на материале экономил, ещё чуть-чуть и из-под неё трусы покажутся. Я же тебя просил не одевать больше эту срамотищу. Ты уже девушка взрослая, почти княжна, так и одевайся соответственно, а не как бродяжка бездомная.

– Хорошее познаётся только в сравнении с хреновым, – с гонором заявила мне в ответ сестра, незаметно тыча пальцем в сторону Лики.

Мы с Лёней дружно прыснули смехом, а Лика начала недоуменно хлопать ресницами, не понимая, над чем мы смеёмся. Лишь один Марк, как всегда, остался невозмутим. Лика была одета в некое подобие комбинезона. Очень практичная одежда для разведки или для боя, но в обычной обстановке она смотрелась довольно-таки странно, и сестрёнка этим обстоятельством воспользовалась сполна.

– Если Лика так одета, значит того требует обстановка, – отсмеявшись, ответил я Дане.

– Чего?! Ах ты, коза малолетняя! – громко возмутилась Лика, сообразив, что речь до этого шла о ней, и молниеносно ухватила Дану за ухо, – Да я тебя сейчас…

– Ой, ой, ой! – заверещала та, ухватившись за сжимавшую её ухо руку, – Тётя Лика, не позорьте сестру пятого графа Фаренго перед народом.

Было видно, что Дане совсем не больно и она просто дурачится. Но после её слов Лика резко довернула кисть, и из глаз сестрёнки брызнули настоящие слёзы. И стоит отметить, что на этот раз, с её стороны не донеслось ни звука. Кремень, а не девчонка. Я сложил руки на груди, решив не вмешиваться и досмотреть "трагедию" до конца.

– Перед кем позорить-то? – невозмутимо спросила Лика, оглядываясь, – Тут никого нет.

Наступило время сиесты, и улицы Сарагосы словно вымерли. Что безусловно было нам на руку, так как я собирался провести с Рысью рекогносцировку, учитывая его предыдущую неудачную попытку. Ведь в сам-то дом он пробрался беспрепятственно, хотя с его невидимостью, это и не мудрено. Но в этот раз нам надо вычислить, в каком месте и каким именно образом он спалился, и в этом нам должны помочь мои откаты времени. Новый дар остаётся пока под большим вопросом, его принимать во внимание вообще не стоит.

– Лика, хорош уже, безухая княжна будет позором для рода, – хихикнул Лёня, – Замуж никто не возьмёт.

– Ничего, дон Алехандро новые пришьёт. Ослиные, – огрызнулась девушка, но ухо всё же отпустила, – Ещё раз замечу, что ты насмехаешься надо мной или Кириллом, останешься без ушей. Всё понятно?

Размазав слёзы по мордашке, Дана ей кивнула и… второй раз кивнула. Уже мне. Потому что увидела мой кулак, который я показал, заметив, как она неосознанно ощупывает своё двухминутное колечко.

– Я тебе попрыгаю, – продублировал я свой жест словами, – Чтобы было не так обидно, сейчас тебе Лика купит, что ты захочешь. Лика?

– Куплю, конечно, – буркнула та в ответ, – Но в пределах разумного. Она в этой лавке крутилась возле стенда с огнестрелом.

– От оно значитцо как… – протянул я, пристально глядя на потупившуюся Дану, ковыряющую носком кроссовка мостовую, – Сразу скажу – забудь. Никакого тебе огнестрела, с сегодняшнего вечера начнёшь обучаться у Лики работе с холодняком. Всё, разбор полётов закончен, занимаемся своими делами. Марк на тебе, как всегда, охрана. Дана, мне нужно твоё кольцо. И не криви так губы, а то преждевременные морщины заработаешь. Обещаю, что верну сразу же по возвращении.

Дана с видимой неохотой стянула с пальца кольцо и протянула его мне, даже не глядя в мою сторону. Надев на палец "двухминутку", я ласково потрепал её по голове, вызвав с её стороны недовольный фырк и, невольно улыбнувшись, обратился к Рыси:

– Пошли отсюда, Лёня, не будем мешать девушкам в нелёгком деле траты денег.

***

– Не могу поверить, что Многоликий создавал это место на трезвую голову.

Я стоял внутри какой-то то ли пещеры, то ли шахты. С потолка свисали корни деревьев, проросших сквозь толщу разделяющей нас земли, а на стенах росли незнакомые мне мелкие светящиеся грибы. Но заброшенным это место не казалось – пол был облицован каменными плитами и они были чисто выметены.

– Ты как вообще нашёл это место?

Рысь противно хихикнул в моей голове:

– Ты же знаешь, что я