Турецкий. Цейтнот - Андрей Лучиновский

– Да ладно? – удивился я, – И чем всё закончилось?

– Его повесили на Пласа-Майор [16] при большом стечении народа.

– И кто его казнил? Фаренго?

– Его собственные охранники, Кирилл. Император далеко, а народ близко. Вот как-то так. Ладно, хватит историй, раздевайся и ложись вот сюда, – он показал на полностью разложенное медицинское кресло, – Сейчас ты попробуешь обозначить для меня местонахождение твоего "приобретения". Диафрагма понятие растяжимое, желательно знать точное место.

Дальше последовали уже рутинные для нас обоих действия: закрепление диагностов и других датчиков, настройка и мгновенная кома.

– Кира, а это зачем? – поинтересовался в моей голове Рысь, едва я провалился во тьму собственного разума, – Что-то мне не нравятся такие эксперименты.

– Ищем причину спонтанных прыжков, – соврал я, – Давай ты из меня выйдешь, а? Прости, Лёня, это личное.

Причину-то мы с доном Алехандро уже знаем, но я всё ещё надеялся утаить от Лёньки новоприобретённый дар.

– Ну… как скажешь, начальник, – Рысь пропал из моей башки, и я ментально выдохнул.

Интересно, а как мне обозначить источник? Приблизившись к нему, я тщательно осмотрел пульсирующий клубок красных линий и в итоге обнаружил-таки проходящую прямо через него небольшую аорту, которая была чуть толще остальных сосудов. Если мне не изменяет память, то это одна из верхних диафрагмальных аорт, ответвление от нисходящей части грудной. Ага… теперь я знаю точное положение источника – чуть выше аортального отверстия диафрагмы. Теперь осталось придумать, как мне показать это место Фаренго. Не буду же я собственные сосуды рвать, чтобы дон Алехандро увидел, где началось внутреннее кровотечение, так и источник можно испортить. Я переключился на энергосеть дара, оглядел маленький бирюзовый шар и… не придумал ничего лучше, как ментально пнуть новый источник. Последствия? Да вот как-то и в голову не пришло. О чём я тут же и пожалел – источник моментально раздулся и стал раза в два больше основного. И уже через мгновение я пялился в потолок лаборатории, а вокруг меня носились Фаренго и Рысь. Причём двигались они неестественно быстро, как будто я смотрел фильм на ускоренной перемотке. Я дёрнулся и стремительно сел, после чего у нас начался разговор на непонятном мне гортанном языке. Хвала Многоликому, что спустя всего несколько секунд этого кошмара время начало замедляться, наши движения замедлились, и я начал понимать речь.

– Думаешь всё дело именно в этом? – спросил меня Фаренго, после чего время потекло вспять.

Забавно наблюдать за людьми, ходящими и говорящими наоборот – может быть поэтому никакого страха у меня и не возникло. Вновь оказавшись внутри себя, я заметил, что новый источник стал чуть-чуть больше. Хмм… он прокачался, что ли? Никогда не было и вот опять.

Покрутившись вокруг обоих источников, я понял, что делать мне тут больше нечего и разорвал связь. И вот я снова созерцаю потолок лаборатории, а вокруг меня суетятся Фаренго и Рысь.

– Со мной всё нормально, – сообщил я, сев и спустив ноги вниз, – Дон Алехандро, что-то необычное было?

– Было?! – выкрикнул Лёня, глядя на меня подозрительно нехорошим взглядом, – Я думал ты уже с Многоликим за руку здороваешься!

– А ты и позавидовал? – подколол я его, – Не дождёшься, я твоей крови ещё попью.

– Кирилл, что случилось? – спросил Фаренго, прикладывая ко мне какую-то штуковину, – У тебя тряслось всё тело, словно микросудороги.

– Ничего, дон Алехандро, просто попробовал обозначить то место, о котором вы просили, но ничего не вышло. Я лучше покажу на диагносте.

– Не вышло? Отлично вышло, Кирилл, даже слишком отлично, – Фаренго посмотрел на экран своего приборчика и удовлетворённо кивнул, – Аппаратура зафиксировала точку, откуда пошёл начальный импульс. Ты что там такое сделал?

– Ну… пнул.

– В смысле? – брови Рыси сложились домиком.

– В прямом. Я мысленно пнул источник дара.

Воцарилась тишина, которую нарушил уверенный голос Лёни:

– Дебил. Как есть дебил.

– Дебил, не дебил, а теперь знаю, как он работает.

– А раньше, типа, не знал? – всплеснул руками Рысь, – Не, ну точно придурок.

Упс… он же думает, что я про свой основной дар. Мы с Фаренго переглянулись и на его приподнятые брови я ответил гримасой отчаянья.

– Леонид, присядьте пожалуйста, – ласково произнёс дон Алехандро и, видя, что тот игнорирует его слова, рявкнул, – А ну быстро сел!

От удивления у Лёни отвалилась челюсть.

– Лучше сядь, – поджав губы, я покачал головой.

– Да что тут происходит? – возмутился Рысь, но моему совету всё же последовал.

– У Кирилла Андреевича… – Фаренго вопросительно взглянул на меня и заметив мой меланхоличный кивок, продолжил, – … прорезался второй дар.

Было видно, что до Рыси не дошёл смысл сказанного – он тупо переводил свой взгляд с меня на дона Алехандро и обратно.

– Я могу прыгать вперёд, Лёня.

– Эт-то к-как? – спросил он, заикаясь.

– Молча. Правда пока получается плохо, но думаю дон Алехандро мне подскажет, как включать новый дар.

– Идея уже есть, Кирилл, но надо проверять, – проронил Фаренго, нервно улыбнувшись.

– Надеюсь будет не слишком больно? – так же нервно поинтересовался я.

– Ну-у-у, – протянул тот и выпалил, – Я тебе поставлю в диафрагму электростимулятор и…

– Вот сейчас не понял, док? – грубо перебил его Рысь, – На хрена ему электростимулятор, если он сам ходячий генератор?

Постояв немного в ступоре, дон Алехандро хлопнул себя ладонью по лбу. Я с удивлением воззрился на Лёню и повторил жест Фаренго.

Ну какой же я идиот.

***

[16] Пласа-Майор (исп. Plaza Mayor – Главная площадь) – одна из центральных площадей Мадрида.

Я тут же связался с Вжиком по телефону:

– Серёга, ты нам срочно нужен. Бери водителем Белку и дуйте оба в клинику дона Алехандро в Сарагосе. Хотя постой-ка… Дюжина же без Белки зачахнет, захватите его с собой.

Последнее время я их только вдвоём и видел, видимо у виконта с баронессой любовь. Ну что ж, очень рад за них, особенно за Вику.

Расположившись в глубоком гостевом кресле и наблюдая, как Фаренго что-то быстро набирает на сенсорном экране компьютера, я вяло поинтересовался у Лёни:

– Чем там наши сейчас занимаются? У них всё нормально?

Рысь ушёл в невидимость и, вынырнув из неё через минуту, бодро доложил:

– Думаю, что ты не сильно удивишься – они пока ещё в первом магазинчике.

Я присвистнул: мы провели в лаборатории около часа, а они ещё, по сути, никуда и не ходили.

– Дон Алехандро, скоро приедет Вжик,