Турецкий. Цейтнот - Андрей Лучиновский

– Да никаких. Если бы не стоял на мокром полу, то и не заметил бы ничего. Два прошлых раза вообще ничего не почувствовал, да и в душе сначала подумал, что просто слегка поскользнулся.

– То есть воздействие на организм при запуске дара минимальное… – проговорил себе под нос Фаренго, и спросил уже громче, – А что кольца?

– Не разрядились ни капельки. По-моему, они совсем не участвуют в процессе.

– Ага… Значит новый источник берёт энергию прямо из организма. Слабость потом чувствовал? – всё это время Фаренго закреплял на мне различные диагносты.

– Ни малейшей.

– И сколько же ты насчитал каналов, связывающих источники?

– Я видел всего один.

– Вот сейчас, Кирилл, я тебя попрошу быть очень внимательным. Мне нужно детальное описание не только второго источника, но и всей структуры, которую ты паутиной называешь…

Я даже не успел ничего ответить или спросить – темнота поглотила мой разум моментально. Впрочем, через пару секунд тьма уступила место мягкому свечению. До источников я добрался практически мгновенно. С сегодняшней ночи тут ничего не изменилось: основной мерцал, маленький спал. Так… если второй запитывался напрямую от меня, то надо подумать, как он это делает, ведь от него кроме соединительного энергоканала больше ничего не отходит. Я покрутился вокруг нового источника, но ничего примечательного углядеть так и не смог.

Стоп! А с чего я взял, что он питается от серебристой паутины основного дара? Я переключился на обычную энергетику и в восхищении замер. Маленький источник был весь опутан мелкими кровеносными сосудами и пульсировал, как маленькое сердечко. Вот это фокус – он был частью моего организма, живущей своей собственной жизнью. А это значит… А это значит, что на него можно влиять физически, а не только ментально.

Когда я вынырнул из себя в реал, то первым делом потребовал себе такой же прибор.

– Моментальный уход в себя, не надо время тратить на концентрацию внимания, – пояснил я свою просьбу дону Алехандро, – И вообще…

– Это не медитация, Кирилл, это искусственная кома, – перебил меня Фаренго.

Меня передёрнуло.

– Тогда и даром не надо, – буркнул я, вспомнив сколько раз в ней побывал.

– К тому же для его управления требуется опытный врач или ассистент… – продолжил он, лукаво улыбаясь.

– Всё, всё, я понял.

Когда я рассказал Фаренго о физической природе источника, тот лишь покачал головой.

– Кирилл, ни один диагност его не видит.

– Да быть этого не может! – неподдельно возмутился я, – Хреновые значит диагносты.

– Может и хреновые, но только не в этом мире. У меня здесь всё лучшее, что производится. Одевайся, поедем в одно место.

Одним местом оказалась Сарагоса, поэтому мы не стали ждать обеда и отправились туда на вместительном флаере вшестером: я, Фаренго, Рысь, Лика и Дана. Управлял машиной Красовский, которого мы с Лёней решили не посвящать в предстоящее дело. Как объяснил мне Рысь, хоть Марк и имел дар массового гипноза, но приборы не загипнотизируешь. А кроме приборов у эфенди имелись и неизвестные нам амулеты, которые и спалили Лёню в его первый визит.

Фаренго, решив поработать нашим гидом, показывал встречавшиеся по пути достопримечательности и с удовольствием рассказывал их историю. Всё шло чинно и благородно, пока мы не доехали до Вальдеспартеры, противоположного конца Сарагосы, где находилась клиника дона Алехандро. Лёня толкнул меня локтем в бок и многозначительно показал пальцем на casa – отдельно стоящий в небольшом парке дом. Фаренго, заметив его жест, тут же охотно пояснил:

– Дом эфенди Кальдерона.

– Странно, – заметила Лика, – Насколько я знаю, эфенди – это обращение к членам семьи султана или самым крутым духовным деятелям. Откуда тогда взялся эфенди в Гишпани, да ещё и с гишпанской фамилией? Сменил веру?

– Ничего необычного, сеньорита Анжелика. Род эфенди Кальдерон перебрался в Сарагосу очень давно, после чего его представители приняли подданство и сменили фамилию на местную. А вероисповедание в Румее свободное.

– И какая же фамилия была у них раньше?

– Точно не помню, вроде бы Махматоглу.

Мы с Рысью переглянулись. Слишком большое совпадение, хотя слова махмат и мехмет имеют разные значения, но по звучанию… В Румее любят коверкать иностранные фамилии.

– Ну вот и приехали, – Фаренго поднял дверцу и вылез из машины, – Кирилл, ты со мной, остальные погуляйте пока. Через полчаса верну вам "дона Карлоса" в целости и сохранности. Кстати, вот там есть неплохие магазинчики для молодых девушек.

Махнув рукой в сторону небольшой улочки, отходящей от площади на восток, дон Алехандро подхватил меня под локоть и начал подниматься по широким ступеням, ведущим ко входу в его клинику. Полчаса, ага. Раньше, чем через пару часов Лику и Дану теперь ждать и не стоит; бедные Рысь и Марк, им предстоит вынос мозга во время променада по местным бутикам. Я мстительно хихикнул и в ответ на вопросительный взгляд Фаренго озвучил ему свою мысль:

– Преклоняюсь перед вашей мудростью, дон Алехандро, вы просто гений. С таким изяществом избавились от всех посторонних, и всего одной фразой.

– Да хрена тебе, – раздался голос Рыси в моей голове, – Марк приставлен Берендеем нас охранять, вот пусть и ходит с девчонками, а я лучше с тобой.

Вот гадство. Моё настроение сразу упало ниже плинтуса. Я ведь не хотел посвящать Лёню в свою новую тайну, а теперь он сам всё узнает. И обидится уже по-настоящему. Чёрт… В итоге так всё и вышло. Фаренго привёл меня в лабораторию, которая напоминала его "операционную" в поместье. Вот только оборудования в ней было на порядок больше. Я прикинул стоимость всего этого медицинского оснащения и чуть не выпал в осадок – по самым скромным прикидкам выходило на несколько сотен миллионов. Как?! Как такой богатый род мог допустить, чтобы их глава попал в "абсолюты" к какому-то зачуханному графу? На мой вопрос Фаренго ответил довольно расплывчато для моего понимания:

– Всё было сделано по закону, Кирилл, а род Фаренго законы чтит. Естественно, мои родственники пытались меня вытащить, но графа покрывал кто-то из Имперского Совета. А то, что я стал его "абсолютом", вовсе не давало ему права распоряжаться деньгами моего рода. Я хоть и глава, но финансами заведует совершенно другой человек – граф Пенья-Фаренго, мой двоюродный брат.

Хмм… разделение полномочий? Хотя чему удивляться? Довольно мудрое решение.

– Простите за любопытство, дон Алехандро, а у вашего рода есть гвардия?

– А как же, – усмехнулся Фаренго, – Аж целых три человека.

Заметив, как скривилось моё лицо, он рассмеялся.

– Нам не нужна гвардия, Кирилл. Случись какая-нибудь беда, то на защиту нашего