ЛЮМО - К. Велесмайская

Зейн слукавит, если скажет, что ему не понравилось. Впервые за долгое время он стал ближе к Светочи, чем когда-либо. Вот так вот наказывать преступников, без официальных встреч или тайных слежек, чтобы, не дай бог, насолить местному самоуправлению. Он понял, что имел в арсенале силищу, которой восхищался и боялся весь мир. Так почему только сейчас ему пришло озарение?

Заходя внутрь, Найра закрыла ворота-гусеницу и звонко рассмеялась от первородного счастья, что наконец испытала.

– Как потом отмазываться будем? – она хохотала.

– А зачем отмазываться? – вдруг спросил Циглер. – Никаких отрицаний. Я с тобой пошёл не для того, чтобы жалеть.

«Какой хулиган. Неужели, это я так дурно на него влияю?», – Найра довольно кивнула.

Несказанное удовольствие – видеть, как актрисы и актёры в панике разбегаются по коридорам, пытаются запереться и умоляют, чтобы их не трогали. Все просили прощения, а Найра с Зейном только и сверкали «осуждением». Кажется, все в курсе, что творилось в этом аду лимонного цвета.

Косо завязанные халаты, гримасы страха, босые ноги – актёры разбегались кто куда, прячась за операторами, что матерились и выставляли руки вперёд: «Не трогайте нас! Мы исчезнем».

– Извините… Дайте нам уйти, прошу… – один из рабочих трясся.

– Беги, – приказала Рэймонд.

– Ч-что?..

Зейн достал пистолет и прислонил его ко лбу незнакомца в штанах с расстёгнутой ширинкой.

– Ты её слышал. Бегом!

После всех забав-запугиваний они спустились в подвал. Дверь вышибли с громким хлопком, а далее послышались визги. Внизу нежданных гостей ждал самый настоящий съёмочный павильон.

Какой простор… Везде профессионально настроен свет, на стенах висят фотообои с разными локациями: замок, лес, городские пейзажи и даже поле на фоне яркого заката. Аппаратура мигала, люди спотыкались о провода, сшибали лампы и камеры, заваливались на широкие кровати и диваны. Больше Найре и Зейну не нужно было угрожать, они просто стояли и ждали, пока все поднимутся наверх.

Одна из девушек, раздетая догола, вытащила из сумочки крест и стала целовать его перед Найрой, пока избранная не рыпнулась с угрожающим шипением. Напарник тихо засмеялся.

Пахло смазкой, клубникой и перегаром. На общем столе стояла выпивка и тарелки с мини-бургерами. Какой-то парнишка, обмотав свои крепкие ягодицы в простыню, попытался скрыться, но споткнулся и рухнул прямо на закуски.

– А там что за комната? – Рэймонд увидела шикарные двойные двери и красную лампу с надписью: «Идёт съёмка». На входе висел значок с перечёркнутым микрофоном – полная звукоизоляция.

Они вошли внутрь и встали как вкопанные.

Эта комната меньше, её заполнила огромная круглая кровать с шёлковым бельём, которая переплеталась с людскими телами. Ровно четыре человека страстно прижимались друг к другу, не скрывая стонов. Люди в кепках, стоявшие в тенях, одобрительно проверяли экраны и настраивали звук, иногда говоря: «Стоп-сцена, замерли».

Троих из них Найра узнала сразу: накачанный парень восточной внешности, полу-скандинавской и один с красным хвостиком. А правит этим балом разврата главная вишенка на торте-кровати – стройная девушка с белым длинным париком.

Все раздеты до гола.

– Охренеть, – подвела итог Найра на русском, – Едрид-Мадрид. Собаки! Стыдно должно быть.

– Мда, Ао выше, а у твоей актрисы бёдра не такие округлые. Халтурщики.

– Точно. Ну, пошли все отсюда! А то сейчас по жопам световых шлепков раздам! Хотите, комарик укусит?

Когда комната опустела от людей, узнавших прообраз, на который все дружно ласкали собственные груди, Найра стала осматриваться: использованные презервативы, истраченные тюбики и везде противный красно-синий цвет.

– Так вот, как нас изображают.

– Добро пожаловать в реальность, Рэймонд. Свят только тот образ, которого не касаются люди. Эта шайка давно торгует видео с вами, но в целом они безобидны для ЛЮМО.

Раздался щелчок. Найра закрыла дверь изнутри и облокотилась на дверной проём:

– Да ладно, не обижайся. Я всё понимаю.

– О чём ты?

Локоны небрежно скользнули по плечам. Найра наклонилась, разминая поясницу.

– Здесь была «я» с избранными. Как тщательно… Освещение, декорации… Дороже, чем во многих провинциальных театрах. А у тебя явный дефицит внимания. Тоже хотел своего актёра под прицелом этих камер? Искупаться в свете софитов, в «свете» Найры.

Её тембр стал глубже, выразительнее, а каждое слово Рэймонд не говорила, а мурчала.

– Как тебе удаётся? Из русской хабалки в… – Циглер сглотнул липкий ком в горле, ощущая, как к нему подступает хищный силуэт. – Это…

Тело бросило в жар. Ворот водолазки предательски сдавливал, натирал. Хотелось