Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Хлопнул взрыв, и изнутри донеслись болезненные вскрики, что послужило причиной для закидывания внутрь второй гранаты. После второго взрыва крики утихли, поэтому группа продолжила движение.

Пожарная вытяжка работает на максимальной мощности, поэтому дым сравнительно быстро вытягивается из помещений, благодаря чему видимость в коридоре улучшается, и группа начинает торопиться.

Зачищая помещение за помещением, они добираются до атриума, из которого можно попасть куда угодно — архитекторы предполагали, что это место будет пространством для общих собраний обитателей бомбоубежища.

Тут предусмотрен большой экран и множество колонок на стенах, которые позволяют превратить атриум в небольшой кинотеатр, а если нужно, то в подсобке, рядом с кабинетом президента бомбоубежища, находится кафедра для выступлений.

Дональд Трамп лично написал инструкции и видел самоуправление в своих бомбоубежищах демократическим, с коллективным голосованием по каждому важному вопросу и выборами президента бомбоубежища каждые четыре года.

Наум занял позицию у входа в атриум, а Даниил и Анна начали готовить осколочные гранаты — это будет последний штурм этого бомбоубежища, потому что больше его обитателям бежать некуда.

— Прекратите! — раздался из динамиков испуганный мужской голос. — Давайте договоримся! Мы можем отдать вам часть наших припасов! Нам незачем убивать друг друга!

— Ребята, я узнаю этот голос… — произнёс Наум. — Это же Джастин Тимберлейк!

— Да? — спросила Анна и вынула предохранительную чеку из гранаты. — Тогда запомни его таким.

Она начала закидывать в атриум гранату за гранатой, с той стороны начали доноситься хлопки и испуганные вопли, а затем Наум прикрыл дверной проём щитом и позволил Даниилу стрелять.

Штурмовая винтовка М16 загорохотала, люди, укрывающиеся за баррикадой из мебели, начали падать, а затем Наум пошёл на штурм, небыстрым шагом, чтобы Анне и Даниилу было удобнее прикрываться его щитом и телом.

По ним стреляют в ответ, в слепой надежде зацепить кого-то просто случайно, но защитники убежища быстро закончились.

Пороховой дым и дым от взрывчатки начали затягиваться в воздуховоды, а в атриуме повисла тишина.

— Я на прикрытии, — сказал Даниил. — Наум, Анна — проверяйте помещения.

Уже видно, что они перебили практически всех, включая и Джастина Тимберлейка, лежащего спиной на баррикаде. К его чести, он погиб с оружием в руках — рядом лежит дробовик Remington 870.

Из других знаменитостей, тут обнаружился Тайгер Вудс, известнейший игрок в гольф, который лежит за баррикадой из вещевых шкафчиков, которые оказались не в состоянии защитить его от пуль.

— Все помещения зачищены, — сообщила Анна. — Но теперь нужно придумать, что делать с детьми.

— Это ты сама решай, Аннушка, — ответил ей Даниил. — Штурмовая часть закончена — возвращаю тебе командование.

— Какая же ты скотина, Даня, — произнесла раздражённая Анна. — Их тут всего трое — заберём с собой и передадим морпехам.

Центр уведомил их, что советская морская пехота заняла город Порт-Таунсенд, который не бомбили ракетами специально ради того, чтобы его можно было занять и контролировать залив Пьюджет, ведущий к разбомбленному Сиэтлу.

Даниил думал об этом и пришёл к выводу, что советское руководство хочет наладить эвакуацию американских граждан в Союз, так как люди есть люди, то есть, потенциальные советские граждане, даже несмотря на то, что американцы.

В Порт-Таунсенд их группе разрешено прибывать для пополнения боезапаса и получения медицинской помощи, поэтому им ничего не мешает забрать с собой детей и доставить их в город, после чего больше не думать об их дальнейшей судьбе.

— То есть, они взяли детей сверх лимита? — с лёгким удивлением спросил Наум, закончивший стаскивать тела в атриум.

Тут собрались все пятнадцать покойников, то есть, трое детей — это дополнительная нагрузка на мощности бомбоубежища.

В их бомбоубежище было только десять взрослых — это обязательное условие, поэтому некоторые обитатели бросили своих жён или мужей, а также взрослых детей, лишь бы выжить самому или самой.

— Да, получается, что так, — сказал Даниил. — Прикати тележку и начнём захоронение.

Пока Анна держала под контролем детей, они с Наумом погрузили тела в могильные капсулы, запечатали их, а затем взяли моющие принадлежности и отмыли пол от крови и людской требухи.

Следы штурма так просто не удалить, но атриум и коридор начали выглядеть более прилично. Всё ещё видно, что тут кто-то воевал, но зато стало непонятно, сколько было жертв.

И Тимберлейка пришлось положить в одну капсулу с какой-то женщиной, потому что сыграл пресловутый трамповский «минус один», из-за чего капсул всего четырнадцать.

— Мы нашли костюмы, — сообщил Наум Анне и показал пакеты.

Даниил посмотрел на троих детей: двое белые, мальчик и девочка, возрастом примерно по десять лет, а одна чёрная, возрастом не более четырнадцати лет.

— Помоги мне одеть их, а ты, Даня, на контроле, — приказала Анна.

Через двадцать минут они уже поднялись на поверхность и загрузили детей во внедорожник.

— Вообще-то, у нас график… — заметил Наум.

— Операцией командую я, — ответила ему Анна. — Мы доставим их на пункт эвакуации и, заодно, пополним боекомплект.

— Контакт, — сообщил им Даниил, стоящий в турели.

На площадку перед убежищем приехали японский внедорожник и дом на колёсах.

Из последнего высыпали вооружённые люди, которые растерянно уставились на HMMWV. Это явные гражданские, вооружённые карабинами и дробовиками, одетые в зимнюю одежду и носящие на лицах гражданские противогазы.

Наличие на них противогазов — это одно из проявлений действующего естественного отбора, ведь те, кто не носил противогазы, но активно колесил по региону, до сегодняшнего дня не дожили…

— Эй, люди! — крикнул один из гражданских. — Мы не хотим проблем! Просто поделитесь с нами частью припасов! Нам совсем нечего есть!

— Подойди сюда, и поговорим! — сказал ему Даниил.

Его заменил в турели Наум, а сам он вышел из внедорожника и прошёл к ожидающему его переговорщику.

Лица не разобрать, из-за противогаза, но видно, что это белый мужчина с карими глазами.

— Мы уезжаем отсюда, — сразу же начал Даниил с козырей. — Можете забрать со складов всё, что сможете увезти, но советую поторопиться.

— Почему вы уезжаете? — спросил американец. — И почему нам лучше поторопиться?

— Есть очень высокий риск, что координаты бомбоубежища прозвучат в радиоэфире, — ответил ему Ардалин. — И тогда сюда стянется вся округа — выжить тут будет невозможно, так как это бомбоубежище не удержать. Мы забрали то, что нам нужно, поэтому предлагаю спокойно разъехаться и забыть о существовании друг друга. Так будет меньше жертв.

— Там что-то осталось? — спросил американец.

— Осталось, — подтвердил Даниил. — Хранилище припасов рассчитано на пятнадцать лет для пятнадцати человек. Никто не уедет отсюда недовольным.

— То есть, вы не претендуете на остатки запасов? — с сомнением уточнил американец.

— Мы взяли достаточно, — ответил Даниил. — Можешь отправить несколько человек внутрь, чтобы