Нулевой архетип - Ольга Куран

В тот момент она вспомнила Стерлинга и то, что сказала ему: «Я немногим лучше вас. Будь иначе, вы не боялись бы меня».

И наверное, это была единственная причина, почему ей доверился Атрес: он почувствовал в Кейн собственную породу. Кого-то, кто сделает все необходимое.

– Вот дерьмо! – с чувством воскликнул Джек, и она почти физически почувствовала момент, когда он сдался. – Ладно, полетим поверху.

– Спасибо, – совершенно искренне ответила Кейн. Она благодарила его не за то, что согласился, а за то, что он был собой. Именно тем, кто за такой короткий срок стал ей очень дорог. – Вы об этом не пожалеете.

– Да я уж раз десять пожалел, что не дал тебе шмякнуться на землю. И не сомневайся, если мы умрем, я найду тебя после смерти и буду мстить. Жестоко.

* * *

Чем выше они поднимались к Грандвейв, тем беспокойнее становился спирит. С Земли он казался почти стабильным, но наверху было видно, как осколки схем кружили вокруг друг друга, сцепляясь краями и расходясь снова.

Грандвейв реагировал на спирит Эрики. Об этом было странно думать – о том, что один-единственный человек мог обладать такой силой, заполучить ее каким-то образом. Наверное, это было возможно только здесь, в Городе.

Кейн тоже чувствовала себя сильнее благодаря новому архетипу, но одновременно лучше понимала, что этого едва достаточно, чтобы выжить.

Джек смотрел на клубы спирита над головой, управлял шлюпкой – Кейн сделала схему независимой, не нуждавшейся в подпитке мастрессы, – и старался выбирать маршрут, который бы их не убил. Редкие осколки опускались вниз, но их было мало, и пока Джек без труда их избегал.

Чем выше они поднимались, тем больше становилось спирита, и тем сложнее было плыть в нем. Кейн чувствовала вибрацию железного дна под ногами и готовила защитную схему – просто так, на всякий случай, если понадобится.

Шлюпка поднималась медленно, иногда подолгу зависала на одной высоте, чтобы потом рывком подняться выше, и в такие моменты Кейн судорожно цеплялась за борта.

Джек сидел неподвижно, будто совсем не боялся упасть. Сверху вылетел осколок схемы, завис над ним, и Джек убрал его спирит-рукой – откинул в сторону, не рассеивая. Вероятно, берег силы. Кейн все же создала защитную схему, и та двумя выпуклыми полусферами окутала борта. На секунду замутило от слабости, но приступ прошел так же легко, как и появился. Новый архетип пел под кожей Кейн и на изнанке мира, и его песня казалась океаном – можно было довериться волнам, лечь на них и позволить унести себя.

Кейн раньше не понимала мастресс, стремившихся к силе, к тому, чтобы управлять большими объемами спирита, к тому, чтобы их архетипы гремели на всю Цитадель. Она жила простой маленькой жизнью – ученицы в университете, научные работы раз в год, встречи с коллегами и знакомыми. Изредка появлялся кто-то из ее прошлой жизни, кому не было дело до мастрессы, кого интересовала только Анна Кейн, дочь тех самых Кейнов.

Ее устраивала эта размеренная, мелочная жизнь. Кофе и круассаны по утрам, простое платье преподавательницы университета, вечера, которые можно было посвятить книгам.

Силе не было места в такой жизни.

И все же она была притягательна, эта мощь. Мощь настоящего, истинного архетипа. Чего-то забытого и утерянного, спирита, каким он должен был быть с самого начала.

Не Миражом – чистой Идеей. И всем, что ее составляло.

Кейн думала о том, что вернется в Цитадель, в свою маленькую жизнь, оставив истинный архетип спать под Грандвейв, и какая-то ее часть уже горевала по нему.

Джек вдруг повернулся, посмотрел хмуро и настороженно.

– Все в порядке, – сказала Кейн. В конечном итоге она все равно выбирала свою маленькую жизнь. С ее победами, поражениями и ее мелочностью. – Я чувствую себя лучше, чем могла бы.

– Ага. Те мастрессы, что съехали при мне с катушек, тоже чувствовали себя неплохо. С каждым часом все лучше и лучше.

– Я все еще не хочу жертвовать собой ради планов Реннара. Должно быть, это хороший знак.

Они поднимались, защитная схема мягко отталкивала от шлюпки пролетавшие мимо осколки – их все еще было не очень много. Они звучали разрозненно, ломко, и иногда Кейн казалось, что она разбирала какой-то еще звук, который то появлялся и пропадал. Джек тоже его улавливал, напрягался, потом расслаблялся и снова сосредоточивался на полете.

– Вы знаете, что это? – наконец спросила Кейн.

– Догадываюсь, – коротко буркнул он.

Звук появился снова довольно близко – высокое протяжное пение без слов.

Кейн вздрогнула.

– Это гибрид?

Ответить он не успел.

Все изменилось за секунду. Наверху сквозь пелену осколков проплыла тень – странный ломкий силуэт, словно сложенный из разрозненных фрагментов. Джек попытался увести шлюпку в сторону, но тень последовала за ней.

Сквозь просвет в облаках спирита Кейн увидела неровный бок гибрида. Было что-то ужасно неправильное в этом нагромождении форм, а песня, теперь звучавшая отчетливо, ввинчивалась в мозг тягучими нотами, чистыми и жуткими.

Джек пытался выжать из шлюпки максимальную скорость, лавировал в просветах, где гибриду было не пройти, но Кейн уже понимала, что этого недостаточно, и потянулась к архетипу внутри себя. Она наполнила им атакующую схему – одну из тех, которые принесла Эрика незадолго до отлета, – и залп спирита ударил вперед. Гибрид высоко и пронзительно закричал, сквозь клубы Грандвейв Кейн видела, как странное, собранное из фрагментов тело извернулось, выгнулось, словно в агонии.

Джек направил шлюпку вверх.

«Куда вы? – хотела спросить Кейн. – Мы не пройдем так высоко на спасательной шлюпке. Вы убьете нас!» А потом она тоже почувствовала просвет над ними, словно пробитый чем-то коридор наверх, достаточный, чтобы можно было подняться.

Путь к спасению. Удача, которая выпадала один раз на миллион. Что-то прошло сквозь Сонм, что-то, способное оставить после себя такую борозду, уже затянувшуюся внизу, превратившуюся в узкий коридор выше.

В тот момент Кейн почему-то очень остро чувствовала, что все взаимосвязано – сила Эрики, реакция Грандвейв, поднявшийся так высоко гибрид. И даже коридор к спасению. В этом хватало случайности, но отправная точка, позволившая событиям сложиться именно так, а не иначе, – появление Эрики под Грандвейв, – была одна и та же.

Джек уводил шлюпку вверх, к безопасности, оставляя гибрид позади, а Кейн думала, что было бы здорово, если бы все сложилось иначе. Если бы на «Трели» все было в порядке,