Нулевой архетип - Ольга Куран

Узел располагался возле грузового отсека и оказался сравнительно несложным, но она несколько минут собиралась с силами, чтобы открыть хотя бы его.

Внутри грузового отсека «Сильверны» было тихо, повсюду валялись обломки. Не обращая на них внимания, Джек выпрыгнул из шлюпки и подал Кейн руку, помогая выбраться.

На секунду мир перед глазами качнулся, к горлу подкатила тошнота. Это было похоже на спирит-истощение, но не совсем, как будто к новому архетипу вообще были неприменимы правила, как будто он действовал в обход законов обычного спирита.

Джек не стал задерживаться в грузовом отсеке, не стал осматриваться или искать припасы, а сразу направился в рубку управления.

– Думаете, мы сможем полететь на «Сильверне»? – спросила Кейн.

– Если твои приятели добрались сюда, значит, эта малышка еще способна летать.

– Вы сможете ею управлять?

– Посмотрим. – Джек постоянно одергивал рукав, пытаясь натянуть его на истончившуюся спирит-руку, и взгляд у него был угрюмым.

«Вам не нужно от меня прятаться», – хотелось сказать Кейн. С другой стороны, возможно, Джек и не прятался. Может, просто мерз. Но спрашивать казалось неуместным.

На «Сильверне» работали осветительные медиаторы, и вообще корабль был в лучшем состоянии, чем «Целеста».

– Корабль под стать капитану, – сказал Джек, осматриваясь в рубке. – Везунчик. – Часть приборов отказала, и Кейн не знала, насколько это серьезно, но механик не выглядел обеспокоенным. – Нормально. Долететь до твоей подружки нам хватит. Есть даже пара оружейных зарядов.

Он опустился в кресло Атреса, потянулся человеческой рукой к каким-то тумблерам, меняя настройки. «Сильверна» тихо загудела и ожила – заработали двигатели, застрекотали винты.

– Там что-то опасное впереди, – предупредила Кейн, хотя Джек и сам это знал. – Думаю, гибрид. Скорее всего, он преследует Эрику.

– Твоя подружка избавилась от Леса, и ее все еще слышно. Такое привлекает внимание.

– Спасибо, что помогаете мне.

– Не благодари, – он намеренно на нее не смотрел, – я сам не верю, что делаю это.

Джек помолчал и добавил:

– И выбора особо нет. Этот корабль не пройдет сквозь Грандвейв, мощности не хватит. Но на нем можно добраться до «Алой девы». А там… там я что-нибудь придумаю.

«Там Реннар, мне нельзя туда». Хотя на самом деле Кейн уже не верила, что Джек способен ее отдать. Не после всего, что сделал.

– Хорошо.

– Боишься?

– Да.

– Хотел бы я, чтобы у тебя не было повода. – Он постучал пальцем по стеклянному табло какого-то прибора, назначения которого Кейн не знала. По экрану проскочила голубоватая спирит-полоса и пропала. «Сильверна» начала поворачиваться, медленно, осторожно, чтобы не столкнуться с осколком крупной схемы. – Лететь тут недалеко, но я бы сделал небольшой крюк. Много времени не займет, но так мы точно не попадем к гибридам.

Он вел корабль уверенно, хотя в кресле Атреса смотрелся совершенно дико.

– Хорошо.

Кейн устроилась рядом и прикрыла глаза, пытаясь беречь силы. Она отпустила точку смещения, устало потерла переносицу. Болела голова. Несильно, но неприятно.

Почему-то казалось, что ее история – путь, который начался на «Трели», – подходила к развязке. Что все должно наконец решиться у узла Земли, и это заставляло чувствовать одновременно страх и облегчение.

«Сильверна» выровнялась, и Джек повел ее вперед в обход пустоши, когда-то бывшей Лесом Клинков.

* * *

«Алая дева» вынырнула из облаков Грандвейв после первого же залпа – щит Эрики выдержал, и сквозь его завесу Атрес разглядел хищный силуэт корабля.

«Дева» была крупным судном, но на фоне Троицы казалась игрушечной. Бортовые орудия щетинились схемами, поливали гиганта огнем, разбивая на части, – они не могли его уничтожить, но могли расчленить.

Мгновенно сориентировавшись, Эрика ударила клинком спирита по ближайшей части, рассеивая ее, переключилась на следующую. Она выбирала те куски, с которыми могла справиться, не позволяя Троице собрать себя заново. Эрика расходовала колоссальное количество спирита, то, что не могла создать сама, черпала из Земли. Атрес слышал, чувствовал, как тянулась она к узлу, и звучание менялось, будто пробуждалось что-то, что очень давно спало.

Грандвейв над ними тек беспокойно – потоки свивались друг с другом, закручивались в спирали, грозясь породить новый выброс. Гигант кричал.

Звук стал выше и громче, резал слух. Атрес морщился и смотрел на Эрику, на ее отрешенное лицо, словно она была в каком-то ином, чуждом для человека мире.

Вполне возможно, так и было.

Атрес чувствовал архетип времени внутри – тот хотел проявиться, вплестись в безумную какофонию звуков. Он сдерживал его усилием воли. Пока в нем не было нужды: Эрика и «Дева» справлялись с атакой.

Корабль обошел гиганта слева, не прекращая вести огонь. Атрес пытался представить, как долго продержатся бортовые орудия, но он мало знал об устройстве «Алой девы». Спирит Эрики мерцал, становился неровным и неуверенным, но она продолжала атаковать.

Потом Атрес увидел Реннара. Священник стоял на носу небольшой шлюпки – должно быть, вывел ее из транспортного отсека. Порывы ветра трепали рясу и волосы, но Реннар не двигался. Не было нужды.

Архетип Жертвы, насколько Атрес мог судить, отличался от всех остальных так же, как Время, – его можно было услышать, но действовал он незаметно, отрицая или изменяя законы мира вокруг. Реннар не поднимал руки, не доставал из воздуха клинки спирита, но Троица вокруг него разваливалась на куски, не в состоянии коснуться.

Атрес наблюдал молча, как мог бы наблюдать грозу или любое буйство стихий, в которое бесполезно вмешиваться.

Эрика смеялась и распыляла отделенные фрагменты гиганта, не собираясь останавливаться. Спирит кипел, грохотал какофонией. Свистели оружейные заряды, пела Земля, и выл гигант – Троица распалась, но все еще действовала и звучала как единый организм.

Это продолжалось довольно долго – борьба архетипов, битва с гигантом. В конце концов Атрес закрыл глаза – так было проще понять реальное положение дел. Схемы и заряды заслоняли обзор, но звучание не могло обманывать.

Звучание Эрики становилось тише и тоньше, она проигрывала. И заряды «Алой девы» наносили все меньше вреда. Троица не была мощнее оружейных систем, не была сильнее Эрики – она просто была очень большой.

Иногда Атрес точно знал, что ему делать. Понимание приходило как озарение, безусловная правда, которой он не задавал вопросов, в которой никогда не сомневался. Спирит Времени был рядом, под кожей – он был такой же частью Атреса, как его кровь, кожа или мышцы. Он прорастал вглубь все сильнее и сильнее.

Атрес уступал ему, потому